Ужасы Фобии Грин - Тата Алатова

— Девочка моя, — обрадовался Мертвый Наместник. — А вот и ты, сладенькая. Выпьешь со мной?

— Да, — оценила обстановку Фобия.

Он кинул в нее полной бутылкой, чуть не попав в лицо. Она с трудом поймала ее, открутила крышку и сделала большой глоток.

Ни разу в своей жизни Фобия еще не пила алкоголя. А когда ей было? То казармы, то больницы. Горячая легкость обожгла небо, в голове моментально стало пусто и незатейливо.

— Удобная штука, — поделился Мерак Леви открытием. — Здесь можно управлять не только каждым человеком по отдельности, а целыми партиями. Вот смотри — подразделение номер сто пять дробь три. Тык! И нет такого подразделения больше.

Легкость, с которой будущий глава государства только что уничтожил сразу нескольких человек, заставила Фобию сделать еще один глоток.

— А еще можно поставить таймер, — продолжал Наместник, очень похожий сейчас на ребенка, получившего новую игрушку. — Например — пятнадцать минут. Хватит тебе пятнадцати минут, чтобы напиться, сладенькая?

— Нет.

— Жаль, умрешь трезвой, — огорчился он и нажал на «enter». — Все-таки человечество молодец, что изобрело все это, — Мерак Леви дружелюбно улыбнулся Фобии. — Это даже круче, чем магия.

Все произошло настолько быстро, что Фобия даже не сразу поняла, что именно только что произошло.

— Я что — умру через пятнадцать минут? — глупо спросила она.

— Ну должен же я посмотреть, как это работает вблизи, — надул пухлые губы Мерак Леви. — А вобсы все неизвестно где! Как тебя, Фобия Грин, занесло в эту базу данных?

Она не ответила — пила виски.

Умирать не хотелось. Вот совсем. Не сегодня. И не завтра. И уж точно не через пятнадцать минут. Четырнадцать. Черт.

— А вы можете отменить команду? — спросила она. Слезы текли сами собой, но грудь еще двигалась ровно, без спазмов и всхлипов.

— Наверное могу, птичка моя! — закивал Мерак Леви. — Но не умею.

Протяжный, полный отчаяния стон все-таки вырвался наружу. Фобия заплакала сильнее, ощущая себе невыносимо маленькой, глупой, беззащитной. Она стояла в своих шортиках и маечке, в которых спала, и тяжелых кроссовках на босу ногу, прижимала к себе пузатую бутылку и рыдала. Огромный кабинет отзывался насмешливым эхом.

— Ну не огорчайся так, сладенькая, — Мерак Леви встал из-за стола, пересек кабинет, с отеческой заботой обнял Фобию. — Умирать, конечно, неприятно. Но не слишком. Поверь моему опыту.

— З-зачем вы это сделали?

— А з-зачем ты здесь? Откуда ты вообще взялась, Фобия Грин? Почему я испытываю странное ощущение, что хорошо тебя знаю?

— Потому что это я вытащила тебя в этот мир, придурок, — Фобия попыталась оттолкнуть Наместника, но он лишь покрепче обхватил ее, прижал растрепанную голову к своему плечу. — Это в мое тело ты тогда вселился!

— Ты моя радость, — она ощутила, как он чмокнул ее в макушку. — Подробнее, пожалуйста.

— Я сплела ловушку для снов. Для Креста. И ты перескочил из его снов в мои. Потому что я живая, а Соло не очень. Я чуть не умерла тогда от того, что ты сидел во мне.

Наместник отпустил ее так внезапно, что Фобия пошатнулась. Она было уже не слишком трезва, совсем не трезва, и кабинет покачивался вокруг, а веселое лицо Мерака Леви то приближалось, то отдалялось. Терять было уже совсем нечего, и Фобия выпила еще. Хмельная отвага затмила рассудок.

— Тебя все равно убьют, — заявила она. — Не завтра, так послезавтра. Не послезавтра, так через полгода. Эта страна уже не такая. Ты родился в те времена, когда этот мир населяли рабы и хозяева. Сейчас мы свободные люди.

— Да ладно, — рассмеялся Наместник. — Тогда скажи мне, как, свободные вы мои, терпели почти двести лет этих недоумков командоров у власти? Люди, моя сладенькая, это всего лишь люди. У них можно отнять магию, они придумают науку. Отнять хлеб — они будут есть траву и выживут. Но никогда, ты слышишь, никогда они не будут свободными.

— А от чего не свободен ты, Мертвый Наместник?

— Я, моя почти уже мертвенькая, свободен от всего.

— Вранье, — Фобия толкнула его по плечу. Как учил ее Крест? Нет ничего сильнее ненависти. Ничего. — Ты самый зависимый раб из самых зависимых рабов в мире. Двести лет ты правил этой страной, ты — чертов наркоман. Ты не можешь идти дальше, ты не видишь перспективу! Ты застрял в этой своей дурацкой должности Наместника. Мне жаль тебя. Слышишь — мне, умирающей девке твоего наемника, жаль тебя.

Он замахнулся, но она была наготове. Цепной пес ее паники давно рвался с поводка, исходя хриплым лаем. Она понятия не имела, подействует ли на Наместника выплеск, но другого оружия у нее не было.

Выплеск получился стремительным, нацеленным, ударил прямо по лицу Мерака Леви, и он то ли от неожиданности, то ли правда не умел с этим справиться — зачем, ведь у него был Крест! всегда был Крест — упал на колени, заходясь криком.

Фобии тоже было плохо, как всегда во время выплесков. Но в эти тающие секунды ей было не до того. С трудом добралась до стола, рухнула в кресло и со второй попытки нажала на клавишу «esc».

«Вы уверены, что хотите прервать программу уничтожения объекта № 4135-ВС-01?» — уточнил у нее компьютер.

Да, блин, уверена.

Мерзкое железо.

«Программа уничтожения прервана пользователем», — уведомила ее система.

И только тогда Фобия мысленно погладила своего осьминога по жирным щупальцам, и он стал с неохотой сворачивать их внутрь.

— Я ошиблась, — сказала она громко, салютуя все еще стоящему на коленях Наместнику бутылкой. — Мне вполне хватило пятнадцати минут, чтобы напиться.

Мерак Леви повалился на спину и захохотал.

Креста они встретили в коридоре, когда брели, хихикая и поддерживая друг друга в то крыло, где располагались спальни.

— Крестик! — обрадовался Мерак Леви. — Где ты шлялся, поганец? Меня чуть не угробила твоя девка! А ты должен защщщщщищать меня!

— Это ты меня чуть не убил, — возмутилась Фобия.

— Нет, — ты!

— Сначала ты меня, а потом я тебя, — и они засмеялись.

Крест с недоумением и брезгливостью оторвал Фобию от Наместника (тот покачнулся, лишившись опоры, но устоял на ногах),