Колыбельная для слов - Елизавета Давыдовна Полеес

Через секунду, минуту, столетье:

Песню ли счастья нашепчет мне ветер,

Злая ли туча прольётся дождём,

Аист ли в небе помашет крылом?..

Что будет завтра – да кто угадает?

Тихо вода, словно жизнь, убегает…

      2

Помолчи, луна-разлучница,

И о том не говори,

Как устало сердце мучиться

От заката до зари.

Помолчи, луна-печальница.

Диск твой – плаха иль костёр?

Это ж надо – так отчаяться,

Чтобы душу – под топор!

Помолчи, а утром ясное

Снова солнышко взойдёт.

Жизнь – она всегда прекрасная.

Лишь порой наоборот.

3

За это прекрасное лето,

За лето прекрасное

Плачу неразменной монетой

И бывшею сказкою.

За этот ручей и каналы,

За белое облако

Я душу слегка растоптала

И спрятала в войлоке.

Пускай отдохнёт и наплачется

В покое таинственном.

Жизнь – слёзы, любовь и чудачества.

И выбор – единственный.

* * *

Израненную душу тронь –

нет, не излечишь…

Но я возьму твою ладонь –

пусть станет легче.

И загляну в твои глаза,

в их зазеркалье –

туда, где прячется слеза…

С каким лекалом,

с каким мерилом подойти

к любви просторам,

когда души твоей пути

омыты горем?

А впрочем, стоит ли роптать

о жизни бренной

и обижаться, и молчать

о сокровенном,

когда ведь можно просто жить,

прощать и верить?..

Вот – ключ от сердца.

Нет там лжи.

Вот – ключ от двери…

* * *

Из чего родится чудо?

Из дыхания? Из песни?

Из спасительной причуды?

Или вздоха поднебесья?

Из чего родится тайна?

Из мечты? Из ветра плача?

Из мелодии случайной,

Той, что жизнь переиначит?

В мире суетном и грешном

Столько горечи и муки…

Из чего родилась нежность?

Неужели из разлуки?

* * *

И, обращённую в безумие,

Куда вела меня стезя?

А мне б хоть чуть благоразумия,

Чтоб знать, что можно, что нельзя!

Да только сердцу не приказчица,

И я не знала наперёд,

Куда несёт судьба пропащая,

В какие беды путь идёт.

А впрочем, что считать-то бедами?

И где безумию порог,

Когда и радости отведала,

И был не горек тот пирог.

Крутни же, жизнь, разок в обратную,

Фортуны лёгкой колесо.

Впусти мне юность невозвратную

Хотя бы в мимолётный сон.

Пускай хоть слабое дыхание

Её – моих коснётся уст!..

Спасибо, жизнь, за понимание,

За то, что не остался пуст

Любви источник восхитительный,

Надежд потёртая сума.

Ах, как по-детски искупительно

Сходила часто я с ума!

Ах, как же часто в бездорожии

Я шла без страха – по прямой…

А та, что пряталась, похожая, –

Была, конечно же, не мной!

* * *

Как внезапно всё прошло,

Кончилось, умчалось…

От осеннего тепла

Дыма не осталось.

И реки глубокой гладь –

Под ледовой коркой,

И волос живая прядь –

С сединою горькой.

Только имя – тихий звук,

Только память тела.

А любовь из слабых рук

К звёздам улетела.

* * *

Казаться сильной?

Казаться слабой?

Расправить крылья,

равняясь славой?

Гасить сомненья?

Дышать надеждой?

Меняя мненье,

остаться прежней?

Хмелеть от вздора?

Встречать, как праздник?

Бывать покорной…

ершистой … разной?..

Не в правде сила,

не в лести слабость.

Я – нежность, милый.

Я просто – баба…

* * *

Как надоело сильной быть!..

Как надоело

под завывание трубы

встречать метели…

Как надоело видеть дверь

одну и ту же…

Круг обретений и потерь

всё уже, уже…

Как надоело заводить

всё те же песни

и одиночество любить.

Любить – хоть тресни…

Как надоело от себя

самой спасаться,

и жить, себя в себе губя,

и гордой зваться…

Как надоело гнёзда вить

с чужим, кто рядом…

Как надоело сильной быть

в любви…

А надо…

* * *

Какой отравленной стрелой

Пронзило тело?..

Я не желала быть иной,

Я не хотела,

Я не мечтала жить опять

В плену суровом.

Но не успела убежать –

И вспыхнул снова

Огонь лучисто-золотой,

И всё запело…

Мне до вчерашней, прежней, злой

Какое дело?..

* * *

Как хорошо – любить тебя

И это небо.

Как хорошо – дарить, любя,

Не ломоть хлеба,

А этот синий небосвод

С сияньем солнца,

Таким янтарным, словно мёд

С пыльцой на донце.

Как хорошо, когда тиха

Вокруг природа,

И кажется, что без греха

Уходят годы.

Их бег совсем неуловим,

Почти не слышен,

И ты со мной, неотделим, –

Любовью дышишь.

* * *

Когда о любви будет всё уже сказано,

Жар сердца погаснет, надежда умолкнет,

Я буду ничем никому не обязана:

Ни близкому другу, ни серому волку,

Ни звёздам, что с нами смеялись и плакали,

Ни в рамке портрету на белой стене,

Ни раннего дождика капельке лаковой,

Ни миру, который забыл обо мне.

Я выпорхну в поле, чтоб петь и бродяжничать –

И ветер весенний расчешет мне волосы.

И стану я горсточкой пуха лебяжьего,

И стану мелодии трепетным голосом.

КОЛОКОЛА

Колокола, не лейте звон печали.

Здесь так недавно музыка звучала.

Глаза в глаза смотрели на рассвете.

Пришла гроза. Кто за неё в ответе?

Пришла гроза. И смяла, и сломила.

А жизнь одна. И не хватило силы…

А что любовь? Путь разве ей означен?

И надо жить.

Колокола, не плачьте!

КОЛЫБЕЛЬНАЯ ДЛЯ СЛОВ

Скучаю по тебе, скучаю,

Следы шагов перебираю,

Словам, рассыпавшимся в звуки,

Наивно подставляю руки,

И суть их помня еле-еле,

Качаю, словно в колыбели.

Ну, засыпайте, баю-баю…

Я даже нежность укачаю…

К ТЕБЕ

Опустила влажные ресницы

Темнота – коварная сестра.

Будет ночь, как раненая птица,

Одиноко биться до утра.

Не грусти. Осталось так немного

До тепла, до света…

На заре

приведёт к тебе меня дорога

По следам уснувших фонарей.

КТО?

«Я не люблю», – наврала я себе

И перочинным прошлась по судьбе.

Оборвала память прожитых дней,

Свет отделила от царства теней.

Жизнь разделила на «там» и «теперь»,

Душу закрыла, захлопнула дверь.

Нежные, перечеркнула слова.

Боль позабыв, я, бесспорно, права.

Кто ж неустанно в бессонной ночи

В сердце моем одиноком кричит?

* * *

Куда от