Лишь тот... - Сергей Викторович Вишневский

Для пущей достоверности Руди ткнул пальцем в грудь воина, отчего тот смутился и сделал пару шагов назад.

— И вообще! Это же не овраг, так? Тут ведь раньше какой-то ручей был! Правильно?

— Достоверно не известно, но говорят, что был... Но никто из ныне живущих его не видел.

— Во-о-о-от! — поднял палец Руди.

Вода наполнила небольшой овраг, а Ари, закрыв глаза и рот, рухнул на спину.

Воды было немного, по щиколотку, поэтому парень и не думал утонуть. Вместо этого, он лежал на спине и улыбался с закрытыми глазами, ощущая, как холодная вода обнимает его тело.

***

— Могли бы и монет отсыпать, — буркнул Руди, лежащий на подстилке из тонких дощечек и теплого одеяла.

Команда расположилась у огромного валуна так, чтобы тот закрывал их от ветра, дующего от ущелья. На боку, на такой же подстилке, храпел во всё горло Гош. У костра, ковыряя палкой в углях, сидел Снек. Ари тоже лежал рядом, но за время дневного перехода он так и не пришел в себя.

— От добра добра не ищут, — покачал головой клирик. — Весь смысл в добром деле именно в том, что ты не ждешь чего-либо взамен.

— Да, я понимаю, но... Нет, за мясо сушеное, конечно, спасибо, но могли бы и монет на дорожку насыпать, — продолжал ворчать воришка. — Им же теперь платить кайзунам не надо.

— Платить не надо, но и эти дикари не оставят всё просто так, — вздохнул Снек. — Они лишились источника дохода. Сомневаюсь, что они платили деньгами. Скорее всего, отдавали товарами. Кайзуны не будут просто так смотреть на новый источник воды. Скорее всего, попробуют наложить дань и придут с войной.

— И для чего мы тогда это делали, если после такого их резать придут?

— Я оставил послание в паству, в Альму. Думаю, несмотря на наши... кхэм... наши проделки, там быстро сориентируются. Сюда прибудет отряд монахов, и если кайзуны решат попробовать взять дань силой, у них это не выйдет. Да и не полезут они, скорее всего. Все же понимают, что такое церковь.

— А если выйдет?

— А если выйдет, то прибудет карательный отряд, и кайзунов перебьют как собак.

Снек подтащил подстилку поближе к костру и разлегся на ней.

— Руди, что ты делал до того, как попал к ковену?

— Как, что? — усмехнулся послушник. — Воровал. Как и все беспризорники.

— Сирота?

— Да. Меня растила... хотя тут так не скажешь. Скорее подкармливала одна шлюха. Была мне вместо матери.

— И что с ней стало?

— Зарезали в пьяной драке, — пожал плечами Руди. — Потом выживал как мог. Где украду, где подработаю. Но чаще, конечно, украду. Мелкий был, мечтал вытянуть из кармана золотой. Молодой был, наивный.

— Так и не вытащил? — хмыкнул клирик.

— Никто золотой в карман не положит, — улыбнулся Руди.

— А потом?

— А потом попался, и мне чуть руку не оттяпали. Если бы не старый Глиф, отрубили бы точно.

— Что за Глиф?

— Знатный вор. Старый, но до того хитрый был, — вздохнул воришка. — Он меня научил замки вскрывать и защиту магическую обходить.

— И тебе за это сохранили жизнь?

— Да. Меня взяли за руку, когда из кармана стащить у одного дворянчика пытался. Магия у него на шве была. Взмолился, попросился служить. Местному барону защиту в сокровищнице помог доработать. Показал, как обходят. Сам лично из сундука вытащил его фамильный кубок.

— А он?

— А он дал десяток серебра, похвалил и служить при себе оставил, — пожал плечами послушник.

— А потом?

— А потом, как только он на охоту свалил, я пару золотых из его покоев увел и деру дал.

— Почему? Служил бы на славу.

— Служил? — хмыкнул Руди. — Кто будет оставлять в живых человека, который знал, как добраться и какая защита стоит на сокровищнице?

— Тоже верно, хоть и не факт.

— Если бы он художнику, что его жену рисовал, глаза не выколол, я бы и не подумал деру давать.

— Плохо нарисовал?

— Хорошо нарисовал. Потому и выколол. Чтобы никто так больше никогда не смог.

— А потом?

— А потом, — вздохнул Руди и открыл глаза.

Перед ним был океан звезд на небе. Малые путеводные звезды. Большие. Часть из них собиралась в большое скопление, которое светящейся дорогой пересекало ночное небо.

— Потом я понял, что на воровстве можно только выживать. Одному не выжить. Я ушел в портовый город и с месяц там осторожно жил, приглядываясь. Нашел молодых ребят, что босыми ногами и ловкими пальцами зарабатывают себе на хлеб. Объединил, организовал и...

— Что?

— Ничего. В городе уже были хозяева теней. Меня