Рассказы из Парижа - Людмила Маршезан

На том берегу – хуторок на поляне

И дедушкин тополь пред ним на посту…

Я помню, я вижу – сквозь слезы, в тумане,

Но все ж я ушла и стою на мосту.

Ларисса Андерсен вернулась в Россию своими стихами:

Я думала, Россия – это книжки,

Все то, что мы учили наизусть.

А также борщ, блины, пирог, коврижки

И тихих песен ласковая грусть.

И купола, и темные иконы.

И светлой Пасхи колокольный звон.

И эти потускневшие погоны,

Что мой отец припрятал у икон…

29 марта 2012 г. В 16:35 в больнице Исенжо Ларисса Ноколаевна Андерсен в возрасте 101 года закончила свой земной путь. Естественно, Тамара Калиберова срочно прилетела и привезла землю с острова Русский, ведь Ларисса так любила его.

Я буду умирать, не споря

Где и как надо хоронить,

Но жаль, что вдалеке от моря

Прервется жизненная нить.

По имени «морская птица»,

Я лишь во сне летать могу,

А хорошо бы очутиться

На том знакомом берегу…

Ларисса никогда не любила прощаться, она любила радостные встречи и, может быть, для некоторых читателей это и будет первая встреча – встреча с «чайкой русской поэзии» – Лариссой Андерсен.

Мы смеемся, хотя и плачем,

Рай-то заперт, другого нет.

«А могло бы быть все иначе», —

Протестуя, сказал поэт.

Так и умер, устав томиться.

Он не мог воплотить мечты.

А вокруг щебетали птицы

И бездумно цвели сады.

P.S. Для каждого человека время летит, идет, течёт или тянется по-разному. А для Лариссы Андерсен, после столетнего юбилея, время превратилось в воспоминания, где все ещё были молоды, красивы и писались такие упругие, хрустящие стихи.

Её можно было слушать часами, вернее, легко переноситься вместе с ней в прошлый век со всеми подробностями прожитой жизни и незабываемыми встречами.

Чаще всего она возвращалась к знакомству с «солнечным мальчиком Женечкой Евтушенко» на гостеприимном острове Таити.

В свою очередь, я рассказала ей, что, будучи подростком, тоже встретилась с Евтушенко в Харькове, на площади Поэзии, где он читал свои стихи, Я до сих пор не могу забыть ту атмосферу благоговения и родства душ присутствующих людей, казалось, что все сердца стучат в унисон. Балконы домов, окружающие площадь, были переполнены и когда голос поэта захрипел от напряжения, ему тут же спустили на верёвочке термос с ароматным чаем. Евтушенко пил чай и благодарил харьковчан. Запасливые люди ринулись к поэту, чтобы подписать сборники стихов или пластинки Евтушенко, но у меня ничего не было, поэтому, протиснувшись поближе, я просто стояла рядом и дышала с ним одним воздухом.

Мой наивный рассказ пришелся ей по душе и она вдруг произнесла:

– Милочка, у меня к вам просьба. При следующей встрече с Женечкой передайте ему мою книгу и расцелуйте его по русскому обычаю.

– Помилуйте, Ларисса, где же я могу с ним встретиться?

– Не думайте об этом. Для этого мы и живём, чтобы уповать на случай.

Легко сказать «не думайте». Но, особенность моего характера – помнить о просьбах и обещаниях. И я, конечно, думала и терзалась, особенно после смерти Лариссы.

И вот… Евтушенко в Париже! Он будет выступать в Посольстве России. Все обеспокоены здоровьем Евгения Александровича, он плохо себя чувствует, но готов читать стихи. Естественно, я сижу в первом ряду рядом с фотографом Борисом Давыдовичем Гесселем, который хочет запечатлеть «исторический» момент, а я хочу только одного – исполнить завещание Ларисы.

Фото Бориса Гесселя

Ещё не умолкли аплодисменты, когда я стремительно выскочила на сцену и, догнав Евтушенко в кулисах, громко произнесла, как заклинание, имя Ларисы Андерсен. Этого было достаточно, чтобы он остановился и удивлённо посмотрел на меня.

– Эта книга вам, от неё… Это её последняя просьба.

Мне было так неловко добавить, что мне ещё велено его поцеловать.

Удивительно, как преобразилось его лицо! Усталость и болезненная бледность моментально исчезли, а глаза зажглись молодым любопытством.

Я показала ему фотографии столетней Андерсен, сохранившей до конца необыкновенное очарование и осанку танцовщицы.

– Лариса бегала, как заяц, до последнего.

– Вот бы мне так, – вздохнул Евтушенко, – это так скучно, когда подводят ноги.

– Всё будет хорошо, – оптимистически заверила я его. – Вы так молоды!

– По сравнению с ней – я просто мальчик!

Мы рассмеялись одновременно и обнялись. Пробормотав: «Это за Ларису», я отважилась трижды расцеловать «Женечку», исполнив просьбу Андересен.

– А это на «счастье», – улыбнулся Евтушенко, расцеловав меня в обе щеки.

Я как ошалелая, вместо того, чтобы спуститься в зал по ступенькам, со всего маху спрыгнула со сцены, испугав моих друзей.

– Ты сумасшедшая, могла сломать ноги. Мы всё видели, как ты целовалась…

– Я не целовалась. Я просто исполняла долг!

Вот так, совершенно случайно мне удалось выполнить просьбу Ларины Андерсен. Оставалась осуществить мою мечту – донести стихи нашей русской чайки французскому читателю. Особенно это желание усилилось после знакомства (увы телефонного) с племянником Ларигеы по линии мужа – Жан- Кристофом Балле (Jean-Christophe Ballet), человеком необыкновенной щедрости и широкой натуры. Это благодаря его финансовой поддержке во Владивосток была отправлена значительная часть русского архива, томящегося на чердаке Лариссы, фотографии, афиши и ee сценические костюмы. Тамаре Калиберовой удалось уже организовать несколько выставок, посвященных Ларине. Но мне было несказанно грустно, что Жан-Кристоф, не говорящий по-русски, не мог оценить поэзии своей русской тётушки. Но поцелуй «на счастье» принес удачу! Марсиаль Менадье (Marsial Maynadiaer), французский издатель, загоревшийся идеей издать стихи Ларисы по-французски, его помощница – переводчица Екатерина Гильбер (Guilbert) и, конечно же, Тамара Калиберова, уже сидят у меня за чайным столом и Марсиаль читает некоторые стихи Андерсен по-французски. Мне казалось, что поющее сердце Ларисы пульсирует в ритме французского перевода. Марсиаль – удивительно солнечный человек, бесконечно влюбленный в поэзию, сиял. С какой тщательностью он пестовал каждую строчку! Атмосфера простоты и дружбы царила в доме, это был тихий рай друзей!

Я была бесконечно счастлива, что Жан-Кристоф сможет насладиться стихами Андерсен, почувствовать свободу поэтического духа, выразительность слова и… ностальгию.

Осенью 2017 года прошла презентация французского сборника поэзии Андерсен в её любимом Иссанжо (Yssingeaux en Haute Loire). Это было настоящим событием в маленьком городке.

Если любопытный турист поинтересуется, чем же знаменит