Граф Рысев 2 - Лёха

— Понятно, — я задумчиво смотрел на закупщика. — А он в Ямске работает, или только здесь в форте?

— Работает. Контакты с ним есть. Вы бы уже, ваше сиятельство, мобилет приобрели, что ли. Я ещё могу понять, что его сиятельство Сергей Ильич не доверяет всем этим новомодным штучкам, но вам-то сама рысь велела попробовать. В форте, правда, он особо не нужен, но, вы ведь не собираетесь жить здесь всё время. А у Савы он есть, и вполне можно быстро с ним связаться, если потребуется. — Выпалил Пётр.

Я задумался. Название прибора или, скорее, артефакта было мне незнакомо. Но, как только я задумался, одна из муз сразу же подсунула мне образ небольшого переговорного устройства с экраном, на котором можно было посмотреть новости, забавные картинки… Да и название созвучное. Где-то получается эти мобилеты я видел. Почему не приобрёл — это другой вопрос, возможно, просто не успел.

— Надо подумать. Постоянная связь — это очень важно. Нужно обсудить с дедом. Чтобы у каждого командира отряда такая штука появилась. — Сказал я, и, проигнорировав скептический взгляд командира, подошёл к закупщику, который в это время следил, как егеря загружают в грузовичок его покупки.

— Прорыв пошёл на пользу вашему кошельку и развитию, ваше сиятельство, — проговорил Савелий, поворачиваясь ко мне. — Полагаю, большинство трофеев на вашем счету, — он окинул цепким взглядом мою фигуру.

— Правильно полагаете, — я кивнул. — У меня к вам есть деловое предложение. Летом, когда начнутся каникулы мы можем встретиться в Ямске?

— Да, — он кивнул. — У вашего егеря есть мои координаты. Пётр сказал, что шкуры с летяг вы лично снимали. — Я кивнул. — Мои комплименты. Очень хорошее качество. Минимум повреждений. Я впечатлён. Можно даже сказать, что буду ждать с нетерпением, что же вы сможете мне ещё предложить.

— Хорошо, — я задумался, а затем решил спросить. — А вот, чисто теоретически, сколько может стоить шкура радужного песчаного василиска?

Шкура эта удивительно красивая, словно осыпанная россыпью драгоценных камней. А вот добыть её было совсем непросто. Этот чертов василиск — тварь третьего уровня, был очень шустрым. И почему-то очень хотел меня убить. Я, кстати именно на нём третий уровень получил. И шкура прекрасна, лежит в хранилище в изнаночном кармане, ждёт, когда же я её, вон, Савелию Павлову продам.

— Ха-ха, — Савелий рассмеялся так, что хлопнул себя по бедрам. — А вы шутник, ваше сиятельство.

— Да, я такой. Люблю, знаете ли, пошутить. — Ответил я и улыбнулся кончиками губ. — И всё же, чисто теоретически, сколько такая шкура может стоить?

— Чисто теоретически, — Павлов задумался. — Если бы кто-то сумел добыть шкуру этой твари, да ещё и с гребнем, то… от пятидесяти тысяч. В зависимости от качества шкуры. Вот только последнего василиска торговали на императорском аукционе в Москве дай боги памяти, ровно семьдесят три года назад. Слишком уж они редкие. Даже для третьего уровня изнанки.

— Ну, возможно, мне когда-нибудь повезёт, — я криво улыбнулся. — Всего хорошего, господин Павлов, встретимся в Ямске.

И я отошёл от него, не мешая погрузке. Теперь мне очень интересно, на какую сумму у меня на складе тварей хранится. Там ведь не только эта проклятая шкура, кстати с целым двойным гребнем. Я вытащил блокнот из сумки, которую по привычке таскал с собой, и посмотрел на рисунок. Да, точно, двойной гребень. Кажется, это указывает на довольно почтенный возраст твари. А ещё, мне кажется, что все те, кто видел эти рисунки не приняли их всерьёз на сто процентов. Может, думали, что часть тварей я рисовал, увидев в каком-нибудь справочнике. Не знаю, и выяснять не собираюсь. Не верят, ну и хрен с ними, я за славой суперохотника не гоняюсь.

Павлов уехал, а я решил пройтись до Академии. Может быть, мой преподаватель магии огня рискнул прийти. В крайнем случае, над картиной поработаю. На том этапе в котором она сейчас находится, натурщица уже не нужна. Все оставшиеся детали и нюансы можно и без Наташи проработать. Да и мешать никто не будет. Потому что я ни за что не поверю, что кто-то вроде Куницына притащится в студию в такое время, чтобы продолжить работу над своим проектом.

Предупредив егерей, я пошёл к калитке, но тут вернулась Маша.

— Что-то ты быстро, — сказал я ей, останавливаясь возле машины.

— В училище дым коромыслом стоит. Всех курсантов собрали в казармах. Никого не выпускают с территории. Там что-то происходит. Ждут открытия портала. Ожидают прибытие каких-то чинов из Новосибирска. Чуть ли не сам Тигров должен приехать. Но я так и не поняла, что же происходит. — Она закусила нижнюю губу. — Нас, кто подготовительные курсы посещает, выгнали. Заданий надавали и пнули за ворота. Я хотела с Лёней Ондатровым встретиться, сказать ему, что разрываю помолвку, но мне не удалось его увидеть.

— Давай договоримся, ты не будешь пытаться встречаться с Ондатровым наедине, — я пристально смотрел на неё. — Твой дядя сам сообщит этому семейству о разрыве.

— Женя… — наши взгляды встретились. Наконец, она кивнула. — Хорошо. Предоставлю решить этот вопрос вам с дядей. А ты куда-то собрался?

— Я всё ещё учусь в Академии, и мне тоже надо наведаться туда, чтобы узнать, когда возобновят занятия.

— Тогда я позанимаюсь и вещи разберу. — Маша проводила взглядом большой чемодан, который вытащил из багажника Кузьма и потащил в дом.

Я же направился прямиков в Академию.

В коридорах было пусто. Никто из студентов прийти сегодня не рискнул. Не могу их винить. Мало приятного встретить на улице кого-нибудь, вроде той росомахи. И очень мало шансов после этой встречи остаться в живых. Так что, я их понимаю. Вот, когда улицы полностью зачистят, тогда здесь будет не протолкнуться. Конец учебного года, как-никак. Всем нужно курсовые проекты сдавать. Экзамены опять же.

Спустившись в подвал, я толкнул дверь класса. Архаров оказался на месте. Он стоял у доски и что-то чертил на ней.

— Проходи, — он кивнул мне, продолжая чертить. — Я так и думал, что ты придёшь. Сейчас на улицах почти безопасно, а дома сидеть — так скиснуть можно.

Он был трезв и гладко выбрит. Я прошёл в класс и сел за первую парту, ту, что стояла поближе к доске. Всё-таки это довольно странно — ощущать себя единственным учеником. У Дроздова таких ощущений не было. Всё-таки боевые искусства не воспринимались мною, как полноценное обучение. Здесь же была именно школа.

— Так, надеюсь, ты всё узнал про свои каналы и источник. И научился чётко отмерять необходимое количество энергии. Не будем на этот останавливаться, а перейдём сразу к заклятьям. Сегодня рассмотрим построение различных щитов. Огненный щит хорош тем, что он динамичный. Из-за него вполне можно нападать. А ещё можно наслаивать один слой или даже полноценный щит на другой. Вплоть до создания вокруг себя полноценного огненного кокона. Прелесть этого кокона в том, что самый наружный слой одновременно является элементом нападения, — Архаров заканчивал свой, довольно сложный чертёж

— Александр Никитович, а я, случайно, не приготовлюсь в собственном соку внутри такого кокона? Что-то мне твоя постановка задач не внушает доверия, — осторожно заметил я.

— Рысев, как ты думаешь, зачем я тут пытаюсь рисовать, хоть к художникам имею отношение только тем, что являюсь преподавателем одного из предметов в Академии изящных искусств? — Архаров посмотрел на доску, удовлетворённо кивнул и положил мел. После чего начал поворачиваться ко мне, продолжая говорить. — Ну, ты и так не поджаришься. Это твой дар, порождение твоего источника, так что тебе самому собственного огня бояться не стоит. Если только ты намеренно не прикажешь ему оказать определённое воздействие.

— Например, рану прижечь, — пробормотал я.

— Да, неплохой пример, между прочем. А вот, чтобы не поджарить своего спутника, которого ты захочешь накрыть щитом, и необходимо знать, как именно направить магические потоки, чтобы они отдавали жар наружу, а не во внутрь щи… — Он прищурился, разглядывая меня. — Рысев, ты что, издеваешься надо мной? Четвёртый уровень? Четвёртый! Я досконально продумал план для загрузки третьего уровня, а ты мне такую свинью подложил! — Архаров отшвырнул тряпку, которой вытирал руки.

— Ну, извини, я не собирался дать себя убить, только чтобы не нарушить твои