Ничей - Алексей Борисов

— Ты же не куришь, — удивился он.

— Сейчас не повредит.

От табака в голове не прояснилось. Я и вкуса сигареты почти не ощутил.

— Что с нашим вторым делом? — спросил я.

Фурсов задумчиво посмотрел на меня.

— Жду одного звоночка. Надо проверить собственные впечатления.

— Сегодня позвонят?

— Может быть.

Особая тройка сборщиц явилась позже всех, когда Андрей уже отпустил и прочий контингент, и секретаря Ирину, пообещав ей отвечать на телефон лично. Несмотря на усталый вид, держались люди не по-хамски, что меня как-то сразу к ним расположило.

Андрей проверял и считал медленно, я не торопил. При мне вычеркнул только четыре подписи.

— Всего семьдесят две живых, — подвел он черту.

— Шестнадцати не хватает, — сказал я.

— У меня еще два листа в работе, — подняла руку одна из сборщиц. — Я дочери дала, она ответственная. Допоздна походит и утром вернет.

— Во сколько? — спросили мы с Андреем хором.

— К десяти.

— Большое вам спасибо, — искренне сказал я.

— Рано еще спасибо говорить, — скромно ответила она.

— Андрей, рассчитайся с людьми, — велел я. — В точности, как обещал.

— А кандидат утвердил?

Кандидат ни фига не утвердил, потому что носился где-то, как угорелый. Но перерасход был копеечный, и я настойчиво повторил:

— Рассчитайся.

Игорь прибыл, когда мы расслабленно сидели втроем вокруг большого стола в зале и смотрели на карту. Фурсов мигом заулыбался. Андрей принял неприязненный вид.

— Э-э, Алексей Николаевич… — начал было Игорь.

— Не стесняйтесь, тут все свои, — развеял я его сомнения и тягостные раздумья. — Выкладывайте.

Полевой командир полез в портфель и достал оттуда небольшую стопку листов. Мне отчего-то подумалось, что она лежала там с утра.

— Ровно сто, как вы заказывали.

— Андрей, прими, — кивнул я.

Андрей, не вставая, протянул руку и взял листы.

— Где расписаться?

— Да ладно, бросьте, — сказал Игорь, застегивая свою тару.

— Не бросим, — ласково сказал я.

Коллега уже строчил расписку.

— И вы мне вот тут подпись поставьте, — указал он Игорю пальцем.

Наш политтехнолог со вздохом расписался.

— Проверять сейчас не буду, сил нет, — признался Андрей. — Завтра займусь, на свежую голову.

Мы посмотрели на Игоря, он на нас. Помолчали чуток.

— Ну, до завтра? — спросил он, как будто ожидая чего-то еще.

— Да, это будет последний и решительный бой, — я похлопал его по плечу. — Созвонимся. Насчет планерки шеф пока не давал це-у.

Фурсов вышел проводить Игоря и заодно покурить.

— Гляжу я на тебя сейчас и вспоминаю анекдот про Муму, — вдруг сказал мне Андрей.

— Это какой?

— Где она ему в лодке уже заявляет: «Хороший ты мужик, Герасим, но чего-то недоговариваешь». Что у вас за тайны с Фурсовым?

— Потерпи немножко, — ответил я и тоже похлопал его по плечу.

Коньячок был недурен. Как говаривал мой бизнес-партнер, поддельный армянский должен быть всё-таки лучше поддельного дагестанского. Впрочем, брали мы его в большом сетевом гастрономе, и риск отравиться представлялся минимальным. По случаю нашего рандеву Лёва приобрел и баночку красной икры.

— Давненько так не сиживали, — констатировал я, закусывая коньяк лимоном.

— Отдалился ты от нас, — попенял он на мое поведение. — А помнишь, как раньше зажигали?

— Раньше были другие бюджеты, — сказал я.

Обстановка подтверждала сказанное. Мы ютились в тесной комнатенке, буквально два на три метра. В современном офисном центре каким-то чудом нашлась одна такая. Ребята перебрались туда из гораздо более просторных апартаментов, жестко экономя на аренде. Треть полезной площади занимала видеоаппаратура, еще четверть — стол письменный, он же обеденный. По словам Лёвы, и от этого великолепия уже были намерения отказаться.

— Веня где? — спросил я.

— Отпросился на шабашку. То ли телевизор, то ли холодильник чинить кому-то.

Веня был наш оператор, он же системный администратор. Начинал свою карьеру в студии вполне стандартно, ассистируя Лёве на съемках. Сам Лёва был когда-то режиссером государева канала, затем перебрался на телекомпанию «Сторонка», но там не особенно задержался. К увольнению его вынудила директриса, с чьей дочкой, зачисленной сразу же в старшие корреспонденты, он поговорил недопустимо грубо. Об уходе с казенных хлебов Лёва никогда не жалел. Как он заявил мне однажды, без начальственного пинка не изведал бы радости свободного предпринимательства.

— А Катерина за хлебом пошла, что ли?

— Голова у нее болит, — сообщил Лёва.

Лёвина ассистентка Катерина прославилась среди нас, и не только нас, единственным вопросом в конце интервью, которое она брала у экс-генерала каких-то войск. Если точнее, не вопросом даже, а просьбой: «Скажите еще что-нибудь». Генерал чуть не выпал из кителя. Хотя была она девушка спокойная, исполнительная, домовитая и не дулась на шутки-прибаутки. На свое офисное прозвище «Пуховая перина» не обижалась тоже.

— Вот так-то. Вернулись туда, откуда начинали, — с горечью сказал я.

Пары коньяка постепенно навевали грусть.

— Да ладно тебе! Ты же всегда у нас был оптимистом, — взмахнул лимонной долькой Лёва. — Ничего, пробьемся.

— В соседнюю камеру?

— Я тебя сегодня не узнаю, — упрекнул меня компаньон. — Вспомни, как мы жару поддавали. Ты боец!

Жару студия поддавала неслабо, причем и со мной, и без меня. Так, за несколько дней до моего парламентского скандала ребята крепко натянули вице-спикера Жуликова, который задолжал им денег за серию сюжетов, а после взял и кинул. Даже коллеги-депутаты покатывались над тем, как была изображена его кипучая активность по борьбе с игровыми автоматами. Жуликова, между прочим, недавно выперли из вице-спикеров и правящей партии тоже. Слишком бурную он развил активность, начав затмевать спикера, да и кинул не одних нас.

— Аренду совсем нечем платить? — перевел я беседу в практическое русло.

— Боюсь, на следующий месяц уже не наскребем, — подтвердил Лёва и задумчиво почесал свою шкиперскую бороду.

— Может, тогда нет смысла за помещение держаться?

— Понимаешь ли, помещение это определенный статус, даже такое скромное, — резонно аргументировал он. — Мы, конечно, можем домой ко мне переехать, места хватит. Но это уже уровень ниже некуда. Называется «Сниму свадьбу за недорого».

— Печально.

— Как твой Макеев, будет заказывать что-нибудь для ящика?

— Обязательно. Я об этом позабочусь.

— Пролоббируй наши интересы, а? Давай, за удачу, — и Лёва налил опять. — Почему твоя Наталия из офиса не пришла?

— В другой раз придет, — улыбнулся я.

— Ну, за другой раз! — поднял тост мой партнер.

Мы по очереди выскребли остатки икры на бутерброды. Лёва пошарил в компьютере и включил джазовую мелодию. Горела одна настольная лампа, через приоткрытые жалюзи было видно, как за окном огромными хлопьями падает снег. В высотном здании и вокруг него царила полная тишина. Звучал только джаз.

— Стража тут не вредничает? — спросил я, глянув на часы.

— Сегодня нормальный парень дежурит, — ответил Лёва. — Можно личный вопрос?

— Про Наталию?

— Про