Говорящий сокол. Английские и шотландские народные баллады - Фольклор

Ревность же обыкновенно бывает наказана — «Баллада о двух сестрах», или входящая в данный сборник баллада «Смерть лорда Уорристона», где погибают оба участника драмы.

В ряде баллад рассказывается о преступной кровосмесительной любви — такие истории особенно трагичны и непременно заканчиваются либо самоубийством, либо убийством, а иной раз — и тем, и другим. («Вавилон», «Стройная лань», «Лиззи Вэйн»).

Есть, наконец, веселые, комические баллады на любовный сюжет, часто описывающие всевозможные хитрости, содействующие счастливому соединению влюбленных («Говорящий сокол», «Смуглый Робин», «Хитрый клерк»). Есть и баллады-шутки: «Одураченный рыцарь», «Старуха, дверь закрой», «Старый плащ» и другие.

Балладные сюжеты часто связаны с колдовством, с нечистой силой, с ведьмами, домовыми, русалками — все это обычные образы народных сказок, поверий, преданий. В данном сборнике к этой группе относятся, например, «Принц и чудовище», «Отвратная змея и макрель», «Клерк Колвил». Перечисленные баллады целиком посвящены колдовским силам, но есть и баллады, относящиеся к другим тематическим группам, где участвуют и колдовские элементы: «Говорящий сокол», «Как Дуглас предал Нортумберленда» — историческое повествование, соответствующее реально происшедшим событиям, но в них принимает участие колдунья Мэри Дуглас.

Ряд баллад повествует о легендарных и полулегендарных личностях, например, о короле Артуре и рыцарях его Круглого стола, образующие отдельный цикл, восходящий к валлийским источникам. Такой же отдельный цикл, но куда более многочисленный, составляют баллады о знаменитом легендарном разбойнике, вершителе народной справедливости, смелом мастере кулачного боя, искусном лучнике, заступнике бедных и обиженных, поживающем в Шервудском лесу — о Робине Гуде. Поскольку все эти баллады очень хорошо известны русскому читателю в переводах С. Маршака, Н. Гумилева, М. Цветаевой и Игн. Ивановского, составитель данного сборника считает нецелесообразным включать их. Впрочем, Робин Гуд — не единственный демократический герой народных низов, были и другие. В этом сборнике можно найти баллады о браконьерстве, о наивной борьбе за справедливость, и прочее («Джорди», «Гилдерой» и др.)

Наконец, существует весьма многочисленная группа баллад исторических, как английских, так и шотландских, рисующих подлинные исторические события, зачастую происходящие на англо-шотландской границе (так называемое Порубежье).

Один из основных собирателей и издателей народных баллад Томас Перси (см. ниже(так сказал о значении исторической баллады в посвящении графине Нортумберлендской, что они «изображают обычаи и мнения отдаленных веков, тех веков, которые вовсе ушли бы из памяти, если бы благородные дела ваших предков не уберегли их от забвения» и если бы эти дела не были запечатлены в песнях, которые «сохранили и прославили эти события».

Исторические баллады, безусловно, представляют собой совершенно уникальное собрание описания драм и трагедий, в основу которых положены реальные исторические события, во время сочинения баллад всем известные, а потому особенно волнующие слушателя. Драматической и богатой неожиданными и часто кровавыми событиями была сама обстановка в XIV–XVI веках, особенно в Порубежье. Постоянные набеги, перестрелки, схватки отражали исторически сложившиеся отношения между Англией и Шотландией. Шотландия до 1707 года была самостоятельным государством, управлявшимся собственной королевской властью, хотя Англия неоднократно претендовала на господство над ней. В Шотландии жили вольные горцы, не покорявшиеся никому, дерзко нападавшие на владения соседей и угонявшие чужой скот. Многие из них стали героями народных баллад («Гилдерой»). Сложено множество баллад о трагических событиях, о предательстве, о жестоких убийствах. Очевидно, баллады сочинялись по свежим следам этих событий, а потому вызывали особенно бурные эмоции слушателей («Пожар во Френдрофте», «Граф Мэрри», «Парси Рид»). Есть баллады об известных исторических сражениях между английскими и шотландскими войсками: «Битва при Оттерберне», «Охота на Чевиотских холмах». Воспевали авторы баллад и известные бунты и мятежи («Северное восстание», вошедшее в настоящий сборник). Все эти баллады, как и рассказывающие о любви, очень человечны. Даже если мы, в отличие от современников, не знаем, кто такой граф Мэрри и почему его убил Хантли, мы не можем не проникнуться глубоким сочувствием к его трагической гибели, столь скупо, но выразительно описанной автором баллады, мы узнаем, какой достойный и благородный это был человек:

Был он храбрый и ловкий,

Брал кольцо на копье.

Мог бы стать королем он —

Вот мненье мое.

Был он храбрый и ловкий,

В мяч играл лучше всех,

И во всех состязаньях

Ждал графа успех.

Даже при том, что нам неизвестно, кто такой Парси Рид и по какой причине он сражается с Крозерами, и почему его так коварно предали братья Холлы:

Весь порох у него украли,

В ружье забулькала вода…

Но драматизм ситуации, но острота человеческой трагедии дошла до нас через века — это одно из неотъемлемых качеств народной баллады, и она так берет за живое нас, жителей конца XX века. И когда мы читаем короткую и крайне скупую по выразительным средствам балладу «Джордж Кемпбелл», где всего только и говорится, как конь возвращается без всадника, а навстречу выходит убитая