Ленка и мертвецы - Анна Пронина

Я бы нисколько не удивилась, увидь я в доме Насти разбросанные повсюду детали лего и рулон туалетной бумаги в каком-нибудь самом неподходящем месте вроде вазочки с конфетами. Но я вошла в чистую, светлую избу, будто сошедшую с иллюстрации к русской сказке. В прихожей — половики в разноцветную полоску, в кухне — белые занавески и сияющий золотым пузом самовар. Запах пирогов чувствовался еще на подходе. Когда я села за стол, Настя достала их из горячей духовки.

— А где же дети? — Мой взгляд все еще бегал по дому в поисках беспорядка, мусора или хотя бы пары-тройки забытых и сломанных игрушек.

— В комнате, — беззаботно ответила Настя. Она возилась с посудой.

— Не боишься, что такие малыши без присмотра? Мало ли — влезут куда или розетку электрическую найдут.

— Так они под присмотром. — Настя переложила пироги с противня на большую тарелку. — Братик мой, Петруша, с ними играет.

— Так вот в чем твой секрет! Значит, есть у тебя помощник. А я вот так устаю, что в майке со старым пятном могу в магазин пойти. Уже самой стыдно на себя смотреть. А сил и времени, чтобы прихорашиваться, нет.

Я потянулась к самому крайнему пирожку, взяла его в руку, но обожглась. Интересно, зачем Настя мне тогда соврала, что живет с детьми одна? Целый брат, присматривающий за малышами! Господи, ну почему мама с папой не родили мне брата?!

Настя улыбнулась:

— Ты городская. Но если деревню полюбишь — приноровишься и тоже все успевать начнешь. В своем доме и стены помогают. Здесь же несколько поколений Строгановых свои души оставили — тут и рожали, тут и жили, тут и на тот свет уходили. В этом доме ни со мной, ни с моими детьми беды случиться не может.

Я присмотрелась к обстановке. Настин дом и правда был полон воспоминаний о предыдущих поколениях: на стенах висели черно-белые фотографии, в отдельной вазе стояли деревянные ложки, которыми, судя по всему, много лет назад пользовались. Я провела пальцем по краю тарелки — еще советская, у моей бабушки такой сервиз был. А вон тому резному крепкому буфету лет сто, не меньше!

Минут через пять Настя вышла во двор сорвать нам к чаю свежей мяты. А меня потянуло в комнату, поздороваться и познакомиться с Настиным братом. Я тихонько приоткрыла дверь и замерла.

Мальчик, тот, что младший, смеялся и показывал пальчиком на угол. Мои дети тоже, бывало, так делали, если кто-то из взрослых корчил им рожи. Но в углу стояла только пустая табуретка.

Затем девочка кинула в тот угол мячик, и игрушка, не долетев до стены, вернулась ей в руки. Это выглядело так, словно кто-то невидимый перехватил мяч и кинул снова.

У меня похолодела спина, я почувствовала, как немеют и подкашиваются ноги. Зажмурилась, прогоняя морок, протерла глаза, а дети уже игру сменили. Мальчик на стульчик залез и прыгнуть хочет, но не летит вниз, а взмывает в воздух, словно его подхватили на руки!

У меня открылся рот, но крик провалился куда-то в живот и оттуда разлился волной необъяснимого ужаса до самых пяток.

— Дядя Петя, дядя Петя, и меня покружи! — попросила пус­тоту девочка. И тут же взмыла в воздух, поддерживаемая кем-то незримым.

Из Настиного дома я убегала, крестясь и вспоминая слова бабушкиных молитв. Матери и мужу об увиденном рассказать побоялась: решат еще, что я совсем поплыла от усталости.

Всю ночь мне чудилось, будто кто-то невидимый в кухне переставляет табуретки с места на место и негромко покашливает. Наутро после происшествия в голове у меня был такой туман, что я уже не была уверена, что события в доме Насти мне не привиделись.

Через пару дней я позвонила мужу и попросила забрать нас.

И вот собрали мы вещи — завтра ехать. Муж перед возвращением в город решил на деревенское кладбище сходить, отца покойного навестить. Недалеко от нашей могилки бросилась мне в глаза знакомая фамилия на надгробии и надпись: «Здесь покоится Петруша Строганов, сын и брат». Я присмотрелась: с фотографии на меня смотрел парень, очень похожий чертами лица на Настю. Так вот ты какой, помощничек. Мертвый нянь.

История 3.  Мертвецы-прислужники

Все, что здесь описано, случилось задолго до событий из истории «Мертвый нянь». Я расскажу вам, как не стало Петра Строганова и почему он помогает Насте присматривать за детьми.

С Настей Строгановой Ленка когда-то училась в одном классе. Анастасия была приметной — ладное румяное личико, длинные стройные ножки. На уроках руку тянула самой первой, русые косички аж тряслись от рвения. За все годы учебы не было у нее в журнале ни одной оценки ниже пятерки.

Мальчишки по очереди носили ей портфель и пакет со сменкой, девочки рисовали ей именные открытки, первой приглашали на праздники. Только Ленка не обращалась к Насте без острой необходимости. А почему — и сама себе объяснить не могла.

Как-то раз классе в девятом, ближе к лету, Настя по ошибке взяла в школе Ленкину тетрадку — у них оказались одинаковые обложки, с яркими цветами. Ленка заметила путаницу только дома. Делать нечего — собралась и пошла к однокласснице меняться.

Приоткрыла Настину калитку — и обомлела. На крыльце толпилось человек десять мертвецов — старухи и молодые женщины, мужчины и даже один мальчик.

Они стояли, словно привязанные невидимой нитью к ручке двери, покачивались, как мокрое белье на ветру, постанывали и пихали друг друга в спины.

У Ленки от удивления открылся рот. Страха она не почувствовала — привыкла к мертвякам, — но было как-то неловко, что ли.

Тут дверь распахнулась, и на крыльцо вышел старший брат Насти — Петр. Разница в возрасте у них была всего два года, но для девятиклассницы парень, который вот-вот окончит одиннадцатый класс, — почти бог. А этот был, как и сестра, красавчик: высокий, ладный, с широкими плечами, огромными голубыми глазами и небрежной челкой.

— Ленка? Тебе чего? — Он хитро прищурился и стал откровенно разглядывать одноклассницу сестры.

Лена молча протянула ему тетрадку.

— Что там, задание? Погоди, сейчас позову Настю.

Он скрылся за дверью, а Лена так и осталась стоять с протянутой рукой.

Но тут мертвецы, протяжно застонав, вывели ее из оцепенения.

— Чего вы тут? Кыш! — Ленка постаралась сказать это не слишком громко.

— Нельзя! Не можем! Служим мы! — зашипели призраки.

— Кому служите?

— Ведьме служим. Служим ведьме. Ведьме, — наперебой заговорили