Возвращение Безумного Бога 16 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Он посмотрел на меня.

— Я восстановился не полностью, Эстро. Но… Этого более чем достаточно, чтобы устроить кому-нибудь очень темную ночь.

— Готов к командировке? — спросил я, доставая из кармана одну из двенадцати сфер Черного Солнца. Она была уменьшена для транспортировки и помещалась в ладони.

Ноктус усмехнулся. И в этой улыбке было столько хищного предвкушения, столько древней силы, что мне на секунду стало жаль монстров в Лондоне.

— Лондон, говоришь? — он взял сферу, подбросил ее в руке, как яблоко. — Туман, мрак, безысходность и королева-монстр? Знаешь, Эстро… Я передумал.

— Передумал?

— Я думаю, мне там понравится, — его глаза хищно сверкнули. — Это же моя стихия. Я покажу этим выскочкам из Бездны, что такое настоящая Тьма. И кто в ней хозяин.

Он подошел к зеркалу, которое теперь отражало его обновленный, величественный облик, и поправил воротник мантии.

— Я установлю твою игрушку, Эстро. И буду охранять ее так, что ни одна тварь не подползет. Но у меня есть условие.

— Какое? — я напрягся.

— Когда всё закончится… у меня будет одна просьба, — он повернулся ко мне, и его лицо стало абсолютно серьезным. — Ты организуешь мне в измерение Ночи пакет с безлимитным интернетом. И подписку на Нетфликс. Я пропустил два сезона «Очень странных дел», и это, скажу я тебе, настоящая трагедия.

Я рассмеялся.

— Ты не так много потерял… Последние сезоны отстой. Но договорились. Безлимит и премиум-аккаунт.

— И еще, — он уже начал растворяться в тени, готовясь к телепортации. — Скажи Никталии… пусть готовится морально. Я вернусь с победой. И, так и быть, привезу ей магнитик с Биг-Беном. Если он там еще стоит.

— Удачи, Бог Ночи, — сказал я.

— Удача нужна слабакам, — его голос донесся уже отовсюду и ниоткуда. — А у меня есть стиль.

Тьма схлопнулась, оставив после себя лишь легкий запах озона. И странное ощущение, что в мире стало на одну огромную проблему меньше. Или больше — это как посмотреть.

Я остался в кабинете один, глядя на пустой сундук.

— Ну что ж, — пробормотал я. — Лондон под присмотром. Осталось всего ничего… Спасти весь остальной мир.

Я вышел из кабинета, оставив за спиной эхо смеха Ноктуса. В коридоре царила суета, словно в муравейнике перед грозой. Впрочем, учитывая количество моих дочерей-мирмеций, это сравнение было пугающе буквальным.

Первым делом я направился во двор, где шла погрузка. Дребезг уже был починен (Сахаринка и Медовика творили чудеса с металлом и хитином) и теперь довольно урчал, переминаясь с лапы на лапу. Рядом стояли несколько грузовых монстромобилей поменьше.

У одной из машин спорили Настя и Эмми.

— Я тебе говорю, мы не можем взять с собой фен! — Настя пыталась вырвать из рук подруги объемистую сумку. — Мы летим в Йеллоустоун! Это вулкан! Там и так жарко!

— Это для укладки, а не для тепла! — упиралась Эмми. — Если я буду спасать Америку, я хочу выглядеть как супергероиня, а не как мокрая курица после сушки в микроволновке! Ой, Костя! — заметив меня, она тут же переключила внимание. — Скажи ей, что имидж — это часть психологической войны!

Я подошел к ним, оглядывая их экипировку. Настя была в строгом тактическом костюме, усиленном рунами, Эмми же умудрилась добавить к броне какие-то огненные шарфики и стильные розовые очки. В форме сердечек.

— Эмми права, — кивнул я с серьезным видом. — Если местные медведи увидят плохую прическу, они могут умереть от смеха. А нам нужны живые свидетели нашего триумфа.

Настя закатила глаза, но сумку отпустила.

— Вы неисправимы. Оба.

Я подошел ближе и положил руки им на плечи. Улыбка сползла с моего лица.

— Слушайте внимательно. Америка сейчас чисто пороховая бочка. Йеллоустоун фонит энергией Бездны так, что у местных индейских шаманов бубны лопаются. Вы должны установить сферу, активировать защиту и не лезть на рожон. Если станет слишком горячо — и я не про лаву — отступайте. Героизм хорош в меру.

— Мы справимся, Костя, — Настя коснулась своей руки, где под рукавом скрывалась свежая Метка Бездны. — Я чувствую силу. Она… слушается.

— А я просто сожгу все, что будет мешать, — Эмми щелкнула пальцами, высекая искру. — Не переживай. Мы вернемся. Нам еще нужно обсудить, кто будет подружкой невесты на твоей свадьбе со Светой.

Я хмыкнул. Оптимизм Эмми был непробиваем, как броня танка.

— Удачи, девочки.

Дальше по курсу была Сахаринка. Она стояла перед строем из двадцати мирмеций-солдат, отдавая приказы жестикуляцией антенн. Увидев меня, она тут же перешла на человеческий.

— Отряд «Восток» готов к погрузке, папа! — отрапортовала она. — Сфера для Китая упакована в контейнеры с тройной защитой. Мы взяли с собой запас сахара, теплой одежды и разговорники.

— Разговорники? — удивился я.

— Ну да. Надо же как-то объяснить местным, что мы пришли их спасать, а не захватывать. Фраза «Мы пришли с миром, отдайте нам вашу китайскую стену на пять минут» уже выучена.

Я с гордостью посмотрел на старшую дочь. Она выросла. Из забавной муравьедевочки, которая пугалась собственной тени, она превратилась в настоящего лидера.

— Сахарок, — я понизил голос. — Азия сейчас — это мясорубка. Там очень много древних духов, которых Бездна свела с ума. Будь осторожна. Не рискуй сестрами понапрасну.

Она серьезно кивнула, и ее антенны замерли.

— Я знаю, папа. Мы не будем лезть на рожон и сделаем все чисто. И… — она замялась. — Если ты найдешь Перчинку… не будь с ней слишком суров. Пожалуйста.

— Посмотрим, — уклончиво ответил я.

— Она просто запуталась. У нее… сложные алгоритмы в голове.

Я погладил Сахаринку по хитиновой голове.

— Я верну ее. Обещаю.

В стороне, у ледяной платформы, стояла Айсштиль. Она не суетилась, не проверяла снаряжение. Она просто смотрела на небо, и снежинки, падающие вокруг нее, замирали в воздухе, словно боясь коснуться богини.

— Антарктида, — произнес я, подходя к ней.

— Самое чистое место на земле, — она повернулась ко мне. Ее глаза, теперь полные не только холода, но и мудрости, смотрели прямо в душу. — И самое одинокое. Идеально для меня.

— Ты не одна, Айси. Больше нет.

Она чуть улыбнулась. Той самой