Призраки - Amazerak

И вдруг молния мысли пронзила мечущийся разум: «Наверх! Надо бежать наверх». И какой бы несуразной ни казалась эта идея, Кузьма решил довериться внутреннему голосу, тем более что ничего другого в голову не приходило. Схватив за руку Лиду, он потащил её из квартиры. В зале его взгляд упал на настенные часы — те показывали ровно двенадцать. Стрелки завершили свой механический бег и навсегда остановилась на роковом числе.

— Куда мы? — недоумевала Лида, когда Кузьма волок её по ступеням наверх.

— На крышу, — не оборачиваясь пропыхтел Кузьма. — Мы должны подняться как можно выше!

— Зачем? Дом сейчас рухнет!

— Так надо! Доверься мне! У нас нет другого выхода.

Он и сам не понимал до конца, почему «так надо», но сильнейший внутренний позыв толкал его наверх, а в голове что-то упрямо твердило: «Там спасение!» И Кузьме не оставалось ничего иного, кроме как схватиться за тонкую ниточку надежды и перебирать ногами ступени. Бетонное чавканье всё отчётливее доносилось снизу, и здание тряслось в предсмертных судорогах.

Ведущая на крышу дверь оказалась незаперта.

— Зачем?! Зачем мы здесь? — в ужасе визжала Лида, чувствуя, как крыша ходит ходуном под её ногами. — Дом рушится!

— Надо лететь, — Кузьма указал в небо. — Туда! Мы должны вознестись!

— Ты чего несёшь? Зачем ты меня притащил сюда?

— Потому что внизу — смерть. Только там спасение, только там свобода — в небе! Мы воспарим над землёй и улетим. Следуй за мной!

— Нет! Я не хочу так! Я не хочу умирать! — Лида выдернула руку и попятилась. — Я не буду прыгать.

— Тогда ты погибнешь. Единственный шанс на спасение — это полёт. Расправь крылья! Они есть у каждого из нас, их просто надо почувствовать. Прошу, доверься мне! — прокричал Кузьма, протягивая руку девушке, но та лишь отступала и мотала головой, а по щекам её катились испуганные слезинки.

— Ты сошёл с ума, — прошептала Лида.

Рухнула часть дома. Нестерпимый грохот стоял вокруг, заглушая скорбные вопли сирены. Многоэтажная бетонная конструкция тряслась в ужасе. И Кузьма понял, что он должен сделать это первым. Может быть, тогда Лида всё поймёт и последует за ним.

— Следуй за мной! — крикнул Кузьма и бросился к парапету.

В последний миг перед прыжком страх сковал его сознание. «Ты что творишь?!» — крикнуло что-то внутри, но было поздно…

* * *

Это чувство вернулось — блаженное ощущение полёта, которого так не хватало в жизни. Широкие перепончатые крылья удерживали Кузьму в воздухе, и он парил. Он взмыл над складывающимися домами, над тучами пыли, над шарообразными тварями, пожирающими всё вокруг, над человеческой болью, вопли которой рвались к равнодушным небесам. Он был свободен от земной тошноты и житейских оков, он летел…

Он сделал круг и увидел Лиду, что стояла на крыше дома и заворожённо смотрела на своего друга, парящего в вышине. А от здания остался последний подъезд, да и его уже с удовольствием жрали зубастые шары, столпившиеся внизу.

— Прыгай! — заорал Кузьма, стараясь перекричать грохот. — Ты сможешь! Летим со мной!

Но Лида не шелохнулась. Её сковали страх и непонимание. Ей требовалась помощь, чтобы переступить через себя и воспарить. Не каждому такое было по силам. И тогда Кузьма ринулся вниз за своей подругой.

В этот момент последний пролёт рухнул, и поднявшийся в небо столб пыли скрыл Лиду.

— Нет! — закричал Кузьма. — Почему? Почему ты не сделала, как я сказал?

Он закашлялся от попавшей в горло пыли и резко взмыл ввысь, чтобы не столкнуться с землёй. Сердце сжалось болезненным комом. Он кружил над рухнувшим зданием и всматривался в жёлтую пелену. Вдруг Лида выжила? Вдруг она ранена, и ей нужна помощь? Но тщетные надежды быстро рассеялись. Руины внизу серели печалью бетонных плит, задавивших последние отголоски жизни.

Лида так ничего и не поняла, и осталась внизу. Кузьма никак не мог на это повлиять, он не мог залезть в её голову, не мог пройти предначертанный ей путь. Она должна была сделать это сама, но не сделала. Теперь ей осталось только упокоиться с миром, а Кузьме — двигаться дальше в одиночестве.

Трупы домов лежали внизу бугрящимися грудами бетона. Все соседние кварталы превратились в руины, а огромные каменные шары катались туда-сюда, работая челюстями, и было этих существ великое множество. Никто не смог их сдержать. Они беспрепятственно сжирали город, засасывая его обломки в свои бездонные утробы.

Сделав три круга над разрушенными кварталами, Кузьма полетел в уцелевшую часть города. Там тоже катались шарообразные, но было их не слишком много, тогда как с запада их шла чёрная лавина.

Внизу носились машины, метались люди, а по одной из широких улиц двигался БТР. Он мчался в самый эпицентр событий, даже не подозревая, что там творится. Добраться до цели ему оказалось не суждено. На перекрёстке наперерез ему выкатился шар и откусил бронированный бок вместе с колесом, и БТР врезался в ближайший дом.

Кузьма не стал смотреть, как едок пожирает могучую бронированную машину, полетел дальше. На параллельной улице заметил группу солдат в сопровождении «Тигра», который ехал перед ними. Из-за ближайших зданий выскочили два шарообразных и сразу же сожрали несколько человек и откусили капот броневика. Два бойца бросились наутёк, но их, скорее всего, постигла та же участи, что и остальных. Кузьме не доставляло удовольствия созерцать людей, он полетел вперёд, а куда, и сам понять не мог. У него не было цели, он просто парил над рушащимся городом, наблюдая конец цивилизации.

Словно сама Земля взбунтовалась против рода человеческого и породила чудовищных монстров с целью стереть все следы существования этих непокорных животных, поставивших мир на грань уничтожения. Но природа оказалась быстрее и не позволила случиться беде, теперь она безжалостным скальпелем хирурга вырезала разросшуюся раковую опухоль.

Размышляя таким образом, Кузьма парил над городом, как вдруг увидел оранжевые линии, летящие в небо из точки внизу. Это были трассирующие снаряды зенитного орудия, и они неумолимо приближались, желая сбить человека с небес, куда тот так бессовестно забрался, уронить на землю, разорвать на части, лишив свободы.

Пытаясь избежать столкновения с яркими пунктирами, Кузьма резко свернул в сторону и ринулся вверх, но зенитчик видел манёвры странной человекообразной птицы и упорно вёл прицел следом. И Кузьма задирал нос всё выше и выше, чтобы подняться на такую высоту, где злоба человеческая не достанет его.