Псих. Дракониха и семь гномов - Дмитрий Dmitro Серебряков

— Ну да, все верно. И что? Ик! — Дорн все еще не улавливал мою мысль.

— Как это что? — театрально развел я руками. — Драконы огромные и жрут много. А если много жрут, то много и срут. Разве нет?

— Эмм… чего⁈ — глаза у Дорна расширились так сильно, что чуть из орбит не выскочили. Даже икать перестал бедняга.

— А что? Разве я не прав? — насмешливо обвел я притихших гномов взором. — Или, по-вашему, драконы, как и единороги, сцут родниковой водичкой, а срут радугой? Или может они еду доставали из своего магкармана, а свои отходы туда складывали? Че-то сомневаюсь.

— Эм… с этой стороны мы как-то не думали, — озадаченно почесал затылок Дорн, переглянувшись с другими гномами. — Но не думаю, что всё настолько печально. Может они свои дела делали за пределами горы?

— То есть ты думаешь, они туалет рядом с горой организовали, и при этом их никто не видел? — скептически смерил я его взором. — А что до печальности, то здесь, дружище, банальная арифметика. Чем больше тело, тем больше отходов. А драконы как бы далеко не коровы. Мне даже страшно представить, что там у вас в пещерах творится после нескольких веков подобного проживания.

— Ой, ну и чушь же вы здесь обсуждаете, — насмешливо фыркнула явно подвыпившая ушастая, ибо она, кроме вина, еще и самогончику хорошо так распробовала. — Бред, да и только.

— Это почему это? — с обидой уставился я на нее. — Думаешь, я не прав?

— Я не думаю, — наставительно покачала она пальчиком. — Я знаю.

— И чего же ты такого знаешь, чего не знаем мы? — возмутился я.

— Ну, во-первых, драконы по своей природе переваривают еду практически полностью, — менторским тоном поясняла она. — Так что их отходы не больше чем у обычного человека. Но и это еще не все. Во-вторых, они очень чистоплотны, и потому отходы сжигают с помощью своего пламени. Так что ничего там нет. Но и это еще не все. В Амарат гномы хотят вернутся не только потому, что там их родина, но и потому, что они там оставили горы золота, самоцветов и других редких металлов. А также целые залы, заставленные искусными изделиями. Ну а драконы тоже падки на всякие ценности, и они так же, как и гномы, любят ухаживать за своим сокровищем и потому хранят его в идеальном состоянии. Так что в самой горе, скорее всего, царит идеальная чистота и порядок. Вот!

— Хм. Если так, то тогда все становится на свои места, — задумчиво произнес я. — Звучит, по крайней мере, логично. А ты, Дорн, как считаешь? Ушастая все верно сказала?

— Ну, в общем, почти все верно, — почему-то смутившись, замялся гном. — Вот только не так уж и много там было всяких ценностей. Так. Совсем чуть-чуть.

— Пфф! — презрительно фыркнула ушастая. — Ты кого здесь обмануть пытаешься? Меня, что ли? Или думаешь, никто не знает, чем так ценна это гора, и почему вы до сих пор туда стремитесь? Тоже мне, великая тайна. Пфф.

— А чего ты стесняешься, Дорн? — удивленно перевел я взор на гнома. — Ну есть там у вашего народа сокровища, и что с того?

— Дык я и не спорю, что есть, — набычился он в ответ и ворчливо добавил. — Просто их там не так уж и много.

— Много, мало, — равнодушно пожал я плечами. — Кому какая разница? Есть и есть. Вот только, если там много ценного, то как вы после победы над драконом собираетесь оборонять гору? Или думаете, что местные, узнав о гибели дракона, не станут к вам в двери секирой стучать?

— О! Об этом можешь не переживать, — подобравшись, солидно изрек Дорн. — Мой побратим, двоюродный брат Фархад Задыров, поможет.

— И как же он поможет?

— Ха! — бодро усмехнулся гном. — Дней через двадцать мы встретимся у подножья горы Амарат с его отборными воинами. Пять сотен лучших бойцов! Вот кто поможет нам защитить гору от мародеров! — и тут же, грустно вздохнув, добавил. — Жаль только, с драконом даже такой армией не справиться. Вот и пришлось вас нанимать.

— Ясно, — покивал я головой. — Ну раз ты уверен, что все будет в порядке, то это хорошо. Мы-то сразу после завершения заказа отправимся дальше, и помочь не сможем.

— Эмм… — растерялся Дорн. — Что, прям вот так сразу? Даже пару недель не погостите?

— Неее, дружище, — дружелюбно хлопнул я его по спине. — Ты конечно гном отличный, но увы. У нас самих еще куча дел нерешенных. Да и сам понимаешь, — подмигнул я многозначительно. — Деньги сами себя не заработают.

— Ну это, конечно, да, — явно расстроился хитрый гном.

Будто я не понимал, чего он хотел сделать. Мол, объявить гибель дракона великой победой и закатить пир, а мы в роли почетных гостей. А если кто на гору нападет, то мы что, не поможем гостеприимным хозяевам? Неужели настолько неблагодарные люди? То есть, другими словами, этот хитрован хотел за еду и выпивку получить меня в свою охрану. Ну-ну. Удачи тебе, Дорн. Я не я буду, если большую часть этих твоих «сокровищ» из горы не заберу. И да. Я не собирался воровать. Сам отдаст. Куда он денется?

— А этот твой брат, он точно доберется до места? — задумчиво произнес я.

— Без всяких сомнений, — гном гордо ударил себя в грудь кулаком и, оживившись, добавил. — Кстати. Вот прямо сейчас с ним и свяжусь, сам все услышишь.

После этих слов Дорн достал амулет связи, активировал его и уставился на загоревшийся желтый огонек в центре артефакта. А когда через минуту цвет сменился на зеленый, его лицо озарила довольная улыбка, и он пробасил.

— Фархад, брат мой. Ты слышишь меня?

— О! Дорн, брат! Рад тебя слышать, дон. Да пребудет с тобой сила горна и крепкие своды над головой твоей, дон, — раздался в ответ такой же бас из амулета.

— И тебе здравия, Фархад, — солидно прогудел Дорн. — Да будет освещен твой путь глазом