Мир и Я - Виктор Творец

Без преувеличения, я всю жизнь находился у глупых людей в подчинении! Это Бог дал мне терпения!

Во время выполнения любых работ, чем бы я ни занимался, не забывал о главном деле своей жизни — о книге! Постоянно в голове ворошил свои знания, по всем темам, записывал на клочках бумаги: поправки, дополнения, уточнения, вставки, изменения. Весь материал, всю книгу помнил наизусть, и начинал свои записки со слов, там, где, чтобы легче было искать, писал два — три слова из текста: включить, проверить, дополнить, уточнить, исправить, изменить, переписать заново, и прочие, прочие замечания и недочёты, всё то, что считал нужным. А как же вы хотели? По-другому никак нельзя! Специфика работы такова!

Книгу писать, тем более научный труд создавать, это Вам не дрова колоть!

Колоть дрова я любил. Ставишь чурбак, стукаешь его так, чтобы он не развалился никак, наносишь второй удар поперёк первого, потом третий между них, и четвёртый, завершающий, ударяешь так, чтобы чурбак, развалился на поленья, (как на пол пьяный дурак)!

Это и есть мастерство. Чем больше поленьев, тем больше оно. У меня, больше 12 не получалось. А у Вас?

Попробуйте мой метод колки дров.

Убрав последние полешки под навес, зашёл в избушку, истопил буржуйку, а ночью прихватило спину, да так, что не мог с топчана встать, еле сползал по нужде. Пять дней не выходил из времянки, хорошо, что вода была для питья и ведро для сливания мочи, хоть караул кричи, но кругом ни души.

На шестой день, опираясь на швабру, шатаясь вышел на Божий свет и обомлел, кругом белым бело, а меня от холода трясло. Через пару дней, оклемавшись, перебрался в основной дом и, конечно, заболел, редькой с мёдом вылечил и спину, и выгнал простуду. Я сам себя лечил, все недуги, чистил раны, вправлял суставы, дёргал без анестезии (водки) зубы.

Я в этом Мире всё делал своими руками, работал много, а жил скромно, отказывал себе во многом, кроме умственного труда и физического, в них я себе пощады не давал, трудился из последних сил, до отупения и умопомрачения! Помогал всем подряд, знакомым и не знакомым, и мне не стыдно было людям в глаза смотреть, не отрывая взгляд. Хотя, чтобы я не сделал для себя или других за редким исключением был недоволен своей работой.

Всю жизнь не чурался любого физического труда, даже самого грязного, тяжёлого, противного, непосильного и часто обходился без помощников!

А Вы как думали? Что Боги на небесах живут, и все им прислуживают? Ни фига подобного! Они находятся в самом низу, как все люди вкалывают, да всем прислуживают.

Как второй, еврейский бог Авраам, преклонив голову перед Моисеем, ходил на цырлах.

«…и, последние будут первыми» — сказал Бог. Их души первыми попадут в царствие небесное! — Когда зазнаетесь, не забывайте об этом!

Ну, конечно, Богам труднее всех на свете жить, на наших плечах судьба всего Мира весит.

При этом, нелегко находиться в самом низу и не возмущаться, не роптать, а Божий Мир создавать! Трудно жить с человечеством, опережая их в своём развитии на тысячелетия!

Нелегко, в своём отечестве быть пророком, а Богом тем более! Все тебя не понимают, пинают, унижают, оскорбляют, рот затыкают — слушать не хотят!

Так как, умный среди дураков, тоже дурак, ибо его не понимают и за дурака считают!

Люди, большинство их, — существа неразумные, умом обделённые, им трудно (невозможно), что-либо объяснить. Их мозг слабо развит, а душа отсталая, самая простая (примитивная) — животная, она находится на первой стадии развития! Так что, бейся не бейся, доказать истину таким неандертальцам — не-воз-мож-но! Они животные в человеческом обличье.

§ 1

Этот параграф пишу для тех бумагомарателей-очковтирателей, которые за столом сидят круглый год и считают себя писателями!

Философом может быть только тот, кто на собственной шкуре испытал все тяготы этой жизни, пережил пот, грязь, кровь, голод, холод, лишения и унижения, адский труд до изнеможения, смерти в глаза смотрел не раз, и при этом остался с большой буквы, Человеком.

А писатель, сродни философу, он хотя бы половину тягот, что написал выше, испытать обязан!

На самом деле, было гораздо сложнее и труднее, чем я изложил. В начале пути, казалось мне, живи не тужи да книгу пиши, но мелочи замучили!

Раз 100 в колодец нырял, раз 50 на электрический столб взлетал, а о доме и говорить нечего, всего его, как женщину, с головы до пят исцеловал. Не было местечка, где не касались его мои пальцы, и не я его, а он меня — изнасиловал! Сколько потребовалось мне приложить усилий, чтобы довести его до ума?

Одному Богу известно, то есть мне, мой дом не велик, а лежать не велит. Работы с ним невпроворот! Первый этаж: зал, кухня, печка, душ, в коридоре вход в подвал (люк), лестница на второй этаж, а под ней туалет. На втором: кабинет, спальня, выход на балкон, тамбур с обзорной площадкой и лестница на чердак. Площадь без подвала 67 метров, а с ним — девяносто, и от фундамента и до конька крыши всё пришлось переделывать и поправлять. Так что не сидел без дела!

Многие люди не заморачиваются, войдут в «дом» (сарай) и живут в нём до тех пор, пока не превратят в свинарник, а потом ноют, что у них плохие жизненные условия!

Фундамент откопал (он воду в подвал пропускал), замазал щели между блоков, и сделал глиняный замок, отмостку и дренаж — для отвода с крыши вод, под террасой, с лицевой стороны, углубил ленточный. Цоколь, чтобы был красивым дом, плоским шифером облицевал, зашпаклевал и покрасил в белый цвет. Первый этаж, старую вагонку отодрал, паклю подбил, пенопластом обшил и новой вагонкой ощелевал, на втором этаже сделал бутерброд: два слоя минеральной ваты и два слоя вагонки (старой и новой), все окна в доме, включая террасу и дверь на балконе, на пластиковые поменял. Конёк тоже пришлось отдирать и под него рейки подкладывать, так как гофрированного железа до конца крыши не хватало, внахлёст был мал, и в щели ветер снег на чердак задувал. В самое пекло четыре часа на коньке просидел, так что зад и ноги онемели, а голова котлом гудела, насилу сполз, повезло, что не упал — делец.

Дополнительно утеплил в подвале стены и потолок, на пол положил плитку,