Лучше, чем будущее. Рассуждения оптимиста о смерти - Майкл Джей Фокс

В начале августа мы с семьей садимся на паром, чтобы на две недели отправиться на Мартас-Винъярд, в блаженном неведении относительно того, что инцидент с пальцем был предвестником кое-чего посерьезнее. С другой стороны, после него я отказался от трости, и в результате походка у меня улучшилась.

Я обожаю этот остров. Мы проводим тут отпуска уже больше двадцати лет, и он стал для меня вторым домом. Трейси с семьей приезжала на Мартас-Винъярд с самого рождения. Свое идиллическое гнездышко они обустроили в городке Аквинна, откуда и имя нашей дочери-выпускницы.

Каждый день мы отправляемся на пляж, девственную полосу побережья Новой Англии, огражденную высокими дюнами. Еще до того, как у меня возникли проблемы с позвоночником, преодолевать эти дюны мне было нелегко: приходилось карабкаться на чудовищную гору песка на четвереньках, а потом съезжать на заднице вниз, к океану.

У нас есть забавная игра, с которой мы начинаем каждый летний сезон, нечто вроде семейной традиции: первый, кто доберется до гребня дюны, выбрасывает вверх руки и кричит: «Я король горы!» Теперь, когда я восстановился после операции, мне очень хочется стать этим королем. По распоряжению врача я освобожден от переноски тяжестей, поэтому пользуюсь случаем и обгоняю жену и детей, волокущих пляжные стулья, зонты, пледы и полотенца. Но даже с этой форой мне все равно приходится преодолевать на четвереньках по-следнюю часть подъема. Я на седьмом небе от счастья — пока не добираюсь до верха. Стоя на гребне, я провозглашаю себя королем, вот только, воздев руки в воздух, теряю равновесие и падаю. Это немного сбивает градус восторга, и я бесславно сползаю вниз по склону дюны. Тем не менее я сегодня первым добрался до пляжа. Хорошо быть королем.

Я смотрю, как солнечные блики пляшут на поверхности воды, и замечаю мужчину, который бросает теннисный мячик своему псу бордер-колли. Я скучаю по Гасу. Странно понимать, что он не с нами, ведь это его место — здесь мы нашли друг друга. Но его отвращение к воде так и не прошло. Он ее просто ненавидит. А больше всего — океан. Песок ему тоже не нравится, и тени тут совсем нет. Поэтому, во избежание стресса, он находится сейчас в летнем лагере для собак в Коннектикуте, пока мы в Массачусетсе наслаждаемся морем и солнцем.

У Мартас-Винъярд есть свои особенности. Остров очень зеленый, с сельскими дорогами, тянущимися под тенистыми кронами деревьев мимо просторных лугов, где пасутся овцы. Проблема в том, что нравится он не нам одним. Летом Винъярд осаждают тучи туристов на велосипедах, мопедах, машинах и грузовиках, и на улочках Эдгартауна и Винъярд-Хейвена образуются пробки не хуже бостонских. Однако за исключением немногочисленных местных — фамилии которых в большинстве можно найти еще в списках пассажиров «Мейфлауэр» — мы все здесь туристы, и поэтому не жалуемся.

Я наслаждаюсь жизнью. Мне и в голову не приходит покинуть остров, пока мой агент не присылает сценарий. Предложение интересное — Спайк Ли продюсирует фильм своего молодого протеже Стефона Бристоля. «Увидимся завтра» — картина про путешествия во времени, с намеком на «Назад в будущее» и любопытными поворотами сюжета. Девочка-подросток, потерявшая брата, решает не доверять расследование полиции, а вернуться в прошлое и спасти его. Продюсеры хотят, чтобы я сыграл там небольшую роль учителя девочки, который не верит в путешествия во времени. Это просто эпизод, но он очень мне нравится. Необременительная возможность постепенно вернуться к работе.

Мои сцены должны снимать в понедельник нашей последней недели на Мартас-Винъярд. Однодневная съемка, плюс по одному дню на поездку туда и обратно — я отлично успею вернуться, чтобы торжественно закрыть каникулы с Трейси, Эсме и Аквинной. Скайлер надо возвращаться в город по работе, так что в воскресенье мы с ней вместе летим в Нью-Йорк.

Многодетных родителей часто спрашивают, есть ли у них любимчик. Я всегда отвечаю: «Да, тот который сейчас со мной». Сегодня со мной Скайлер, и я предельно счастлив. Мы сидим за кухонным столом, поглощаем еду из итальянского ресторана и обсуждаем будущую карьеру моей дочери. Она работает в клинике, которая предоставляет поддерж-ку подросткам с тревожными расстройствами. Тонкая и умеющая сопереживать Скай вкладывает массу сил в детей, с которыми работает. Некоторые люди видят мир вокруг, Скайлер его чувствует. При виде нее мне хочется запеть мелодию из «Мэри Тайлер Мур».

Мы рассматриваем с ней разные возможности построения карьеры в ее сфере, краткосрочные и долгосрочные перспективы. Ей хотелось бы также поработать на детском телевидении, а кроме того, она подумывает получить диплом в сфере здравоохранения и общественной политики.

Мы отлично поговорили, и я закрываю тему, напоминая Скай:

— Ну тебе не надо определяться с этим прямо сегодня.

Она смеется и бросает салфетку на свою тарелку.

— Если не сегодня, то когда?

— Ну не знаю, — отвечаю я. — Возможно, в будущем.

Мы убираем тарелки в раковину.

— Эй, Скай, сделаешь мне одолжение?

— Конечно.

Я протягиваю руку к полке над кухонным столом и беру оттуда мои страницы сценария.

— Пробежишься со мной по репликам?

— С удовольствием, — улыбается мне дочь.

Раньше я мог запомнить сценарий всей серии «Семейных уз», пробежавшись по нему за пять минут, причем до последнего слова. Больше это не работает. Может, дело в болезни Паркинсона, а может, просто в возрасте. Кто знает? Свои реплики я отлично помню, но тренировка никогда не помешает. К тому же это весело.

Моя дочь читает слова других персонажей и, чтобы реплики звучали естественно, практически изображает их.

— Эй, подожди-ка, — замечаю я. — А что насчет актерства? Ты же в прошлом году посещала пару уроков.

Она хохочет:

— Да, но, Боже, только не это! Совершенно точно, нет. Я ходила на занятия просто ради развлечения. Там столько стресса — мне не по плечу.

— Ну да, может начаться Паркинсон.