Полёт Ночных Ястребов - Раймонд Е. Фейст

— Калеб, — спросила Мари, — о чём ты говоришь?

— Твои мальчики были брошены судьбой на моё попечение, их участь определил бескорыстный поступок: они вернулись, чтобы позаботиться о моём благополучии, и тем самым спасли мне жизнь.

Он посмотрел на мальчиков и сказал:

— Вы знаете, что я люблю вашу мать больше, чем любую другую женщину, которую я знаю, и я был верен ей на протяжении многих лет. — Он посмотрел на Мари и сказал: — Я не могу обещать, что буду здесь больше, чем в прошлом, поэтому я хочу, чтобы ты покинула Звездную Пристань и переехала жить в мою семью.

— Но это единственный дом, который я знала, — сказала Мари.

— Мы создадим другой дом, вчетвером.

— О чём ты просишь, Калеб?

— Позволь нам пожениться, и я назову мальчиков своими приёмными сыновьями. Если вы все согласны.

Мальчики ухмыльнулись друг другу, и Тад сказал:

— Значит ли это, что мы сможем называть тебя «папа»?

— Только если вы хотите, чтобы вас били, — с улыбкой ответил Калеб. Но его глаза были устремлены на Мари.

Она прильнула к нему и тихо сказала:

— Да, Калеб. Я пойду с тобой.

Он поцеловал её, а затем сказал:

— Зейн, иди в трактир и скажи Джакешу, чтобы он достал лучший эль и вино. Скажи, чтобы он приготовил жареных волов и лучшие блюда, ибо сегодня мы устроим пир на весь город.

— Тад, найди отца ДеМонте и скажи ему, что на закате ему нужно сыграть свадьбу.

— Сегодня? — спросила Мари.

— Зачем ждать? — ответил Калеб. — Я люблю тебя и хочу знать, что, что бы ни случилось в будущем, о тебе и мальчиках позаботятся. Я хочу знать, что ты ждёшь меня.

С лукавой улыбкой она ответила:

— Я всегда жду тебя, Калеб. Ты это знаешь.

— Как моя жена? — спросил он. — Это то, чего я хочу.

Она зарылась лицом в плечо и крепко обняла его. Затем сказала:

— Да, я выйду за тебя замуж.

Мальчики закричали и разбежались по своим делам. Через некоторое время Мари спросила:

— Ты уверен?

— Никогда в жизни я не был так уверен ни в чём. — Он поцеловал её. — Я чуть не умер там, и мысль о том, что я больше никогда не увижу тебя… — Его глаза заблестели от слёз, а голос дрогнул. — А потом эти мальчики, два замечательных мальчика, которых ты вырастила, Мари… — Он остановился, потом сказал: — Я не знал, стоит ли бить их за непослушание… но если бы они этого не сделали, они были бы сейчас где-нибудь в северном Кеше, разыскивая человека, которого знали только по имени, а я бы гнил на обочине дороги. Как будто боги так и задумали, любовь моя, и я не собираюсь ждать больше ни дня.

— Когда мы переедем в твой дом, Калеб?

— Сегодня вечером, после праздника, ведь это и будет праздник!

— У меня так много дел… — начала она.

— Всё, что тебе нужно сделать, — это стать красивой, а это уже сделано.

— И всё же, если мы отправимся в путь этой ночью, я должна собрать вещи.

— Что собрать? Что тебе нужно взять с собой? У тебя есть мальчики, и в хижине нет ничего необходимого, куда мы идём. Вот увидишь. Что ещё есть? Несколько сувениров?

— Несколько.

— Тогда собери их, а остаток дня посвяти подготовке к свадьбе. Найди портниху и не жалей денег, а также найди женщин, которых хочешь видеть рядом с собой.

Она кивнула, на глазах выступили слёзы. Она закрыла руками нос и рот и сказала:

— Вот я и плачу, как глупая девчонка.

Он поцеловал её и сказал:

— В тебе нет ничего глупого, Мари. Ничего глупого.

Она снова поцеловала его, а потом сказала:

— Мне нужно идти к портнихе. Если я знаю Бетел Роучман, она устроит настоящий переполох из-за того, что мне придётся что-то сшить до заката.

— Пусть. Только проследи, чтобы всё было сделано по твоему вкусу.

Она улыбнулась, кивнула и поспешила прочь, придерживая подол над грязью, а Калеб смотрел ей вслед.

Оставшись один, он задумался о том, что ему вдруг понадобилось оформить то, что между ними так и осталось невысказанным. На мгновение он почувствовал беспокойство, но тут же отогнал его. Он знал причину: он хотел, чтобы весь мир знал, что он любит эту женщину и заботится о её мальчиках, как о своих собственных. Он хотел, чтобы жрец храма благословил их союз и чтобы он отправился к отцу с этой готовой семьёй, уверенный в том, что не может поступить иначе.

Через мгновение он пробормотал себе под нос:

— Солнце ещё не взошло, а мне уже нужно выпить.

Сомнения наполняли его сердце, а желудок скрутило от напряжения, но он заставил себя повернуться и пойти обратно на склад. Он должен был отправить сообщение родителям и брату, и сделать это нужно было немедленно.

* * *

Паг и Миранда стояли поодаль и наблюдали, как их младший сын и любимая женщина обмениваются клятвами перед отцом ДеМонтом, местным священником Киллиана, чья крошечная церковь обслуживала Звездную Пристань.

Магнус стоял в нескольких футах позади родителей, изучая своего младшего брата со смесью радости и зависти. То, что Калеб смог найти немного счастья в мрачном мире, в котором они жили, очень радовало Магнуса.

Паг был поражён тем, как много было сделано за столь короткий срок. Гирлянды цветов свисали с решётки из виноградных кольев, сооружённой местными мальчишками под руководством Тада. Зейн организовал еду и напитки, и столы на городской площади были накрыты. Как только по городу разнеслась весть о свадьбе, местные женщины наперебой стали приносить свежую выпечку и консервы, и к закату, как и предсказывал Калеб, праздник разгорелся во всю силу.

Тад и Зейн стояли на стороне Мари, позади трёх женщин, которые стояли с ней на площади. Они посмотрели на Элли и Грэма Ходовера, которые молча наблюдали за происходящим. Элли улыбнулась в ответ мальчикам, которые отметили её вздувшийся живот и молча согласились, что судьба выбрала для них лучший путь, чем они предполагали.

Несколько минут, проведённых с Элли в течение дня, восстановили равновесие в их жизни, и она снова стала похожа на их сестру. Грэм, как всегда, был самовлюблённым занудой, и ни Тад, ни Зейн не могли понять, что Элли в нём нашла, но, поскольку