Игры мажоров. "Сотый" лицей - Дина Ареева

— Ничего вы так не узнаете, — говорю парням, — у них там защита взрослая стоит, я сам надеялся, что взломать получится хоть кого-то.

— Так ты специально из-за меня в Игру пошел? — Машка смотрит изумленно, и я мысленно желаю Каменскому с Голиком исчезнуть, а нас оставить в этом гараже вдвоем.

— Там же взнос нехилый? — то ли спрашивает, то ли утверждает Голик.

— Да, немало. Пришлось у отца взять, — отвечаю, не отрываясь от Мышки. Ее глаза загораются, она смотрит на меня с восторгом и страхом одновременно.

— Ты ему все рассказал?

— Нет, конечно. Я уже все вернул, Мышь. Я же делал ставки, а ты отлично справлялась без меня, — улыбаюсь, глядя в ее блестящие глаза. Они сейчас кажутся просто бездонными.

— Ты… Первое задание… Ты специально меня разозлил? — шепчет она, а я готов оплатить Каменскому и Голику такси, только бы они не стояли и не пялились на нас. Ладно, пускай хотя бы просто стоят и разглядывают стенку. Молча.

— Тогда делаем так, — говорю, разворачивая Мышку спиной к себе. — Голик, ты разблокируешь машину. Я заберусь первым и залягу рядом на переднем сиденье, а потом Маша запускает стрим. Садится за руль и перегоняет автомобиль в соседний переулок. Я ее страхую, потом мы вместе уходим.

— Я не умею водить, — поворачивает голову Мышка, ее волосы щекочут лицо.

— Сейчас будем учиться. Ты быстро научишься, на автомате легко ездить, а руль с гидроприводом, он сам крутится.

Маша прижимается ко мне всем телом, а мне уже трудно стоять. Но я держу, не отпускаю. Я буду терпеть столько, сколько нужно, все равно она моя, остальное — вопрос времени.

— Давайте тогда поминутно пропишем наши действия, — подносит руку к переносице Голик, только сейчас замечаю, что он без очков. И меня осеняет.

Кажется, это выход. Улучаю минуту, когда Каменский нас не слышит, отправляю Машу в машину, а сам подхожу к Голику.

— Слушай, Сева, — кажется, я впервые обращаюсь к нему по имени. Но Голик рили норм, а то, что он аут, мне как раз побоку. — У тебя кто-то из знакомых работает в лаборатории или в клинике, я не путаю?

— Брат, — кивает Голик, — старший. Тебе зачем?

— Мне нужно сделать тест ДНК. Только так, чтобы ничего не светить.

Глава 20.1

Маша

Мы сидим в машине Топольского и ждем. Мы — это я, Макс и Севка. Севка с ноутбуком, на который скачана программа-декодер, я с планшетом и телефоном. Зачем приехал Макс, я не знаю, мы с ним об этом не говорим.

Он просто пришел к «Пасторали» в назначенное время, поздоровался с парнями и сел в машину. Мне показалось, Топольский глянул на него не слишком приветливо, но я слишком взвинчена, чтобы концентрировать на этом внимание.

Я так в жизни еще не боялась. Все время кажется, обязательно где-то протуплю, не сумею сориентироваться и все испорчу. Если бы не Никита, я бы от паники точно начала еще больше волноваться, и точно бы все завалила.

— Я здесь, Маша, с тобой, — Никита как чувствует, берет мою руку, сжимает в ладони и кладет себе на колено.

В меня будто вливается его спокойствие. В самом деле, что со мной может случиться плохого, если рядом Никита?

— Мы уже все по несколько раз проговорили, — звучит сзади хмурый голос Макса, — не стоит слишком затягивать.

— Маша, ты готова? — Никита заглядывает в глаза. — Если да, то начинаем.

Каменский прав, тянуть дальше нет смысла. Киваю, не разрывая зрительный контакт с Топольским. Он порывисто на мгновенье прижимается к моим губам, машет рукой Голику и открывает дверцу машины.

— Я погнал. Давай, Севас.

Голик в ответ поднимает ладонь и вглядывается в экран. Я поворачиваюсь к нему, чтобы посмотреть, как работает прога. Мне надо будет повторить все это на камеру.

Машина Топольского припаркована между домами рядом с «Пасторалью», отсюда хорошо просматривается переулок и автомобиль, который мне нужно перегнать. На нем парни остановили выбор потому, что владелец оставил его достаточно далеко от парковки ресторана, а значит есть шанс, что охрана нас не заметит.

На улице темно, я снова наплела маме, что готовлю с Алькой презентацию. В последнее время я стала часто ей врать, а ведь она этого совсем не заслуживает. Кто угодно, только не мама.

Испытываю острое желание очутиться сейчас на нашей кухне. Чтобы мама рассказывала мне про своих восьмиклассников, а я слушала и чесала за ушком Кошмарика, свернувшегося клубком у меня на коленях.

Нам бы только разоблачить учредителей, и все. Больше я никогда не солгу маме, обещаю.

— Маш, не спи, — слышу над ухом голос Севки, — Топольский уже в машине.

Я снова все проворонила. Пока я терзалась муками совести, Сева отключил в автомобиле сигнализацию, и со стороны домов туда занырнул Никита.

Парни долго спорили, будет ли установлено за нами внешнее наблюдение и пришли к выводу, что нет. Иначе с меня бы не стали требовать стрим. Но все равно Никита решил соблюдать осторожность и лишний раз не мелькать.

В руке вибрирует телефон — это Топольский дает отмашку. Выбираюсь из машины, становлюсь так, чтобы не было видно ни ее, ни ребят. И запускаю стрим.

Не говорю ничего, двигаюсь молча, механически выполняя нужные действия, будто я запрограммированная машина-автомат. Стараюсь, чтобы в кадр не попал страхующий меня Севка, сама включаю планшет. Экран в кадр тоже не попадает, но я не заморачиваюсь. Обойдутся. Сигнализация снята, какие ко мне могут быть вопросы?

Кладу планшет в рюкзак и иду в переулок, держа телефон в вытянутой руке. Теперь надо зайти так, как и Топольский — со стороны домов. Забраться на переднее сидение и переползти на место водителя. Дальше уже нестрашно, там я буду не одна, со мной будет Никита.

Ощущение такое, что я наблюдаю за собой со стороны. Будто я робот — никаких эмоций, будто это и не я пять минут назад умирала от страха.

Подхожу к машине, открываю переднюю дверцу. Появляется странное, необъяснимое чувство, но я не могу сейчас позволить себе рефлексировать. Потом.

Влезаю на пассажирское сиденье и свободно перебираюсь за руль. Салон автомобиля очень вместительный, я никогда не ездила в таких дорогих машинах. Держу телефон, чтобы было