Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945 - Вера Павловна Фролова

Внезапно Джованни принял задорную позу, весь как-то приосанился, ударил азартно по струнам, и в каскаде стремительных звуков я узнала зажигательную, знакомую с довоенной пластинки мелодию «Тарантеллы». Если мне удалось правильно расшифровать последующую после мастерского исполнения пьесы жестикуляцию итальянцев, то выходит, будто бы «Тарантелла» – не только лихая национальная пляска – она, эта мелодия, имеет еще и магическое свойство – отгонять от человека тарантулов – отвратительных, ядовитых пауков, – предотвращать их смертельные укусы.

Вот так и прошел день. Я собиралась рассказать здесь, тебе, Дневник, о сегодняшних событиях очень коротко, но вот опять не удержалась, расписалась сверх всякой меры. А сейчас – прощай. Надолго ли – не знаю.

13 апреля

Четверг

Германский Вермахт уже, кажется, совсем «дошел до ручки» – своих, «арийских» солдат остается все меньше и меньше, так теперь принялись вербовать в армию добровольцев из «неарийцев». В сегодняшней газете по этому поводу имеется статья, призывающая «всех живущих в Германии здравомыслящих мужчин – «восточных рабочих» – дружно вступать в ряды так называемой «Русской освободительной армии» (РОА), которая создана при содействии Вермахта и которую возглавил якобы «сознательно перешедший на сторону немецких частей» бывший советский генерал Власов.

«…Истинным патриотам России, – говорится в статье, – Великая Германия дает шанс грудью своей защитить святую Русь от жидов и комиссаров, вместе с армией фюрера вырвать ее из дьявольских сетей большевистского мракобесия, вернуть многострадальному русскому народу отнятые у него советской властью свободу вероисповедания, святую православную Церковь…»

Ишь, как они запели! И как пытаются сыграть на патриотических и религиозных чувствах русского человека! А все же интересно – кто такой «бывший советский генерал Власов»? Существует ли он на самом деле, или это имя – вымышленное?

В статье щедро расписывается также о том, какая райская жизнь ожидает после победы Вермахта тех «остарбайтеров», которые, «проявив благоразумие», пойдут служить в «Русскую освободительную армию». Тут тебе и выгодная, хорошо оплачиваемая работа, и дешевое комфортабельное жилье, и первоочередные льготные услуги, и даже предоставление всех гражданских прав наравне с немцами. Словом, можно подумать, что в дальнейшем у «цивилизованной Германии» только и забот будет, как бы получше угодить продавшим свою Родину подонкам, создать для них сладкую, безбедную житуху.

Тут же помещена фотография – три облаченных в немецкую форму молодца с нарукавными повязками «РОА» и с немецкими автоматами в руках натянуто улыбаются в объектив фотоаппарата. Под снимком подпись: «Эти парни выбрали свой путь. Их цель – освобождение России от проклятого большевизма, возвращение русскому народу духовной свободы, богатства и счастья».

Да… Интересно. И противно. И очень мерзкопакостно к тому же. О какой духовной свободе они говорят, каким счастьем и богатством прельщают взамен проданной Родины? Неужели кто-то из «восточников» клюнет на эту лживую приманку и пойдет против своих, в одном ряду с немцами? Да нет, вряд ли… По крайней мере, среди живущих поблизости от нас «остарбайтеров» я не знаю ни одного, кто был бы недоволен советской властью и горел желанием «свергнуть ее». Даже Ваня «Сидели мы на крыше», даже Алекс Болтун, думаю, не способны на такую подлость, хотя, помнится, раньше Алекс как-то и заикнулся о своей готовности послужить ради отпуска в немецкой армии.

В общем, как мне кажется, напрасно вы стараетесь, господа вербовщики. Не обольстить вам униженных, постоянно оскорбляемых «восточников» лживыми посулами будущей сладкой житухи. И, как любит говорить наша Нинка, – «фигос вам под нос!».

18 апреля

Вторник

Как радовались мы еще совсем недавно таким прекрасным, таким значительно-обнадеживающим новостям «оттуда». А сейчас снова тягостное затишье, снова томящая душу неизвестность. Ну, что там происходит? Где теперь те, кого, пользуясь словами нашего с Мишей стихотворения, «…так ждем, кого так страстно мы в мыслях зовем»?

Ни в газете, ни в сегодняшней радиопередаче ничего нет утешительного. Только фрау Гельб, провожая меня с Леонидом за порог, вымолвила со скорбным вздохом, что сейчас немецким солдатам в России приходится «ганц шлехт»[21] и что она страшно опасается для себя новой беды. Скоро наступит срок окончания временной отсрочки призыва Генриха в армию, и вряд ли теперь они, родители, сумеют отстоять своего дорогого мальчика. Не дай Бог, если он попадет на этот страшный Восточный фронт. Упаси, Господь… Сохрани его, Спаситель, и помилуй.

В воскресенье с утра был Роберт, однако ничего хорошего тоже не смог сообщить. Правда, бодро обнадежил (в который уже раз!), что вот-вот, не сегодня завтра, англо-американцы должны наконец открыть долгожданный второй фронт. Но только когда же реально настанет это «вот-вот»? И сколько уже было у нас таких разговоров, предположений.

На этот раз Роберт пробыл у нас недолго (сказал вахману, что должен навестить своих друзей на Молкерае, и тот, сверив время, отпустил его на час). Он ушел, взяв с меня слово, что я непременно приду во второй половине дня к Степану.

После обеда мы трое – я, Нинка и Миша – отправились туда. У Степана уже сидели Игорь, Сашко от Клодта, а также Янек и Зигмунд от Нагеля. А англичане так, увы, и не показались – вернее, не смогли показаться. Чертов вахман в отместку за то, что утром Фред чем-то здорово насолил ему, решил наказать всех. Он просто-напросто навесил на наружную дверь лагеря замок, а сам принялся периодически прогуливаться по дорожке вдоль дома.

Роберт, выбрав момент, подозвал к окну Генку, передал ему для меня записку. В ней, вперемежку с проклятиями в адрес «недобитого фашистского подонка», содержались и привычные нежные слова. Он надеется, что любимая простит его за несостоявшееся свидание. Пусть она верит – никакие преграды не удержат его долго вдали от нее, он все равно скоро, даже, может быть, завтра, постарается увидеться с ней… Теперь он, Роберт, просто уверен, что наш «грозз таг» непременно, рано или поздно, наступит, не может не наступить… Ну и так далее, в таком же духе.

Мы поиграли с поляками в карты, затем Степан, усадив Зигмунда в центр комнаты на табуретку и накинув на его плечи цветастый платок «бабци», взял в руки ножницы, расческу и превратился в парикмахера. Миша и Янек остались ждать своей очереди, а мы с Нинкой и с Сашко отправились домой. По пути решили зайти в «Шалман» и неожиданно нашли там развеселую компанию. Еще на подходе к