Бывшие - Мария Николаевна Высоцкая

4

Руслан

— Рус, я не понимаю, зачем тебе вообще нужна эта Южина?! Зарвавшаяся ведь девица, — сетует Пашка, как только оказываемся в офисе.

— Зато у нее высокие рейтинги, — встревает Глеб, он промоутер боя с нашей стороны.

— Она нам точно какую-нибудь подставу сделает и обязательно в эфир пустит. Фишка у нее такая — крысить.

— Не накаляй, — падаю в кресло. Прокручиваюсь вокруг своей оси.

Зачем мне Южина? Лет сто бы эту дрянь не видел и мамашу ее в придачу. Как там Павлик сказал? Зарвавшаяся девка? Сто процентов. Вся семейка долбанутая.

Я о ней не вспоминал. Не искал. Не думал.

О последнем вру. Себе. Всем.

Думал. Первое время думал, сдохну. Она снилась. Мерещилась на улице. Понятия тогда не имел, что так можно любить. В ущерб себе. Приходилось стискивать зубы и пахать. Работать. Отвлекаться. Можно сказать, в том, кем я стал, есть Настина заслуга.

Мой успех отчасти дело именно ее рук. Когда-то мне хотелось ее этими самыми руками придушить.

Оказывается, она местная знаменитость. Медийная персона. Этого я не знал. Да и не стал бы копать, если бы не ситуация, что произошла вчера…

Короткий флэшбек. Вчера.

— Эй, подожди. Подожди!

Реагирую на детский голос поворотом головы.

Вижу бегущую ко мне девочку с широченной улыбкой на лице. Вижу ее в первый раз. То, что ни одного взрослого рядом с ней нет, напрягает.

Бывали уже случаи, когда какие-то ушлые девки, с которыми я когда-то умудрился переспать, притаскивали ко мне свой выводок, мол, это твой ребенок. Обеспечивай. Моего ни одного не оказалось, к счастью.

Девчонка оттормаживается прямо передо мной, задирает голову, трет ладони друг о друга и спрашивает:

— Ты ведь мой папа, да? — смотрит на меня во все глаза. — Я тебя по телевизору видела. А еще, — шепчет заговорщически, — у мамы в альбоме есть твои фотографии. Много. — Достает телефон и показывает мне сфотканные бумажные снимки. — Вот! Вы там целуетесь, — хихикает.

Настя? На фотках я и Настя. Этим фоткам не меньше семи лет точно. С ней у меня даже были отношения. Нормальные отношения. Ее я любил.

— Бабушка говорит, что дети от поцелуев рождаются. И глаза у нас одинаковые. Видишь? — Берет меня за руку и включает фронталку на телефоне. — Вот, смотри же!

И правда одинаковые. Ярослава — копия Насти. Только глаза мои…

Бред.

Встряхиваю головой. Какая чушь! У Южиной не может быть от меня ребенка. Не может ведь?!

— Тебя зовут как? — присаживаюсь перед девочкой на корточки.

Штормит знатно. Все это похоже на какой-то безумный бред, если бы она только что не касалась моей руки, подумал бы, что сплю.

У меня дочь есть?

Стоп. Харэ, Руслан. Очередная провокация.

— Яся. А тебя Руслан. Я знаю, — шепчет Ярослава и обнимает меня за шею. Это происходит неожиданно. Настолько, что моя реакция, тренированная годами, дает сбой.

Вздрагиваю. По спине пробегает холодок. Я в своей жизни мало контактировал с детьми. Более того, они мне никогда особо не импонировали.

Аккуратно отдираю ее от себя, чтобы держать на вытянутых руках.

— А что еще тебе бабушка говорит? — спрашиваю у мелкой, а сам задаю себе лежащий на поверхности вопрос — какова вероятность, что она может быть моей дочерью?

— Что надо учить цифры! А я так не люблю цифры, — вздыхает девчонка, — а ты любишь цифры?

— Только на банковском счете, — ухмыляюсь, и Яся тут же копирует мою ухмылку. С двумя хвостами на макушке она выглядит еще забавней.

— Ярослава, вот ты где! — подбежавшая к нам женщина лет сорока шумно выдыхает. Смотрит на девчонку, потом на меня. По глазам вижу, что узнает. Меня последние несколько лет каждая собака узнает. — Простите, — бормочет. — Она снова сбежала.

— Нормально, — улыбаюсь, рассматривая девчонку внимательней, и выпрямляюсь.

— Ярослава, так нельзя, — начинает отчитывать, судя по всему, нянька. — Я же чуть с ума не сошла!

Она тащит девочку за руку к тачке. Ярослава оглядывается. Смотрит на меня щенячьим взглядом.

Машу ей рукой, и девчонка сразу растягивает губы в улыбке. Машет в ответ.

Не то чтобы я горю желанием обрести ребенка, но, если Ярослава и правда окажется моей дочерью, я сделаю все, чтобы ни Южина, ни ее семейка больше никогда девочку не увидели.

5

Руслан

Настоящее

В общем-то, увидеть Настю и посмотреть ей в глаза захотелось после встречи с малявкой.

Буря внутри не давала покоя всю ночь, и под утро я позвонил Павлику, чтобы тот вышел на Южину и организовал нам встречу в рамках промоушена предстоящего боя.

Когда она зашла в кабинет, ничего не екнуло и не отозвалось. Единственное, что я чувствовал, — лютую ненависть.

Она, конечно, знатно прифигела. Ее не предупредили заранее, выдернули из ее привычного ритма, это по глазам читалось. Наглым и лживым глазам.

— Рус, там Шевцов приехал, — сообщает Паша.

Макар Шевцов — начальник моей службы безопасности. Естественно, он еще до встречи с Южиной получил задание все о ней узнать. Все, что можно, и что нельзя, желательно тоже.

— Здорово!

Пожимаем друг другу руки и одновременно смотрим на Пашку. Тот мгновенно исчезает из кабинета вместе с Глебом.

— Узнал? — возвращаюсь в кресло.

— Держи, — Макар кидает на стол папку.

Придвигаю ее к себе. Беру в руки. Открываю. Бегло листаю страницы.

Южина Анастасия Станиславовна. Есть дочь. Не замужем. В Москву перебралась пять лет назад. Закончила журфак. Ведет свой канал. Неплохо зарабатывает.

Ухмыляюсь.

— Не замужем, значит, — барабаню пальцами по столу.

— Кстати, ни в каких длительных отношениях замечена не была. Ну либо хорошо шифруется. В медиа о личном вообще не говорит. Так что пришлось потрясти ее знакомых.

— О как!

— В свидетельстве о рождении девочки вместо отца прочерк.

Открываю страницу с копией свидетельства. Отчество у Ярославы — Валентиновна. Кто бы сомневался. Не могу не заржать.

— Ты чего? — Макар чуть сводит брови к переносице.

— Она ребенку отчество от имени мамаши своей дала. Эту старую дуру Валентиной зовут.

Макар