АУЕ: криминализация молодежи и моральная паника - Дмирий Вячеславович Громов

Например, что-то собрали в камере, а если своим в камере не хватает? Своих голодными тоже нельзя оставить, а еще и куда-то отправлять? У ребенка же изначально денег нет. Он не зарабатывает ничего. Значит, нужно поставить человека в безвыходную ситуацию? Вовлечь его в криминал либо заставить брать у родителей? Это в голове даже не укладывается, это в основе своей аморально, но перегибы в принципе могут быть везде. Здесь возможен момент злоупотребления личной выгодой, когда человек, используя какие-то понятия, какую-то идею, решает свои корыстные вопросы. Есть двуличные люди, которые действительно вредят» [эксперт 1].

Манипуляция понятиями со стороны преступных авторитетов обусловлена их экономическим статусом: соблюдая правила неписаного морального кодекса, они тем не менее заинтересованы в поступлении денежных средств. По выражению одного из экспертов, «ворам нужно только одно — чтобы преступники или люди, которые живут криминальными заработками, приносили в общак». В таких условиях крайне нежелательным становится сбор «грева» с «детей», но если поступление «грева» производится в этически допустимой форме, он не вызывает возражений. Оценивая позицию криминальных авторитетов в вопросе поборов, нужно учесть и то, что суммы, которые можно собрать с «детей», в принципе невелики и такой способ пополнения «общака» просто коммерчески неэффективен. Как сказал один из экспертов, «не будут взрослые люди школьников привлекать, чтобы эти двадцать копеек собирать».

Вопрос: происходит ли вербовка новичков и сбор «грева» через Интернет?

В одном из телевизионных сюжетов приводилось интервью с молодым мужчиной, который ранее, сидя в тюрьме, «вел переписку и консультировал желающих приобщиться к неформальному движению»[281]. По его рассказам, он вел страницу с помощью смартфона в местах заключения; вычислял интересующихся уголовной тематикой, переводил их в закрытые паблики, предлагал внести деньги в «общак»; занимался интернет-мошенничеством. Другой пример: «Родители ученика одной из школ Ленинского района Челябинска рассказали (…) что их 15-летний сын в „ВК“ переписывался с неким мужчиной по имени Давлет. Тот говорил, что мальчик должен собрать для некоего общака деньги со своих одноклассников, хотя бы рублей по 500. „Мы осторожно спросили у сына, что это за человек, но он ответил, что это „бот“ и что никаких денег он не собирает. На всякий случай предупредили классного руководителя. Страница этого Давлета удалена“, — отметил отец подростка»[282].

Масштабы телефонного и интернет-мошенничества в местах заключения оценить трудно[283]. С одной стороны, нельзя исключить возможность такого явления, тем более что новостная лента дает примеры успешных афер, совершенных в местах заключения. С другой стороны, эксперты указали на множество трудностей, с которыми сталкивается мошенник. Согласно правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений, заключенным запрещено иметь при себе средства мобильной связи, компьютерную и оргтехнику, выход в Интернет и пользоваться всем этим без контроля администрации. В реальности это правило может нарушаться: удается нелегально обойти запреты, администрация может делать послабления. Возможно и создание администрацией колл-центров. Например, большой резонанс имела ликвидация колл-центра в СИЗО «Матросская тишина» в июле 2020 года[284]. Но в любом случае мошенническая работа из-за решетки — дело непростое, опасное и затратное, заниматься этим трудно и неэффективно; проще это делать, находясь на свободе. Что касается конкретно махинаций со сбором «грева» с сочувствующих, эта идея показалась экспертам неэффективной. Как сказал один из них, «на больных котят было бы выгоднее собирать деньги». В целом высказывания экспертов можно резюмировать так: частные случаи вовлечения в криминальное сообщество возможны, но вряд ли можно говорить об этом как о систематической деятельности: «Если нашелся какой-то уникальный индивид с уникальными способностями, который может на расстоянии хорошо убеждать людей, почему бы ему не создать сообщество во „ВКонтакте“ или подростков увлекать, чтобы они ему приносили чай, курить и сладкое. Но журналисты потом эти единичные действия распространяют до того, что такие сообщества существуют повсеместно» [эксперт 2].

VI.6. Игровое поведение

Многообразную деятельность, связанную с тематикой АУЕ, можно рассматривать, помимо прочего, как игровое поведение.

В данном случае под игровым поведением понимается широкий круг понятий. «Суммируя, мы можем назвать игру, с точки зрения формы, некой свободной деятельностью, которая осознается как „ненастоящая“, не связанная с обыденной жизнью и тем не менее могущая полностью захватить играющего; которая не обусловливается никакими ближайшими материальными интересами или доставляемой пользой; которая протекает в особо отведенном пространстве и времени, упорядоченно и в соответствии с определенными правилами и вызывает к жизни общественные объединения, стремящиеся окружать себя тайной или подчеркивать свою необычность по отношению к прочему миру своеобразной одеждой и обликом»[285]. Игра является ведущей деятельностью в дошкольном детстве; в школьном детстве, в подростковом и молодежном возрасте игровая деятельность также очень важна и связана с индивидуальной социализацией. Склонность к игровому поведению присутствует у человека на протяжении всей жизни, выражаясь во множестве проявлений: ролевом поведении, экспериментах с жизненными стратегиями, стремлении к соревновательности и самопрезентации, эстетическом чувстве.

Тема АУЕ стала материалом для детских игр, подобно тому как раньше игры включали в себя другие исторические реалии[286]. Так, екатеринбургский журналист Юрий Шинкаренко рассказывал: «Недавняя сценка на улице Декабристов в городе Гае. К „Сбербанку“ бежит стайка семи-, восьмилетних малышей, мальчишки размахивают деревянными пистолетами и кричат: „Побежали банк брать! АУЕ!“. Такие забавы у малышни»[287].

Одним из активистов-общественников города Тюмени выявлена странная «игра АУЕ», бытовавшая среди учеников младших классов: «Один из ее участников показывает некий жест, и тот, кто этот жест заметил, получает наказание — его бьют по очереди все участники игры. Несильно, по плечу, но очень много раз. Сыну тюменца Д. не повезло стать участником такой игры. (…) Как рассказал (…) отец четвероклассника, в игру стараются привлечь как можно больше участников. Его сын получил по плечу 240 ударов. Серьезных травм ребенок, к счастью, не получил, отделавшись ушибами плеча. (…) Отец ребенка уверен — новинка может стать столь же опасной, как „группы самоубийц“. „Ребенка начнут „клевать“, он озлобится и что-нибудь с собой сделает, — пояснил собеседник URA.RU. — Эти игры могут распространяться криминальными структурами, чтобы выявить среди детей лидеров“»[288]. К сожалению, житель Тюмени, выявивший эту игру, отказался дать мне какие-либо комментарии.

Показательно, что в детской среде так и не появилось игры, разыгрывающей вход новичка в тюремную камеру (по крайней мере, мне такого найти не удалось). По