Грушенька и сын шейха - Зинаида Хаустова

Последний пункт слегка притупляет мое стремление к сопротивлению. Сама бы я никогда на свете не стала бы претендовать на такую зарплату. Может быть, это действительно мой шанс?

— Даже не знаю, — задумчиво смотрю в окно, — я ничего не понимаю в скриптах. Ты расскажешь, как их вообще писать?

— Там ничего сложного. Есть инструкции, где описан принцип. Разберешься по ходу работы. Ты согласна на собеседование? — требует ответа Анна.

— Это же простая формальность? — уточняю я. — Мне не надо как-то готовиться?

— Нет, считай, что ты уже принята. Требуется просто присутствие.

— Ну, хорошо, — решаюсь я. — Там же большая зарплата.

— Именно, — губы Макаровой расползаются в довольной улыбке.

Чокаемся бокалами, и я слегка пригубляю игристое вино. Рассеянно осматриваю кухню в нашей трешке. У нас очень уютно, не то что кухни в коммуналках. Мы вообще с Викой и Аней хорошо уживаемся. Имеем похожие взгляды на быт, да и вообще прекрасно ладим. Макарова с Гончаровой давно могли бы позволить себе отдельное жилье, но желания разъехаться у нас не возникает.

— Так что у тебя с этим Бобрешовым? — отпив шампанского, начинает допрос Аня.

— Мы вчера ходили на обед в кафе, — пожимаю я плечом, — Степан рассказывал про жизнь в Таиланде. Он жил там в местном монастыре. Каждое утро бил в колокол и будил монахов. Интересный человек, в общем-то.

— Дауншифтер что ли? — фыркает Макарова. — Вообще не вариант. Будешь с ним всю жизнь мотаться по азиатским клоповникам.

— Зато порядочный человек с широким кругозором, — из чувства противоречия возражаю я, — не карьерист, но меня это устраивает.

— А безымянный палец у него больше указательного? Если человек порядочный, то хотя бы член должен быть нормальный.

Давлюсь шампанским после вопроса Анны. Подруга бьет меня по спине, пока откашливаюсь.

— Ты должна исследовать этот вопрос, — после вынужденной паузы продолжает Макарова, — порядочный человек с маленьким членом абсолютно бесполезен.

— Это мне вообще не важно, — бормочу я, потупив вниз взор, — тем более, какая-то псевдонаучная теория.

— Ничего подобного. Корейские ученые доказали. Тем более проверено много раз, — убежденно провозглашает Анна, — а тебе не важно, пока ты с мужиками не спишь. Потом станет очень даже важно.

— Как Гоша? — спешу я перевести тему.

Гоша — бойфренд Анны, у которого она живет большую часть времени, но от съема комнаты не отказывается, чтобы не терять свою независимость.

— Гоша жив и здоров. Что с ним может случиться? — отмахивается Макарова. — Лучше расскажи последнюю сводку новостей. А то скоро уйдешь из своей газеты, и политинформацию рассказать будет некому. Ну, что там в мире творится?

— Стабильности в мире нет, Аня, — улыбаюсь я и салютую подруге бокалом.

Глава 4. Ролик

Аграфена

Задумчиво смотрю на Настю и думаю, рассказать ей о собеседовании или все-таки не стоит. Можно же и сглазить. Решаю, что лучше не стоит.

— Груш, возьмешь новость о выставке Коровина? — тотчас подает голос напарница.

— Хорошо. Взяла.

Открываю заметку и начинаю редактировать.

— Привет, девчонки, — в наш кабинет заходит Саша Комов, обозреватель отдела «Общество».

Александру нравится Настя, поэтому он у нас частый гость. Не дожидаясь ответа, Комов опускается в старое гостевое кресло и водружает ноги на журнальный столик.

— Саш, ноги убери, — моментально взвивается моя напарница.

— Я потом его протру, — флегматично сообщает гость, — дай хоть немного расслабиться. Я сегодня на летучку ходил по причине отсутствия руководителя отдела на рабочем месте. Весь мозг вынесли, не добавляй, Насть.

— А чего от тебя хотели? — вежливо интересуюсь. Комову явно не терпится сесть кому-нибудь на уши.

— Да тут месяц спустя выяснили, что наша дура Синицына посетила июньский митинг белоленточников. Шефа нет, дура предусмотрительно в отпуск свалила, а мне нужно мозг вынести по этому поводу. Мне, между прочим, всю личку на фейсбуке загадили предложениями оказать информационную поддержку оппозиции за мзду малую. Я всех героически слал. И такая вот награда?

— Не переживай, Саш, ты же ни при чем, — даю я обратную связь парню.

— Да обидно же, — отмахивается Комов, — ладно, проехали. Какие у вас делишки?

— А вы видели масонский ролик по ЖЖ разгоняют? — подает голос Настя.

— Нет, не попадался, — с энтузиазмом отзывается Александр, — покажешь?

Комов моментально подскакивает, подходит к Насте и зависает над ней. Одной рукой опирается на подлокотник стула напарницы, нагло нарушая личное пространство.

— Груш, иди сюда, — нервно требует поддержки Настя.

Прячу улыбку за волосами и подхожу к креслу коллеги. Немного пододвигаю Комова, игнорируя его недовольный взгляд.

— Вот, — Настя жмет ссылку и переходит на ютуб. — Канал Heliofant. Его только создали и выложили всего один ролик. Сделан очень качественно, денег до фига вбухано. В ЖЖ пишут, что это иллюминаты наваяли. В русском переводе "Я тоже домашний козел" называется.

Настя жмет на плей и на экране возникает козел за колючей проволокой. Появляется название мультика «I pet goat ii». Дальше смотрим череду каких-то тревожных образов и апокалиптических предсказаний под тревожную музыку.

— Надо пересматривать, — категорично заявляет Александр, когда ролик заканчивается. — Символов и знаков слишком много. Тянет покадрово посмотреть.

— И к чему все это? — вздергиваю я бровь. — Мы все умрем или как?

— Ну, к чему-то всю эту шумиху раздувают с концом календаря Майя и обещанием апокалипсиса в декабре, — напоминает Настя.

— Фигня все это, — отмахивается Комов, — меня больше зацепил религиоведческий момент. Никто же не будет отрицать, что масоны на какой-то своей волне и религия у них другая?

— В ролике был Иисус, — возражаю я.

— Ага. Извергающий из себя пламя и плывущий на лодке Анубиса. — скептически цокает Александр, — это просто образ, понятный массовому сознанию. Очевидно, что иллюминаты ждут своего мессию и это не Христос. Если не ошибаюсь, они вообще Бафомету поклонялись. Как понимаю, намекают, что скоро будет.

— Ну и что ты там говорил про религию? — возвращаю я Комова к его мысли.

— Да забавно, что человечество долго шло к монотеизму, а мировая верхушка, где и окопались иллюминаты, сваяла какой-то синкретичный политеистический культ.

— Почему политеистический? — с любопытством смотрю на Комова.

— В этом мультике кроме того самого непонятного мессии фигурируют одноглазый дервиш мусульман, богиня разрушения Кали и бог с клювом. Наверное, Тот египетский. Может, еще кто-то был, надо пересмотреть. То есть, такая заявочка на универсальность и всемирность.

— Мне кажется, что это грамотный подход, — усмехается Настя.

— Да уж эффективнее, чем с внедрением монотеизма было. Сколько там веков прошло, пока удалось Яхве единственным еврейским богом сделать?

— Я