Экслибрис. Лучшие книги современности - Митико Какутани

Ни Рейнальдо, ни Сара и Эдвард не оказываются теми, за кого себя выдают. Дело не только в их двуличности или наивности Тэсси – это цена, которую мы платим за излишнюю импульсивность, романтическую увлеченность и чрезмерную погруженность в себя.

Перенеся три ужасных удара, Тэсси узнает, что тяжелая утрата делает человека «пассивным, проницаемым и разбитым вдребезги», что череда неудач истощает личность «до тонкости ночной рубашки», а любовь – к мужчине, ребенку, брату или сестре – не защищает от неурядиц, а, наоборот, усиливает уязвимость. Мур разворачивает повествование проникновенно, с инстинктивным пониманием превратностей жизни, и на страницы помещает яркие цифровые снимки Среднего Запада. Почти в каждом городке здесь есть фастфуд-ресторан «Дэйри Квин», куда даже зимой стоит длинная очередь. Сезонное развлечение – «причудливая игра воображения» жителей, тщательно расставляющих возле домов рождественские украшения: «пингвинов, пальмы, гусей и трости-леденцы, которые мигают огнями в едином порыве, словно друзья, которые давно не виделись».

Мур описывает ферму, где живет семья Тэсси. Вот мать героини устанавливает зеркала за клумбами, чтобы казалось, что наперстянок, флоксов и петуний куда больше, чем на самом деле. Вот отец велит дочери надеть костюм ястреба и бежать перед молотилкой, чтобы отпугивать грызунов. Она сухо замечает: «добавлять в салаты нарезанных мышей никто не хотел», «по крайней мере, не в этом десятилетии».

Автор позволяет нам краем глаза заглянуть в суровые и печальные души ее героев. И увидеть там страхи и разочарования, потаенные стремления и попытки не потерять мечту перед лицом невзгод и зыбкости повседневной жизни.

Книги Тони Моррисон

Песнь Соломона (1977)

Возлюбленная (1987)

Действие романов Тони Моррисон охватывает несколько сотен лет истории. Демонстрируя силу творческой фантазии и поразительный талант рассказчика, она описывает ужасы рабства и расовой сегрегации Джима Кроу, а также то, как их последствия отразились на жизни чернокожих американцев.

На страницах есть эпизоды, чудовищные в своей жестокости: беглая рабыня Сэти перерезает ручной пилой горло маленькой дочери, чтобы избавить ее от повторения собственной судьбы («Возлюбленная»); женщина поливает керосином и поджигает сына-наркомана («Сула»). Такие ужасающие события – акты отчаяния, которые можно постичь только в контексте трагедий, пережитых раньше персонажами или их семьями. Если и есть одна неотступная тема в романах Моррисон, то она заключается в том, что прошлое неумолимо формирует настоящее, попирая невинность, отсекая пути к спасению, искажая отношения между женщинами и мужчинами, родителями и детьми.

Как и в работах Фолкнера, в романах Моррисон прошлое для действующих лиц никогда не умирает – оно даже не становится прошлым. Фолкнер, несомненно, оказал влияние на творчество Моррисон, как и на него самого – работы Ральфа Эллисона, Вирджинии Вулф, Габриэля Гарсии Маркеса и сказания афроамериканского фольклора. Но Моррисон из разрозненных источников создает собственный стиль повествования – суровый, поэтичный, похожий на прозу Пруста по умению соединять воспоминания и опыт.

В шедевре 1987 года «Возлюбленная» нарисован горестный портрет рабства. Подобно классическим мифам, он находит отклик в душе читателя, но основан при этом на правдивых и страшных фактах американской истории. А захватывающий роман «Песнь Соломона», вышедший в 1977-м, – квинтэссенция романа-воспитания: история взросления и возрождения одного человека, рассказанная с элементами аллегории, реализма и басни.

В книгах Моррисон множатся странные сюрреалистические явления: призраки и куклы вуду, люди, убежденные, что могут летать, мешки с костями, свисающие с потолка. Все это персонажи воспринимают как должное. Они становились свидетелями жутких сцен – висельники на деревьях, сорок шесть человек, прикованных друг к другу цепями под палящим солнцем Джорджии, – и потому ничто чудовищное их больше не удивляет. Наоборот, обыденность слишком часто кажется недосягаемой.

Персонажей Моррисон преследует ощущение непостоянства жизни. Многие из них – сироты: одинокие в детстве или отвергнутые возлюбленными. По словам одной из героинь, они как льдины, «отрезанные от берега», жаждущие найти что-то свое. Но чрезмерной привязанности они боятся, слишком уж велика вероятность потерь и расставаний: родители умирают, дети вырастают, любовники уходят, землю продают или крадут, людей убивают или сажают в тюрьму. Те, кому повезло больше, понимают: порой прошлое нужно оставить позади, и найти избавление можно не в постоянных воспоминаниях, а в забвении, даже в прощении. «Если хочешь полететь, – говорит лучший друг главного героя в «Песне Соломона», – ты должен сбросить с себя все барахло, чтобы не тянуло вниз».

И в самом деле, у мужчин и женщин в романах Моррисон всегда есть какая-то особая черта – будь то способность оценить «музыку, которую создает мир» или, говоря словами персонажа из книги «Возлюбленная», обрести любовь с кем-то, кто берет «те отдельные куски, из которых я состою, и делает меня целым, а потом возвращает меня мне самому!»

Книги Владимира Набокова

Полное собрание рассказов (1995)

Под редакцией Дмитрия Набокова

Память, говори (1951)

«Полное собрание рассказов» отправляет нас в магический экскурс по творчеству магистра-волшебника Владимира Набокова. Его увлеченность взаимодействием жизни и искусства, его интерес к работе памяти и времени, его восхищение шахматными играми – все это сочетается на страницах книги в калейдоскоп историй: остроумные басни-аллегории; причудливые портреты эксцентричных персонажей; хитрые постмодернистские головоломки.

Многие из ранних рассказов излучают юношеское очарование чувственной стороной мира, веру в «глубокую благость всего, что окружало меня, сладостную связь между мной и всем сущим». В более поздних работах восхищение жизнью («Разве может существовать смерть, когда по весенней улице проводят верблюдов?») уступает место более содержательным, сдержанным размышлениям и мрачному осознанию человеческой смертности. Тридцатитрехлетний герой одного рассказа так боится смерти, что начинает принимать «чрезвычайные меры для ограждения своей жизни от притязаний рока»: перестает выходить на улицу, прекращает бриться, все больше времени проводит в постели.

В этой блестящей подборке проявляются бесчисленные таланты Набокова-писателя: мастерство повествования, музыкальное владение языком, любовь к деталям и точности (доведенная до совершенства двумя любимыми увлечениями автора – изучением бабочек и игрой в шахматы); способность описать сцену, воспоминание, ощущение или настроение с живописной непосредственностью и виртуозной ловкостью. Именно эти таланты автора объясняют его влияние на таких непохожих писателей, как Джон Апдайк, Томас Пинчон, Мартин Эмис, Дон Делилло и Зэди Смит. Даже судья Рут Бейдер Гинзбург, которая училась