Сам себе властелин 2 - Александр Горбов

А я взялся за журавликов. Оживил, привязал по десятку птиц к каждому зеркалу. Какая же удобная здесь магия — на «экранах» изображение разбилось на аккуратные квадраты. Поехали!

До самого вечера я учил пятёрку орков управлять бумажными беспилотниками. Не всё шло гладко, но рядом стоял Уру-Бука и тумаками вдохновлял зеленокожих. В конце концов мы справились: территория вокруг замка теперь была под наблюдением на десяток километров.

— Ммм, — Уру-Бука задумчиво посмотрел на зеркала, где мелькали деревья, тропинки и озера, — полезная штука. А можно, чтобы птицы ножами во врагов кидалишь?

— Нет, грузоподъёмности не хватит.

— Жаль, но так тоже хорошо, — орк нахмурился и дал подзатыльник одному из операторов, — Хумбук, ты куда глаз-птицу направил? Тебе какой шектор шказали наблюдать?

Я не стал наблюдать за воспитательным действом и пошёл к себе. Бука уже понял, как работать с журавликами, вот пусть и пользуется. А я займусь придумыванием новых методов против светлых.

* * *

За поздний ужин мне влетело от бабушки.

— Режим питания нарушать нельзя, — ворчала она, подкладывая мне вареников с картошкой.

— Я постараюсь, Ба.

— Постарается он. Не стараться надо, а сразу делать. Учись у Сени, он никогда не опаздывает.

— Угук!

Монстр, довольный похвалой, громко заурчал и с удвоенной силой налёг на вареники. Он поужинал вовремя, и сейчас делал «лёгкий» перекус. И куда в него столько влезает?

— Ба, ты не знаешь, где Гебизе? Весь день его не видел.

— В лаборатории заперся и алхимичит. Говорит, эксперименты ставит.

После ужина я вышел на замковый двор. Хорошо-то как! Тёплый ветерок, чистое небо в звёздах, тишина, уханье орков. Стоп! А что это там за митинг около ворот?

Я быстрым шагом направился к толпе орков. В свете факелов фигуры зеленокожих воинов казались чёрными.

— Что случилось? Да расступитесь вы!

— Ш дороги! — рыкнул подбежавший Уру-Бука, — что проишходит?!

Орки раздвинулись, смущённо отворачиваясь.

— Да что у вас тут?

— Вот, — со вздохом указал орк на опущенную решётку, — не знаем что делать.

Не понял. Там же ничего нет. Я опустил глаза и увидел за решёткой ребёнка. Девочка, лет шести. Маленькая, в чистом платьице, со светлыми золотистыми кудряшками. Большие голубые глаза смотрели на меня с наивным интересом.

— Здравствуйте, дяденька. Вы Владыка, да? — голосок девочки звенел как маленькие колокольчика.

— Да, я Владыка. А ты кто такая?

— Сиротка, — девочка всхлипнула, — бедная одинокая сиротка, Дитя Тьмы. Можно я у вас поживу?

Глава 3

— Поднять решётку!

Орки, стоявшие вокруг меня, отшатнулись и быстренько разбежались.

— Ты что делаешь, — зашептал мне на ухо голос мумия, — не надо её пускать.

— Не могу я ребёнка оставить ночью на улице.

Девочка, не дожидаясь, пока решётка поднимется, проскользнула под ней. Подошла ближе и уставилась на меня голубыми глазёнками.

— Дяденька Владыка, а вы сегодня пытать пленников будете? Очень интересненько посмотреть.

— Маленьким детям ночью надо спать, а не смотреть ужасы.

Она надула губы.

— Так нечестно

Из темноты появилась бабушка.

— Ах ты маленькая, голодная, наверное. Пойдём, деточка. Сейчас я тебя искупаю, накормлю и уложу спать.

Взяла ребёнка за руку и повела во дворец.

— Зачем ты её впустил, — забубнил мумий, — я же предупреждал.

— Давай по порядку: почему не надо было пускать?

— Так это же Дитя Тьмы!

— И что?

Мумий хлопнул себя ладонью по лбу.

— Зомби меня защекочи, всё время забываю, что ты не в нашем мире вырос. В каждой детской книге есть история: придёт Дитя Тьмы и заберёт непослушного ребёнка.

— Я давно не ребёнок, чтобы меня Бабайкой пугать. Кроме детских страшилок, есть версия для взрослых?

— К каждому Владыке приходит Дитя Тьмы. Это знак бедствий, войны и разрушений.

— Прямо к каждому? К тебе тоже приходила?

— И ко мне.

— А ты?

— Мы сделали вид, что никого нет дома. Она постояла и ушла. Ни один Владыка не впускал Дитя Тьмы в замок.

— Тогда откуда известно, что нельзя?

— Ну, традиция, устные предания.

— А может, это просто ребёнок?

Мумий скептически посмотрел на меня.

— Сам-то веришь в это?

Я пожал плечами.

— По-моему неважно, во что я верю. А вот оставить ночью на улице ребёнка, это плохо.

Старик хмыкнул и поджал губы.

— Потом не говори, что я тебя не предупреждал. С традициями шутить нельзя.

— У нас в семье главная традиция — проигрывать светлым. И её я точно собираюсь нарушить.

Чуть позже я заглянул на кухню. Замотанная в полотенце, девочка сидела за столом и сонно ковырялась вилкой в тарелке.

— Сейчас спать буду укладывать, — шепнула мне бабушка, — она с ног валится, даже колыбельную петь не придётся.

— Хорошо.

— Ваня, — бабушка дёрнула меня за рукав, — ты Гебизе не слушай, сказки всё это. Обычный ребёнок, никаких рогов, клыков и копыт у неё нет.

— А дед говорит, что к нему тоже приходила такая.

— Белочка к нему приходила, — бабушка усмехнулась, — меня тогда в замке не было, а он пил как не в себе. Вот и почудилось.

— Ну, тогда пусть живёт у нас, если родители не найдутся.

Бабушка кивнула и пошла хлопотать над девочкой. Однако, не хватает ей внуков. Но с этим я пока ничем помочь не могу, пусть воспитывает приблудное Дитя Тьмы, кем бы оно ни было на самом деле.

* * *

За завтраком бабушка посадила Дитя Тьмы рядом с собой. То ли для радости, то ли для присмотра.

— Кушай кашу, деточка.

Наивные голубые глаза уставились на бабушку.

— А бифштекс есть? С кровью?

Старушка даже поперхнулась от неожиданности.

— Утром надо есть кашу.

Девочка засопела.

— Бифштекс…

— Даже Владыка утром ест кашу.

Дитя Тьмы недоверчиво посмотрела на бабушку и перевела взгляд на меня. Решив поддержать воспитательный момент, я пододвинул к себе фарфоровую кашницу и положил себе в тарелку несколько половников.

На лице девочки появилось разочарование. Показушно вздохнув, она взяла вазочку с клубничным вареньем и полила кашу. С отвращением на лице зачерпнула ложку и попробовала.

— Зачем кривишься? Вкусная же кашка.

— Ммм… вкушно… — с набитым ртом ответила Дитя Тьмы.

— Правильно, кушай. Все великие тёмные ели кашу, чтобы вырасти большими и сильными.

— Даже он? — девочка ткнула пальцем в Уру-Буку.

— Он тоже.

Орк хотел возразить, но бабушка так посмотрела, что он кивнул и склонился над тарелкой.

— А другие орки кашу едят?

— Едят, — постарался реабилитироваться Уру-Бука, — они вше любят кашу. Ошобенно ш вареньем.

Пришлось Дитю, вздыхая и кривясь, доесть всю тарелку. Ничего, бабушка и не таких воспитывала. Орки, уж на что дикие,