Я пришел договориться - П. Пушкин

отступала, оставляя прохладную расслабляющую слабость. Когда жжение почти полностью исчезло, мальчик растянулся на кровати, просто наслаждаясь моментом. Солнце заглянуло сквозь шторы, возвещая наступление утра. Пришлось возвращаться в позу медитации, так как время поджимало, а у Наруто еще оставались вопросы к Девятихвостому.

Лис встретил его каким-то задумчивым взглядом.

— Получилось? — первым делом поинтересовался Узумаки.

— Отчасти, — качнул головой Девятихвостый. — Все пошло не совсем так, как я рассчитывал. В этом есть как плюсы, так и минусы.

— О чем ты? — спросил мальчик.

— Ты призвал мою силу, находясь в своем внутреннем мире, из-за этого она воздействовала только на твою систему циркуляции чакры, — пояснил демон-лис. — Недостаток достаточно очевиден: твое тело получило совсем небольшую порцию моей силы, его устойчивость если и улучшилась, то совсем немного. Но есть и плюсы: воздействие на систему циркуляции чакры оказалось выше ожидаемого. Пожалуй, год-другой таких тренировок и ты сумеешь высвободить мою мощь.

— Кажется, я понимаю, — Наруто привычным жестом почесал затылок. — Я смогу использовать твою чакру для техник, но не для усиления тела, так?

— Верно, — согласно кивнул Девятихвостый. — Дополнительным плюсом такой тренировки можно считать, что моя сила остается внутри твоей СЦЧ и почти не вырывается во внешний мир. Таким образом вероятность обнаружить Анбу во главе с Хокаге после пробуждения сильно снижается.

— Кого? — услышал незнакомое слово ребенок.

— Подразделение сильных шиноби, которые подчиняются напрямую Хокаге и используются для разного рода деликатных миссий, — пояснил лис.

— Понятно, — кивнул Наруто, ощущая неожиданный приступ стыда. Наверняка где-то на уроках им рассказывали про Анбу, но он пропускал мимо ушей все, что не относилось напрямую к становлению Хокаге. — Такое тоже возможно?

— Конечно, — подтвердил Девятихвостый. — Больше всего старик Хокаге боится, что я снова вырвусь на свободу и доделаю то, что однажды начал. Уверен, за тобой, как минимум, приглядывают, а сам обезьяна готов в любой момент сорваться, чтобы удержать меня внутри печати. Так что сильно не советую использовать такую тренировку рядом с сильными шиноби. Почуют.

— Я понял, спасибо за предупреждение, — задумчиво протянул мальчик.

Новая информация, между тем, вносила изменения в его внутреннюю картину мира. В слова Девятихвостого присутствовала определенная логика: приставить наблюдателя к сильнейшему оружию деревни выглядело правильным решением. А вдруг ребенок упадет и свернет шею? Что тогда? Разъяренный демон в центре деревни? Не говоря уже про шиноби из враждебных деревень, для которых выкрасть ценный ресурс — милое дело. Но как тогда могла произойти ситуация с Ирукой, Мизуки и кражей Свитка Печати? Даже здесь обман? Или он чего-то не понимает?

Лис терпеливо ждал, пока мальчик обдумывал его слова.

— У меня есть еще пара вопросов, — наконец произнес Наруто.

— Попробуй, — фыркнул лис.

— Почему ты напал на нашу деревню? Если так желаешь свободы, почему просто не убежал, когда вырвался? — осторожно подбирая слова, поинтересовался мальчик.

Когда им рассказывали про это событие на уроках истории, все выглядело просто и логично. Освободившись с помощью враждебных шиноби, Девятихвостый демон-лис принялся сеять смерть и разрушение просто в силу своей природы. Погибли тысячи людей, разрушились семьи, множество детей осталось сиротами. Сам Наруто тому пример. Эта дата стала днем всеобщего траура.

— Р-р-р, — лис недовольно зарычал, его хвосты раздраженно затанцевали под потолком, пробуя стены на прочность. Демон ненавидел вспоминать тот день, как и признавать… произошедшее. Это било по его гордости.

Наруто инстинктивно вздрогнул, когда лис пришел в ярость, но терпеливо остался на месте, пережидая вспышку.

— Хотел бы сказать, что это не твое дело, — прорычал Девятихвостый. — Но тебя все-таки это тоже касается. Поганые Учиха и их проклятые глаза! В тот день меня, величайшего из биджу, один из них взял под контроль. Запомни, мальчик, увидел Учиха — убей.

— Я запомню, благодарю за ответ, — Наруто поклонился, как бы демонстрируя, что высоко ценит откровенность лиса.

— Ну, что ты там еще хотел узнать, — раздраженно фыркнул демон.

Второй вопрос Наруто задавал с внутренней дрожью.

— Ты знаешь, кто мои родители? — спросил мальчик. Головой он понимал, что вряд ли получит положительный ответ. С чего бы демону помнить кого-то из погибших той ночью? Но и не спросить не мог, слишком важен для него был ответ.

— Да, — голос демона прозвучал для Наруто, как гром.

— Как их звали? — внезапно пересохшими губами спросил мальчик.

— Узумаки Кушина. Минато Намикадзе, — произнес лис. — Я убил их.

В ушах Наруто раздался странный шум, мир покачнулся и поплыл. Слезы? Ребенок провел рукой по глазам, но влаги стало только больше. Почему он плачет? Ему изначально было известно, что родители погибли в день, когда Кьюби-но-Йоко, девятихвостый лис несчастья, вырвался на свободу. Он думал, что принял это, понял и отпустил. Почему же тогда?

Лис смотрел на плачущего ребенка немигающим взглядом. Почему он вообще ответил на его вопрос, разом перечеркивая собственные планы? Лис искал причину и никак не мог найти. Потому что он не такой, как люди, чтобы врать, обманывать и изворачиваться? Глупость. Он собирался использовать зависимость Наруто от его силы, чтобы вырваться на волю. Неужели все эти слова про «стоять рядом» так его зацепили, что он инстинктивно попытался избавиться от раздражающего фактора?

— Ты был под контролем… — попытался произнести ребенок, но его перебил голос демона.

— На тот момент уже нет. Не обманывай себя, я бы сделал это в любом случае. Ненавижу людей. Ненавижу джинчуурики. Твоя мать служила моей предыдущей тюрьмой. Она распяла меня цепями, пробила тело штырями. Я бы с удовольствием убил ее снова. Уходи.

Тьма вновь сгустилась, скрывая клетку. Глотая слёзы, мальчик позволил воле демона вытолкнуть его в реальный мир. Вновь оказавшись на кровати, он просто завернулся в одеяло и обнял подушку, позволяя горю и скорби выйти со слезами. Так и уснул, забыв обо всех планах.

Разбудил Узумаки громкий стук в дверь.

— Наруто, открывай! Ты опять опоздал! — раздался требовательный голос учителя Ируки.

Не сказать, что сон и слезы помогли справиться с болью, но хотя бы притупили ее остроту. Поднявшись, Наруто механически умыл лицо и открыл дверь.

— О чем ты только думал, — тут же обрушился на него учитель. — Пропустить фото на собственное удостоверение шиноби! Хм, что это с тобой?

Естественно, простого умывания не хватило, чтобы скрыть