Невероятные женщины, которые изменили искусство и историю - Бриджит Куинн

Однажды в 1960-е годы друзья привезли ей из Долины Смерти пустынное растение причудливой космической формы. Друзья хотели порадовать Асаву – и угадали. Оно ей понравилось. Она попыталась нарисовать растение, но выяснилось, что его необычное строение трудно передать в двух измерениях, и Асава решила обратиться к скульптуре. Так родился новый стиль «связанной» проволочной скульптуры, закрепленной в центре и простирающейся в пространстве одновременно вверх и вниз.

В каком-то смысле эти проволочные скульптуры были автопортретами.

Практически с самого начала ее творческая деятельность вышла на государственный и даже международный уровень. К концу 1950-х годов Асава уже выставлялась по всей стране, в том числе в Нью-Йорке (галерея Перидот и Музей американского искусства Уитни), принимала участие в Выставке американского искусства в Чикагском институте искусств – ее работа украсила обложку каталога выставки. Всего через шесть лет после окончания колледжа она выставила одну из своих подвесных скульптур на Международном фестивале искусства в Сан-Паулу 1955 года.

Искусство Асавы охватывало широкую аудиторию; ее корни уходили глубоко не только в семью, состоявшую из десятка с лишним внуков и правнуков, но и в жизнь общества. Кроме городских фонтанов, стенных росписей и мозаик, Асава создала и возглавила художественную мастерскую «Альварадо» для школьников – этот успешный проект вскоре стал муниципальной программой, благодаря которой были сохранены уроки по искусству в финансово ограниченных государственных школах Сан-Франциско. Асава сыграла важную роль в создании первой на Западном побережье средней муниципальной школы искусств, которая теперь носит ее имя: Школа искусств Рут Асавы в Сан-Франциско.

Дочь фермеров, Асава имела потрясающий дар: в ее руках росло все – искусство, дети, крепкий, долгий брак, глубокие основательные перемены в государственном образовании. Она сама была силой природы.

Глава 13. Ана Мендьета

Она была взволнована и полна оптимизма. Она сказала мне, что собирается бросить пить и курить, потому что женщины-художницы дожидаются признания только в старости. Она сказала, что хочет прожить довольно долго, чтобы успеть насладиться славой.

РУБИ РИЧ

Возможно, она помешалась на своем изгнании.

ДЖОН ПЕРРО

ЖАРКИМ РАННИМ УТРОМ 8 сентября 1985 года швейцар, работавший в Гринвич-Виллидж в ночную смену, услышал пронзительный женский голос, кричавший: «Нет, нет, нет, нет!» – а через несколько секунд поблизости раздался звук, как будто с высоты упало что-то большое.

Тридцатишестилетняя художница Ана Мендьета, менее года назад ставшая женой знаменитого скульптора Карла Андре, которому было пятьдесят два года, выпала из окна спальни соседнего многоквартирного тридцатичетырехэтажного дома и от удара скончалась на месте.

Поскольку Мендьета прославилась как автор потусторонних автопортретов, напоминающих меловые силуэты с места преступления, – она называла их Siluetas – и поскольку полиция не сделала никаких фотографий, мы можем сами вообразить эту сцену. Я хотела бы представить Мендьету не изуродованной, а такой, какой она была в самой первой Silueta: обнаженное тело, покрытое белыми цветами, зрелость и чистота, соединяющие ее творческую силу с силой Великой богини. И может быть, ее руки были подняты над головой в древнем молитвенном жесте, как у Silueta Muerta.

Ана Мендьета. Silueta Muerta. 1976

* * * * *

Но эта история таит в себе не только жутковатое символическое значение. Оператору службы 911 Андре после падения Мендьеты сообщил, что они с женой художники и они поспорили о том, «больше ли он известен публике, чем она», ситуация накалилась и «она вышла в окно». Словно Ана Мендьета внезапно вспорхнула и улетела прочь, как маленькая птичка. Она действительно была маленькой – рост сто пятьдесят два сантиметра и вес всего сорок два килограмма. Она с трудом дотягивалась до высокого окна в спальне.

Приехавшие полицейские обнаружили дикий беспорядок в комнате и свежие царапины на лице и руках Андре. Он показал полицейским книгу о себе и сказал: «Я очень успешный художник, а она нет. Может быть, ее это злило, и в этом смысле, может быть, я ее убил».

Стоит отметить две вещи. Во-первых, Мендьета, недавно работавшая в Американской академии в Риме и получившая там престижную Римскую премию, была весьма успешной. Во-вторых, оба художника злоупотребляли алкоголем и в ту ночь очень много выпили.

Кажется, даже сам Андре точно не знает, что произошло, – за эти годы он дал три совершенно разных описания событий. Первую версию он изложил оператору службы 911, вторую – полиции, третью – журналу New Yorker. В интервью, данном журналу в 2011 году, Андре сказал Кэлвину Томкинсу, что теплой ночью внезапно похолодало, Мендьета встала с постели, чтобы закрыть окно, и «просто потеряла равновесие».

Андре арестовали и некоторое время держали под стражей. В профессиональном сообществе немедленно возникли группировки: одни выступали в его защиту, другие – против. Конечно, у Андре были связи и деньги. Друзья художника внесли залог, чтобы его выпустили из тюрьмы, в 1988 году он был оправдан. Этот эпизод совершенно не омрачил ни репутации, ни блестящей карьеры Андре, одного из знаменитых первых скульпторов-минималистов.

* * * * *

Я узнала о Мендьете только в 1992 году, когда музей Гуггенхайма открыл новый (ныне недействующий) филиал в Сохо неподалеку от галереи, где работал мой муж.

Я несколько недель следила за новостями об открытии филиала, а потом прочитала в статье Роберты Смит в New York Times: «В четверг вечером, на предварительном осмотре музея Гуггенхайма, в Сохо собралось четыреста протестующих. Их возмущение вызвано тем, что среди художников, представленных в экспозиции, – всего лишь одна женщина и ни одного представителя меньшинств. Кроме того, на выставке представлены работы г-на Андре, признанного невиновным в убийстве по делу о смерти своей жены, художницы Аны Мендьеты».

Подождите, вы о чем?

«Как показывают эти протесты, – продолжила Смит, – музей Гуггенхайма выбрал не самый дипломатичный способ заявить о себе миру искусства в центре города».

Протестующие в Сохо несли большой плакат с надписью:

«Карл Андре в Гуггенхайме. Где Ана Мендьета? ¿Dónde estás Ana Mendieta? (исп. «Где ты, Ана Мендьета?»)».

О минималистических скульптурах Карла Андре я слышала с тех пор, как начала изучать историю искусств. Его имя и его работы были повсюду: в музеях, галереях, манхэттенских апартаментах – вместе с работами его современников Дональда Джадда, Сола Левитта и Роберта Раймана.

Но кем была Мендьета? Мне требовалось найти о ней хоть что-то.

Прежде всего я узнала все о ее смерти, а затем на собственной книжной полке обнаружила книгу об искусстве 1970-х годов, в которой наконец увидела ее Siluetas. Это были призрачные очертания, казавшиеся сразу и вневременными, и сиюминутными – будто кричавшими: я здесь. Мендьета создавала Siluetas в течение семи лет, воспроизводя в природных материалах очертания женского