Беcспособный. Том 2 - Владимир Алексеевич Абрамов

— ЧЕГО?!! — испуганно выпучил глаза Андрей.

Асия не поняла его реакции. Она не знала этого слова, поэтому она восприняла сказанное, словно название посёлка. Но ужас на лице спутника заставил её тоже заволноваться.

— Андрей, ты чего? — посмотрела она на него красивыми глазами.

— Лепрозорий… — не заметив понимания в манящих глазах спутницы, он продолжил: — Ты знаешь, что такое проказа?

— Проказа, прокажённые… Да, мы учили что-то про это на уроках истории.

— Это неизлечимая болезнь, лекарства от которой нет до сих пор! — экспрессивно продолжил он. — Проказа, она же лепра. А лепрозорий предназначен для проживания прокажённых до конца их дней. Опасней места в мире сложно найти, разве что нутро ядерного реактора.

— Многие так думают, — улыбнулась Огонёк. — На самом деле тут давно уже безопасно. Это раньше лепра была неизлечимой. Нашей организации удалось найти и привлечь целителя, который справился с исцелением всех прокажённых. С тех пор лепрозорий находится под нашим полным контролем. Можете ничего не бояться, вы ничем тут не заразитесь.

— Но почему такое место? — Андрей слегка успокоился, но всё же не до конца.

— А что ещё? Бункер в чистом поле вызовет слишком много подозрений. Убежище не может существовать в вакууме. Туда должны регулярно подвозить продукты, вещи, доставки. Представь себе, как будет выглядеть, если раз в несколько дней или даже каждый день в чистое поле будет приезжать грузовичок и разгружаться.

— Согласен, выглядит подозрительно.

— Вот-вот, — кивнула Огонёк. — Санаторий — отличный вариант. Но санаторий, который не принимает туристов, выглядит подозрительно. Лепрозорий идеальный вариант прикрытия. Сюда никто в здравом уме не полезет. Всем понятно, почему его жители оттуда носа наружу не суют. Легавые сюда даже не подумают ехать, потому что жить хотят. Поставки продуктов и прочего вполне объяснимы. Люди же тут живут, им нужно есть, одеваться и тому подобное.

— Логично, — Кузнецов всё ещё испытывал опасения. — Но мы точно не подхватим заразу?

Марина держалась рядом с ним. У неё в голове крутились такие же мысли, но она их не озвучивала.

— Да точно! — уверенно заявила Огонёк. — Ребята, не парьтесь. Тут всё обеззаражено самым лучшим образом. Нам и самим не хотелось бы подхватить проказу. Пойдёмте за мной, я покажу вам ваш домик.

Девушка проводила троицу до небольшого уютного бревенчатого коттеджа на полтора этажа. Домик был разделён на две условные половины. На входе располагалась уютная кухня с панорамным остеклением и выходом на крытую веранду. Дальше в каждой половине имелось по маленькой спальне и санузлу с душевой кабиной, унитазом и раковиной. С кухни крутая лестница вела на настил с ещё двумя спальными местами на условном втором этаже.

— Тут есть всё необходимое для проживания, — начала перечислять Огонёк. — Холодильник, микроволновая печь, чайник, плита. Еда на первое время имеется в шкафчиках и холодильнике. Вам будут подвозить продукты пару раз в неделю. Располагайтесь. Завтра за вами зайдут, чтобы познакомить с остальными. Ну, всё, я пошла, а то устала.

Когда Огонёк их покинула, Марина прервала своё молчание.

— Странная она.

— Чем же? — посмотрел на неё Андрей.

— Когда мы познакомились, она говорила так, словно гопник из неблагополучного района. Но потом она переключалась на нормальную речь. Иногда это гопничнское в ней прорывается, но… Словно она специально вставляет в свою речь это «чё».

— Люди вообще бывают странными, — пожал плечами парень. — Я слышал, что тут есть сразу две ванных. Если вы не против, я займу одну из них.

— Я тоже, — Асии жуть как хотелось помыться. Рядом с Андреем ей хотелось благоухать чистотой, а не распространять зловоние.

— Конечно, ребят, — шевельнула ноздрями Марина, но не подала вида, что ей противна вонь, которую распространяли спутники. — Вам душ нужнее. Я потом схожу.

— Спасибо, Марин, — парень отправился в одну из ванных комнат. — О! Тут есть стиральная машина и гель для стирки! Асия, закидывай потом туда свои вещи, и запустим стирку.

— А в чём мне потом ходить? — испугалась она того, что придётся ходить нагой. В их культуре демонстрировать обнаженное тело считалось неприличным. Разве что только мужу. Впрочем, Андрею она была бы не против показаться обнажённой, но пока этого сильно стеснялась и не знала, как он на это отреагирует.

— Тут есть банные халаты, так что не вижу проблем.

— Тогда ладно, — разум взял верх над предрассудками. Ходить в грязных и вонючих вещах Асии хотелось меньше, чем в халате, хотя это тоже ей казалось пошлым.

— Чур, моя спальня справа! — Марина отправилась в заявленную спальню.

— Хорошо, Марин, — донёсся голос Андрея из душевой.

Асия в этот момент зашла во второй санузел. Она застыла в попытке сообразить, в какой спальне ей спать. Андрею, как мужчине, должна достаться лучшая спальня. Раз справа комната занята, то он наверняка остановится в комнате слева. Тогда ей предстояло спать наверху. Или нет?

Она нахмурилась. Рядом с ней имелась конкурентка, с которой Андрей был знаком до неё. Ещё та рыжая девица явно положила на него глаз. И это девушке очень не нравилось. Ей казалось, что стоит лечь отдельно, как она продемонстрирует, что парень ей неинтересен. Как бы после этого на него не набросились стервятницы и не увели.

Девушка не была против других женщин. В культуре, в которой её воспитывали, несколько жён у мужчины считалось нормой. Но если и быть женой, то хотелось быть первой.

В душевую кабину она заходила наполненная решительностью. Она намывалась до скрипа кожи, словно в последний раз, чтобы после этого застолбить за собой понравившегося парня. Чтобы стать его первой суженой, а он стал её первым мужчиной. Уступать конкуренткам она не была намерена.

* * *

Когда дверь в комнату распахнулась, Андрей напрягся. Но в полумраке он разглядел Асию в одном банном халате на голое тело. На её лице застыло выражение решимости.

— Что-то случилось? — приподнялся он на локтях. — Я поспать хотел.

Асия молча скинула с себя халат, заставив парня замереть восковой статуей. Её тело выглядело идеальным. Точёная фигура, восхитительные холмики грудей, волосатый треугольник снизу, смуглая кожа без единого изъяна. На неё так и хотелось смотреть вечность, а лучше не смотреть, а схватить в объятья и никогда не отпускать, чтобы эта