В погоне за мечтой - Заряна Иванова

Всего за месяц Эми дошла до отчаяния. Она самой себе казалась ни на что не годной бездарной неумехой. Положение усугубило заявление миссис Маргариты о том, что она не сможет отпустить девочку в школу магии, если та не научится вести себя в обществе. Ибо не хочет что бы ее имя опозорили.

В то же время эти слова заставили Эмирьяру взбодриться и с удвоенной силой засесть за уроки. Она во что бы то ни стало решила походить на Эмилию, шестнадцатилетнюю дочь тетки Маргариты, которую ей все время ставили в пример, как идеальную леди.

Она стала копировать поведение, слова, жесты мисс Эмилии, старалась как можно чаще быть с ней, во всем беря с нее пример. Но скоро вся эта игра девочке наскучила. Во-первых, ее поведение раздражало опекуншу. А, во-вторых, Эми казалось, что на нее смотрят как на смешного зверька, над которым можно смеяться и шутить. И шутки иногда были очень обидными и жестокими. Эмилия ее часто спрашивала, умеет ли она варить приворотное зелье. Потому что без него, с такой кривой осанкой и косолапой походкой, вряд ли кто-то захочет жениться на Эми. Сама Эмилия, кроме как о женихах, говорить ни о чем больше не могла.

Замечания и тычки продолжались. Эми стойко терпела и училась. Пока к тетке Маргарите не пожаловала ее давняя подруга, леди Абигейл тей Болдер.

Речь тем мартовским днем зашла об истоках такой удручающей неспособности Эми к обучению этикету.

— Наверное дело в ее плебейском происхождении, — говорила Абигейл. — Прости, Маргарита, я ничего не имею против лорда Томаша. И более того я лично его знала — невероятно приятный молодой человек с изысканными манерами, истинный лорд. Но его жена… Кем она была?

— Портнихой, — со скорбью в голосе произнесла тетка.

— Портнихой? Какой ужас, — леди Абигейл картинно закатила глаза, — немудрено, что ее дитя так бездарно. Надо же, портниха…

— Да, Томаш совершил непростительный промах, женившись на такой женщине. Но что сделано, то сделано. И теперь я должна воспитать из этого, — Маргарита чуть склонила голову в сторону сидящей рядом ссутулившейся Эми, — дитя леди. Но я боюсь не справиться. Сколько уже бьюсь с ней — все без толку. Мне иногда кажется, что все это безнадежно.

— Поверь мне, из нее не выйдет толка, — уверенно отвечала ей Абигейл, — яблоко от яблони недалеко падает. Лучшее, что ты можешь сделать — это отдать ее в школу для девочек со строгими правилами. Я знаю одну такую, и если надумаешь, дам тебе адрес.

Леди Маргарита ничего не ответила, ведь она обещала, сидящей рядом Эми, совсем другое.

— Не понимаю, — продолжала тем временем Абигейл, — как какая-то портниха могла окрутить такого блистательного лорда, как Томаш? Не иначе она его околдовала, приворожила. Сварила приворотное зелье и опоила. И он пропал. Совершенно пропал для бедняжки Юты. Я видела, что это был за скандал! Это был ужасный скандал! Бедный Алексиш, он так переживал уход сына из семьи. Как он мог бросить семью ради женщины с сомнительной репутации? Я практически уверена, что Томаш стал жертвой чар распутной женщины…

Эми дальше не могла слушать, она была так поражена, что не могла дышать, а слезы обожгли глаза. Память о родителях была для девочки священной — Эми знала, что ее родители любили друг друга преданно и безоглядно и что в их отношениях не было ни следа магии. И что мама была честной женщиной. Честной перед мужем, обществом, богами. А то что говорит эта женщина — ложь! От первого и до последнего слова.

Надо заставить ее замолчать, взять свои слова обратно, защитить честь своей семьи. Иначе Эми сама себя никогда не простит.

— Это все ложь! — внезапно воскликнула она, вскакивая с дивана. — Это все ложь! Моя мама была порядочной женщиной. Немедленно верните свои слова назад и извинитесь! Я жду!

На миг наступила тишина. Потом начался гвалт: тетка пыталась усадить разбушевавшуюся девочку обратно на диван и всучить ей чашку с чаем. Эми чашку приняла и тут же перевернула ее, вылив содержимое на голову тетки. Та вскочила, схватившись за голову, бормоча что-то о наказании. Леди Абигейл, придя в себя, завопила:

— Как ты смеешь вмешиваться в разговор старших, дрянная девчонка? Твоя мать была именно такой, и ты пойдешь по ее стопам, если…А-А-А-а-а-а-а-а-а

— Не знаю как я смогла это сделать, — покачала головой Эми, — но ее волосы вдруг вспыхнули сине-желтым огнем. Его удалось потушить, но от волос практически ничего не осталось. Все сгорело… Меня тут же заперли в комнате, а через два дня дали первую порцию противомагического эликсира. А еще через месяц отправили сюда. Ну, а дальше ты уже знаешь…

Мы синхронно вздохнули. Потом я посмотрела на учебник и спросила:

— А кем был твой отец? Чем он занимался?

— Папа? Он занимался банками.

— Банками? — не поняла я.

— Да, банками. Он складывал туда проценты, — пояснила свои слова Эми. — Когда я была еще совсем маленькой и были живы родители, у меня тоже была банка. Большая такая, литров на тридцать. Я мечтала, когда вырасту, полностью наполнить ее процентами. Глупо это, да?

— Вовсе нет, — уверенно заявила я, — ты хотела быть похожа на своих родителей. В этом нет ничего дурного. А про то, что сказала эта женщина — забудь. Взрослые сами часто не понимают, что говорят. И любят сплетничать. Особенно, когда им нечем заняться.

— Ты-то откуда это знаешь? — недоверчиво спросила Эми.

— У меня мама такая. Когда к нам кто-нибудь приезжает в гости, так, пока всем знакомым, малознакомым и вообще не знакомым людям все косточки не переберу, не остановятся. А уж сколько слухов, сплетен и домыслов обсуждается — уму не постижимо.

— Да, наверное ты права. Не стоит придавать ее словам такое значение. Но я была так зла на нее и ее несправедливые слова!

— Ничего, это пройдет скоро. Мы ведь еще только учимся управлять своим даром! А это женщина сама виновата — не стоило говорить