Помогать нельзя наказывать, терпеть нельзя просить? Бедность и помощь нуждающимся в социокультурном пространстве Англии Нового времени - Юлия Евгеньевна Барлова

работных домов. Банк имел бы отделения – сберкассы – по всей стране, в них «малообеспеченные слои» хранили бы заработки и ежемесячно вносили бы туда вклады, которыми, в свою очередь, можно было бы воспользоваться при возникновении «страхового случая». Так, вкладчик мог вносить средства, чтобы в случае женитьбы было на что сыграть свадьбу и начать семейную жизнь, чтобы в случае его смерти жена получала аннуитет, или чтобы дети получали ежегодное пособие вплоть до совершеннолетия. Вкладчик мог также рассчитывать на кредит «на доказанные нужды». Кроме того, в сберегательную кассу «за содействием» – то есть займом – мог обратиться любой «честный» бедняк, которого постигло неожиданное несчастье – потеря работы, болезнь, неожиданные расходы на похороны родственника, и т. п.

Исключение, по мнению Бентама, должны были составлять вдовы, которым помогать «нельзя ни в коем случае» – вплоть до увольнения их самих по старости. Он считал, что в случае смерти кормильца семьи займы можно давать лишь детям, да и то не во всех случаях и при соблюдении определенных условий (например, ученичество и работа ребенка в доме трудолюбия вплоть до совершеннолетия).[250]

Может быть, понимая, что с точки зрения общечеловеческих ценностей выстроенная им система могла выглядеть жесткой, Бентам посвятил отдельный раздел «удобствам», которые получали бы от нее бедные. Это «здоровье, продление жизни, защита от нужды, трудоустройство и ночлег, защита от приставания других пауперов и угнетения чиновников, просветленное сознание, освещенное религиозными надеждами, чистота и медицинская помощь, безопасность, образование», и многое другое. Свою систему он называет «истинным милосердием», противопоставляя ее «фальшивому милосердию, архи-врагу не столько удобства, сколько экономии».[251]

Идея «дома трудолюбия» как идеального учреждения для закрытого призрения бедняков и варианта социальной помощи, более выигрышного, чем помощь на дому или государственные дотации, развивалась Бентамом в его многолетней работе над проектом архитектурного сооружения, облегчавшего надзор за заключенными в нем людьми, – так называемого «Паноптикона», или «Всевидящего места». Там же, в России, одновременно с работами о бедности, Бентам пишет один из самых знаменитых своих трудов – «Паноптикон, или Дом Надзора». Сама идея Паноптикона была подсказана ему братом, который, по желанию Потемкина, проектировал громадную фабрично-ремесленную фланстеру на две тысячи человек всех возрастов, подчиненную принципу центрального надзора. Однако русско-турецкая война помешала осуществлению проекта Самуэля Бентама, и Иеремия Бентам решил реализовать его в Англии, модернизировав и подчинив несколько иным целям.

Согласно изначальному замыслу, Паноптикон представлял собой кольцеобразное здание, разделенное на камеры-кельи. В каждой камере было два окна – одно выходило наружу, другое – вовнутрь, тем самым каждое маленькое помещение как бы насквозь пронизывал свет. В центре сооружения находилась наблюдательная башня с окнами, выходящими во внутренний двор. Таким образом, каждый обитатель этого заведения мог быть постоянно обозреваем из этой башни, но при этом невозможно было определить, следят за тобой в данный момент или нет. М. Фуко в знаменитой работе «Надзирать и наказывать: рождение тюрьмы» называл Паноптикон Бентама «дисциплинарным проектом нового времени, воплощённым в архитектуре», новой политической технологией, основанной на принципе «абсолютной видимости, превращённой в ловушку». Архитектура Паноптикона делала власть «непроверяемой», а камеры здания – «маленькими театрами, в каждом из которых был изолирован актер, отлично опознаваемый и постоянно видимый».

Безусловно, Бентам считал свой Паноптикон разновидностью тюрьмы, однако тюрьмы «многоцелевой», предназначенной для разных социальных групп, включая не только преступников, но и сумасшедших, больных, школьников, рабочих. Он рассматривал свое детище как некую лабораторию для моделирования поведения, тренировки и коррекции личности. При этом особую выгоду от такого учреждения он видел именно в перевоспитании и «приучении к труду» бедных – «нищих и ленивцев», которые, в духе времени, были поставлены в один ряд с иными социально-бесполезными и нарушающими общественное спокойствие элементами. Он, в частности, писал, что «гордиев узел Законов о бедных будет не разрублен, но развязан – и все это с помощью простой архитектурной идеи!».[252]

Если рассматривать «Управление бедными» и «Улучшенное управление пауперами» вкупе с созданным в то же время трудом «Паноптикон, или Дом Надзора», то становится совершенно очевидным, что рекламируемые «дома трудолюбия» для бедных и знаменитый Паноптикон – это, в теоретических построениях Бентама, одно и то же.

Свою идею Бентам начал реализовывать после смерти отца, оставившего ему хорошее наследство. С 1794 г., заключив контракт с правительством, он начал строительство Паноптикона практически в центре Лондона – на том месте, где сейчас находится галерея Тэйт. Однако парламентская комиссия 1811 г. «зарубила» постройку, компенсировав Бентаму часть израсходованных денег; в итоге в 1812 г. здание было достроено, но в несколько измененном виде, и в 1816 г. открыто как знаменитая лондонская тюрьма Мильбанк, просуществовавшая до конца XIX века. В туристическом справочнике о Лондоне 1850 года Мильбанк был охарактеризован следующим образом: «тюрьма была сконструирована в соответствии с дизайном Джереми Бентама, которому было передано безусловное право собственности на землю под строительство; говорят, что строительство обошлось в громадную сумму в полмиллиона фунтов стерлингов. Внешние стены формируют неправильный восьмиугольник, общий план напоминает колесо, в центре которого находится управляющий, от башни которого отходят шесть лучей, заканчивающихся также башнями. В тюрьму помещаются этапируемые в Австралию преступники, до исполнения приговора, на предварительное заключение. Приговор может быть скорректирован после наблюдения инспекторов за поведением заключенных».[253]

Несмотря на то, что тюрьма Мильбанк была заложена по его проекту и внешне очень напоминала Паноптикон, Бентам считал, что его гениальная идея потерпела полное поражение. Бентам был очень огорчен: «Какая жалость – в этом учреждении надзор был бы такой простой, удобный, непрерывный!»…[254]

В работах Бентама о бедности особняком стоит одно сочинение, посвященное не собственным теоретическим построениям, а целиком и полностью критике оппонента. Этим оппонентом был премьер-министр Англии, знаменитый политический деятель Уильям Питт-младший. В 1797 г. Питт предложил в парламент свой проект билля о помощи бедным. Суть его сводилась к установлению обязательных норм заработной платы для малообеспеченных слоев в кризисные периоды. Если, предлагал Питт, в годы кризиса или неурожая работодатель не может платить прежнюю заработную плату своим работникам, то он имеет право снизить ее до установленного законом минимума, но при этом разница с прежним уровнем заработка доплачивалась бы работнику из средств, собранных в виде налогов. Питт указывал, что в каждом отдельном случае такое решение должно приниматься приходскими властями под контролем судей. Кроме этого, билль предполагал отдельный вид помощи многодетным семьям бедняков – дотации из государственной казны на содержание детей или иные оговоренные нужды, которые позволили бы семье содержать себя в дальнейшем (например, на покупку коровы).

Бентам обрушился на предложение Питта с гневной критикой,