Шумерские мифы - Юлия Чмеленко

Станет больше живых тогда, чем усопших»[7].

Говоря о шумерской мифологии, важно также обратить внимание на различия шумерских и аккадских (семитских) текстов.

В период шумерского преобладания (кон. IV — нач. II тыс. до н. э.) основой религиозного культа являлся календарный ритуал: божество почиталось не как таковое, а только в связи с теми периодами года, в которые оно проявляет себя наиболее активно. Столь же важное значение имели место почитания божества и предписанные ему функции. Во II–I тыс. до н. э. (период семитского преобладания) особую значимость приобрел культ личного бога, появилась тенденция к выделению верховного божества, объединяющего в себе основные функции других божеств.

Среди других особенностей месопотамской религии, объединивших все периоды ее существования и развития, можно выделить почитание небесных тел и растений, а также преобладание культов, направленных на обеспечение благополучия в земной, а не в потусторонней жизни.

ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА В ПРЕДСТАВЛЕНИИ ШУМЕРОВ

Статуя Эбих-Иля, посвященная богине Инанне (Иштар), Мари, 2500–2340 гг. до н. э.

Antiquités orientales / © RMN — Grand Palais / Raphaël Chipault / Musée du Louvre

Считалось, что верховные боги были слишком заняты, чтобы заниматься судьбами простых людей. Обратиться непосредственно к таким божествам, как Ан, Энлиль, Энки, Инанна и Уту, могли только правители, верховные жрецы и высшие чиновники. Выслушав просьбу молящего, верховный бог передавал ее божеству, наделенному особыми силами в разрешении поставленного вопроса. Существовали также посредники между человеком и главными богами; каждый житель Двуречья имел своего бога-покровителя, который мог отвернуться от подопечного в случае проступков.

Судьба любого человека была предопределена и обладала неотвратимой силой. Шумеры называли предначертанное словом «намтар» — по имени демона смерти. Счастливую участь во многом обеспечивало следование заветам отцов и наличие благочестивого потомства, однако именно богатство, а не личные качества обеспечивали человеку силу и вес в обществе. Свидетельством этого являются многочисленные пословицы, в которых говорится об участи бедняков, нередко с искренней симпатией.

«Бедняк никогда не бьет своего сына — он относится к нему как к драгоценности».

«Скитания полезны в бедности: бывалый человек, странствуя, живет лучше, чем тот, кто ведет оседлую жизнь».

«Тот, у кого много серебра, может быть счастлив, и тот, у кого много ячменя, может быть счастлив, но тот, у кого нет совсем ничего, спит спокойно».

Очевидно, бедняки Шумера были покорны и смиренны: «Бедняки — самые тихие люди в стране». «Бедняку лучше умереть, чем жить! Если у него есть хлеб, то нет соли; если есть соль, то нет хлеба; если есть мясо, то нет ягненка; если есть ягненок, то нет мяса», — говорили в народе.

Притчи шумеров свидетельствуют о страхе перед предопределением судьбы и Намтаром, несущим смерть. Против судьбы нельзя было бунтовать, но жаловаться на свою участь и осыпать ее проклятиями никто не запрещал.

Судьба — это зверь, всегда готовый укусить.

Как грязная одежда, она прилипает [говоря]:

«Кто бы ни был мой господин, пусть знает:

Судьба подобна той одежде [что на него надета],

пеленает плотно среди пустыни».

Судьба — это [также] бешеный вихрь, несущийся над страной,

Судьба — это пес, следующий за ним по пятам[8].

Шумеры боялись своих богов и тщательно следовали религиозным предписаниям. Строительство храмов и отправление сложных ритуалов культа были задачей царей и жрецов, а долгом простого гражданина — посылать дары в храмы, молиться и заботиться об умерших. Также следовало соблюдать бесчисленные правила и табу, покорно получая наказания за грехи в виде болезней, бедности и печали.

Тем, кто вел добропорядочную жизнь, уважал установленный закон и порядок, боги даровали свою милость и прощение. В качестве награды за хорошее поведение боги оказывали человеку помощь и защищали его от опасности, посылали благополучие и счастье, крепкое здоровье, многочисленное потомство, долгую жизнь.

Шумеры обращались к богам с просьбами о стабильности, защите от стихийных бедствий и эпидемий. Каждую весну в городах Месопотамии проходила торжественная церемония празднования Нового года, во время которой боги объявляли судьбы жителям города и выступали гарантами обновленного порядка.

Под судьбой человека понимался цикл жизни от рождения до смерти. После появления на свет ребенку давали в руки вещь, магически закреплявшую его половую идентификацию: мальчик получал в руки палку, девочка — веретено. После этого новорожденный обретал имя и «судьбу людей». Имя младенца обязательно включало в себя имя верховного бога города или божества — покровителя семьи. Ребенок должен был беспрекословно подчиняться воле главы семейства, юноша — пройти обряд инициации и воинскую службу, мужчина — обзавестись семьей и освоить ремесло, став в пожилом возрасте примером человека, соблюдающего нормы и идеалы общества.

Такова была судьба простого жителя Шумера, чтившего своих богов и получавшего в награду их расположение.

УСТРОЙСТВО МИРА В ПРЕДСТАВЛЕНИИ ШУМЕРОВ

Шумерские космогонические мифы дошли до нас фрагментарно. Большая часть информации о сотворении и устройстве мира поддается гипотетическому восстановлению на основе аккадских текстов.

В повествовании о Лахар и Ашнан, богинях скота и зерна, описывается «гора небес и земли», еще не отделенная друг от друга. В мифе о мотыге и топоре говорится, что землю от небес отделил Энлиль, сын бога неба Ана и богини земли Ки. В сказании «О Гильгамеше, Энкиду и подземном мире» описываются события времен, «когда небеса отделились от земли, когда Ан забрал себе небо, а Энлиль — землю, когда Эрешкигаль подарили Куру[9]». Миф об «Энки и Нинхурсаг» рассказывает о священной непорочной стране Дильмун, в которой неизвестны печаль и смерть.

Рассмотрим два дошедших до нас фрагмента раннего шумерского мифа о сотворении мира.

Ан господином был, Ан сиял, Ки — темна была, на подземный мир не смотрела.

Скважина воду не несла — ничто не было создано, на обширной земле нива не обрабатывалась.

Высокое жречество очищения Энлиля не существовало — священный обряд омовения рук совершенно не исполнялся.

Иеродула Ана себя не украшала — <…>

Ан и Ки вместе были,

В браке не состояли.

Месяц не сиял — тьма все объяла.

Ан к Даг-ан-на лицо поднял,

Кладбище на поле не переходило (?).

Ме Энлиля над чужими странами не были совершены,

Светлая Инанна жертв не получала,

Великие боги Ануннаки в движение не приходили.

Боги неба, боги земли не стояли…

И второй фрагмент:

Скважина воду испустила.

Ан — владыка он — в молодчестве своем встал.

Ан и Ки друг на друга кричали