Лучше ничего не делать, чем делать ничего - Лев Николаевич Толстой

* * *

Один из важных недостатков – возбуждение в других зависти, склонность выставлять свои преимущества. Чтобы внушать любовь к себе, напротив, надо тщательно скрывать всё, что отличает тебя от толпы.

* * *

Ужасное чувство – самоуверенность. Оно разделяет людей, губит их. А потому великое дело – обратное: смирение.

* * *

Мы уважаем и боготворим людей: придворные – царей, духовные – архиереев и т. п. исключительно потому, что выше тот, кому мы поклоняемся для своей пользы. Вот почему мы оправданы не только в чужих, но и в своих собственных глазах.

* * *

Чтобы быть гордым, надо быть или дураком, или излишне довольным собою.

* * *

Есть люди, которые говорят не для того, чтобы выразить мысли, а для того, чтобы совершить поступки: разбранить кого-либо, подольститься к кому-либо, похвастаться и т. п.

* * *

Ничто так не препятствует пробуждению любви, как несмирение, гордость, тщеславие, самолюбие и самовыставление. Малейшее проявление всего вышеперечисленного – и готовый раскрыться цветок любви закрывается.

* * *

Главная ошибка людей в жизни – самая обычная и вредная – в том, что мы хотим что-то совершить в жизни: подвиг или хоть дело какое бы то ни было. Этого нельзя, это совсем неправильно. Дело наше здесь только в том, чтобы делать, как должно, то, что потребуется, и желательно любовно.

* * *

Злоба, как и любовь, не химическое, а органическое вещество, как дрожжи – закваска. Крошечная доля заквашивает всё.

* * *

Обвинение других снимает с нас ответственность. Нам кажется, что нам дурно не от того, что мы дурны, а потому что другие виноваты.

* * *

Остроумное осуждение – это труп под соусом. Без соуса отвратился бы съесть, а под соусом – не заметишь, как проглотишь.

* * *

Главное различие людей – в различии их идеалов, в том, чем они хотят быть. Говорить человеку с идеалом порядочного комильфотного буржуа о требованиях христианства, всё равно что говорить о красоте музыки глухому: он не понимает, зачем. Кроме того, сказанное кажется ему или притворством, или сумасшествием, или же умышленно нанесённой ему обидой.

* * *

Мир не способен держаться на зле. Если бы мир держался на зле, он давно бы погиб. Вы не хотите видеть в мире хорошего и видите только дурное. Перемените взгляд на жизнь, и вы избавите себя от нравственных страданий. Зачем вы все берёте петербургскую жизнь, жизнь городскую? Загляните сюда, в деревню, где маленькая девочка знает закон Христа и делится ягодами с другой девочкой. Город – это болезненный нарыв на здоровом теле. Вы же, увидев на теле прыщик, решаете, что всё тело гнилое и что из него не будет никакого толку.

* * *

Гордость и ложь тесно связаны между собой. Именно гордость заставляет нас беспрестанно лгать.

* * *

Нет ничего хуже, чем быть сыном великого человека. Я предпочёл бы быть сыном какого-нибудь хулигана, чем великого человека. Всякий смотрит на тебя не просто, а как на что-то особенное и, кроме того, вымещает на тебе свою злобу.

* * *

Научный язык – желание скрыть незнание, литературный язык – желание скрыть то, что нечего сказать.

* * *

Моцарт[5]  не боится пошлости, а Венявский[6] – тот всё хочет изобразить что-то особенное.

* * *

Невежественный человек прямо рубит сплеча всё, что ему взбредёт в голову, средний, но скромный человек всегда постарается узнать, что другие об этом думали, учёный человек знает множество чужих мнений, которые он проверяет своим умом.

* * *

Многие уверены в том, что они помогают людям, хотя, справедливости ради, задача их заключается в том, чтобы людям не мешать.

* * *

Свойство глупых людей: когда вы им говорите что-нибудь, они никогда не отвечают на ваши слова, а всё продолжают говорить своё.

* * *

Всякий человек, рисуя с оригинала, до известной степени рисует себя. У кого нос закорючкой, тот и на чужом портрете сделает его до известной степени таким же.

* * *

Предпочитаю кутилу и весельчака нерассуждающему и отталкивающему всякие рассуждения умствователю, живущему по чужой совести, то есть без оной. У первого может выработаться совесть, у второго – никогда.

* * *

Все люди разделяются по степеням чуткости совести: от самой чуткой до отсутствия её.

* * *

Не от самоуверенности глупость, а от глупости самоуверенность.

* * *

Глупо, когда один человек считает себя лучше других людей, но ещё глупее, когда целый народ считает себя лучше других народов.

* * *

Много зла причиняют себе люди ради плотских своих похотей, но ещё больше зла делают они для того, чтобы люди хвалили их.

* * *

И теперь и прежде высмеивали того, кто сидит в молчании, высмеивали и того, кто много говорит, и того, кто говорит мало. Нет никого на земле, кого бы не осуждали. Никогда не было, никогда не будет и нет никого, кого бы всегда и во всём осуждали, как нет и того, кого всегда и во всём хвалили. И потому не стоит заботиться ни о похвалах, ни об осуждении.

* * *

Прекрасная шутка Брюллова[7]  о том, что лучше ничего не делать, чем делать ничего. Смысл этого для меня тот, что когда человек делает ничего, то есть пустяки – визиты, туалеты, парады, обедни, пустые разговоры и т. п., то это гораздо хуже, чем когда он сидит просто сложа руки, потому что в первом случае он собой бывает очень доволен, а во втором – напротив.

* * *

При всяком деле, и в особенности в отношениях с людьми, помнить важно не суждение о вас этих людей, а одобрение Бога.

* * *

Ни один соблазн не удерживает людей так долго в своей власти, не отдаляет так людей от понимания смысла человеческой жизни и её истинного блага, как забота о славе, об одобрении, уважении, похвале людской.

* * *

Закачивают ребёнка не затем, чтобы избавить его от того, что заставляет его кричать, а затем, чтобы он не мог кричать. То же делаем мы и со своей совестью, когда заглушаем её, чтобы угодить людям. Мы не успокаиваем совесть, но добиваемся того, что нам и нужно было: не слышим её.

* * *

Мы часто