Генерал Евгений Монфор. Судьба профессионала - Александр Демонтфорт

Мемориальная плита от 1998 года на могиле Наталии Николаевны Меньчуковой на Ваганьковском кладбище в Москве

«Век протянется – всего достанется»

Народное наблюдение

Вера тихо доживает свой век в квартире 29 со своим любимым пианино. Детей ей бог не дал, но к ней ходят родственники Меньчуковых. Вот как описывает Веру один из них в начале 1966 года: «Нас с Олей встретила невысокая, аккуратно, скорее изыскано одетая пожилая женщина, напоила вкусным чаем из тонкостенных фарфоровых чашечек. В углу комнаты стояло небольшое, под стать хозяйке, пианино вишнёвого цвета. Разговор шёл об Олиных бабушке и дедушке, о весёлом Олином отце, о котором продолжали вздыхать жившие в том же доме его ровесницы («Колька не мог так просто пропасть без вести, голыми руками его не возьмёшь, он же писал, что вернётся домой верхом на фрице»), о будущем нас с Олей. На прощанье она подарила нам одну из замечательных чашек из чайного набора, приглашала заходить в гости.»

В 1968 году Вера неудачно поскользнулась на дороге, упала и попала в больницу со сломанной шейкой бедра. Пока она лежала в больнице в ее квартире появилась ее племянница, дочь сестры Веры Нины, энергичная женщина лет сорока, которая взяла в свои руки посещение больницы и заботы по квартире. Пару раз она заглядывала по вечерам в квартиру 51 к Меньчуковым поделиться новостями.

Из больницы Вера живой не вернулась, она умерла в 1968 году в возрасте 76 лет.

«Бог дал, бог и взял»

Народная поговорка

Как и в случае с Натальей Николаевной администрация Ваганьковского кладбища разрешила подхоронить Веру, которая числилась ответственной за захоронение, в могилу Евгения при условии, что она будет кремирована. Так и произошло: Вера была кремирована и ее урна захоронена в могилу Евгения. С тех пор могила осталась без ответственного лица.

Внешний вид захоронения Веры Григорьевны Монфор за 1968 год не сохранился, однако сохранилась мемориальная плита могилы от 1998 года, когда в могилу был захоронен сын Наталии Николаевны Александр Евгеньевич Меньчуков.

Мемориальная плита от 1998 года на могиле Веры Григорьевны Монфор на Ваганьковском кладбище в Москве

После смерти Веры племянница пригласила оценщиков из комиссионки, которые купили и забрали все вещи из квартиры квартира 29 по Потаповскому переулку 9/11. Квартира осталась пустой. Поскольку квартира была ведомственной и принадлежала Генштабу, 11 сентября 1968 года в нее вселили семью генштабиста Николая Ивановича Иванова, которая жила в коммунальной квартире в Москве по ул. Дзержинского, д. 18/9, кв. 31. Его потомки до сих пор живут в этой квартире.

У Евгения Александровича Меньчукова была два сына – Николай и Александр. Николай погиб в Отечественную войну, Александр прошел всю войну и после войны занимался просветительством в области геологии и охраны окружающей среды.

Александр Евгеньевич Меньчуков со своим отцом Евгением Александровичем Меньчуковым, Москва, 1936 год (интернетный ресурс)

Александр Меньчуков умер 31 июля 1998 года и был похоронен в ту же могилу на Ваганьковском кладбище, что и его мать Наталия Николаевна, Евгений и Вера Монфоры.

Хоронила Александра его жена, как ее называли «черная вдова», у которой остались документы на могилу, однако ответственной за захоронение стала дочь его брата Николая Ольга Николаевна Меньчукова. На 1998 год приходилась прогрессивная эпоха президента Бориса Николаевича Ельцына и родственники Александра решили этим воспользоваться, чтобы заодно отдать память Евгению Александровичу Меньчукову и официально похоронить его в ту же могилу. Естественно, что его останки остались на Коммунарке, на Ваганьковском кладбище была лишь установлена общая с Евгением, Верой и Наталией Николаевной Меньчуковой памятная плита с его фотографией и эпитафией.

Стелла Александра Евгеньевича Меньчукова на Ваганьковском кладбище в Москве

«Черная вдова» и дети Александра Евгеньевича нашли фотографии Евгения Александровича и Наталии Николаевны и с помощью офицеров курсов «Выстрел» составили эпитафию, а племянница Веры Григорьевны нашла фотографии Евгения Орестовича и Веры Григорьевны. Памятная плита получилась большой и красивой.

Эпитафия под фотографией Евгения Александровича гласит: «Жертва незаконных репрессий. Воспитатель офицерских кадров курсов «Выстрел». Мемориал».

Памятная плита на могиле Монфоров и Меньчуковых от 1998 года на Ваганьковском кладбище

Буквы фамилий «МОНФОР» и «МЕНЬЧУКОВЫ» были прикручены к стеле на шурупах, которые со временем вывалились вместе с дюбелями, следы которых хорошо видны выше фотографий, поэтому памятная плита кажется безымянной и на первый взгляд не ассоциируется с фамилиями Монфор и Меньчуков.

Фотография и эпитафия Евгения Александровича Меньчукова на могиле на Ваганьковском кладбище в Москве

Могила Монфоров и Меньчуковых на Ваганьковском кладбище выглядит довольно красиво.

Автор намеревается восстановить буквы фамилий на памятной плите могилы Монфоров ⁄ Меньчуковых, однако для этого ему надо стать лицом, ответственным захоронение, что в соответствии с существующим законодательством требует доказательства его родственных отношений с Евгением Монфором. Евгений приходится автору двоюродным дедом или братом его родного деда Евгения Александровича Монфора.

Согласно действующим правилам Министерства Юстиции РФ в качестве доказательств родства в советскую эпоху принимаются только четыре вида документов – свидетельство о рождении, где указаны дата, место рождения и родители; свидетельство о браке, где указаны муж и жена; свидетельство о смерти, где указаны дата и место смерти, или соответствующее вступившее в силу решение суда, которое заменяет один из этих документов в случае его отсутствия. В качестве таких доказательств в дореволюционную эпоху, когда таких свидетельств не существовало, а были только выписки из церковных метрических книг, естественно, такие выписки принимались.

Общий вид могилы Монфоров и Меньчуковых на Ваганьковском кладбище

В соответствии с этими требованиями в цепи доказательств родства автора с Евгением Монфором отсутствовало одно звено, а именно, свидетельство о рождении 5 июня 1910 года отца автора Ореста Евгеньевича Монфора, где было бы указано, что его отцом является Евгений Александрович Монфор. Такое свидетельство в виде метрической выписки из казанской церкви существовало, однако в нем была указана только его мать Васса Федоровна Бердникова и отец не указан, так как Орест был рожден незаконнорожденным, т.е. его родители на момент его рождения не