Она Дикая - Ева Эра

Пытаюсь разблокировать, но без шансов. Даже подношу к лицу Никиты, в надежде, что телефон его распознает. Но, тоже безуспешно. Черт! Мы уже приехали. Последний вариант, попросить таксиста помочь. Но, что-то мне подсказывает, что он не согласится. Уж, больно недовольное у него выражение лица.

— Помогите мне, пожалуйста, дотянуть его до квартиры. — прошу молящим голосом. — Я заплачу. — показываю пятитысячную купюру, одну из тех, что обнаружила в кармане Ника.

Таксист долго смотрит на меня через зеркало заднего вида, наконец, соглашается.

Пытаюсь разбудить Никиту, не выходит. Он в полной отключке. Вместе с таксистом, крепким мужчиной кавказской национальности, вытягиваем его за руки из машины. Ник еле стоит на ногах. В очередной раз убеждаюсь, что я не зря попросила помощи. Мужчина подхватил Никиту под руку и повёл в сторону дома.

Не знаю, дома Макс или нет. Это уже и не важно. Самое сложное уже позади. Ключи от квартиры у меня есть, и можно бросить Никиту хоть в коридоре. Главное не на холоде. Открываю двери, мужчина заводит Ника и сажает на небольшую банкетку в холле. На этом его спасательная миссия окончена, да и моя тоже.

Но я не я буду, если не доведу дело до логического конца. Провожаю таксиста, закрываю входную дверь. И, иду к спальной комнате Максима. Если, он все же дома, то пусть поможет брату добраться до кровати. Стучу. Никакой реакции. Снова стучу и опускаю дверную ручку вниз, собираюсь войти.

Но, не успеваю. Дверь распахивается и передо мной появляется сонный Макс, с голым торсом, в одних пижамных брюках. Недовольный. Смотрит на меня с подозрением. Выкладываю всю историю с ходу, показываю в сторону Никиты, уже свалившегося на пол.

— Черт! — только ругательство звучит из его уст. — Жди здесь, сейчас я оттащу его в спальню.

Я стою в коридоре, переминаюсь с ноги на ногу, и думаю зачем я осталась? Вряд ли Макс будет выражать мне слова благодарности, что доставила его брата домой в целости и сохранности. Скорее всего будет поливать грязью.

— Пойдём на кухню. — возвращаясь, раздраженно бросает на ходу.

— Зачем? — единственное, что успеваю спросить.

— Чай пить. — окидывает меня пренебрежительным взглядом и добавляет. — Расскажешь подробно, что произошло.

Так и знала, что надо было уносить ноги, пока он укладывал Никиту спать. Вот дура. Сама напрашиваюсь на неприятности. Снимаю пальто, сбрасываю туфли и поднимаюсь за Максом вверх по лестнице. Нервно поправляю волосы. Чувствую, сейчас он будет меня отчитывать, как девочку.

Макс действительно ставит чайник и достаёт кружки. Сажусь на барный стул и аккуратно поправляю подскочившее наверх короткое платье. У меня нет ни настроения, ни сил для беседы за чашечкой чая. Я тоже устала, опустошена и разбита. Голова болит из-за алкоголя. Решаю, начать первой, и поскорее закончить этот разговор.

— Я бы предпочла поехать домой. А все подробности можешь узнать у своего брата, когда он протрезвеет. — стараюсь быть вежливой, хотя могла бы давно послать его куда подальше и свалить из квартиры.

Макс сначала застывает на месте, потом откладывает в сторону ложки и заварку. Наконец, поворачивается ко мне лицом и с лютой ненавистью произносит:

— Я бы предпочёл, чтобы ты куда-нибудь исчезла, желательно навсегда. И, перестала пудрить мозги моему брату. Посмотри до какого состояния ты его довела? — пальцы мужчины крепко вцепились столешницу. Кажется, он еде сдерживает себя в руках.

— С удовольствием! — наигранно изображаю радость. — Вот только Никита не даёт мне прохода. Заметь, не я ему, а он мне.

— Значит пора перестать вертеть перед ним своей голой задницей! — срывается на крик и сверлит меня взглядом, в том числе и мою пятую точку.

— Ты в своём уме? — возмущённо восклицаю. — Я ни перед кем ничем не верчу. Пошёл ты к черту! Сам пей свой чай!

Даже не смотрю в его сторону, поднимаюсь со стула и начинаю направляться в сторону лестницы. Но, не успеваю сделать даже пару шагов, как вмиг оказываюсь крепко прижата к кухонному острову. Руки зажаты в тиски его ладонями, а лицо Макса оказалось в опасной близости от моего.

— Что ты задумал? Отпусти! — требую решительно, в полной уверенности, что он не посмеет перейти границы дозволенного.

— Сейчас узнаёшь. — его дыхание опалило кожу на шее, вызывая противоречивые чувства.

— Только посмей меня тронуть, я заявлю в полицию! — тихо говорю, невольно закусив нижнюю губу, отметив при этом совершенно незнакомые эмоции на лице Макса.

Кажется, я пропала. По его глазам цвета грозового неба вижу, что он чертовски взбешён. От него, вечно холодного, сейчас ощущается такой жар желания, что у меня невольно подкосились ноги. От страха я прикрыла глаза, будь что будет.

В следующее мгновение его губы нашли мои, вовлекая в дикий поцелуй. Он покусывал мои губы, ласкал их языком, требуя ответа. А у меня словно снесло все барьеры. Я охотно отвечала ему, настойчиво подвигаясь вперед, чтобы ощутить его всем телом. Я застонала от удовольствия, когда он слегка потерся об меня бёдрами.

Как же трудно признаваться себе в том, что влюбилась в Макса по уши. Уже давно. В нашу самую первую встречу. А в Никите искала что-то напоминающее о старшем брате. Пыталась забыть Макса в объятиях Ника. Но, теперь понимаю, что это невозможно. И, пусть завтра я буду жалеть, но сейчас я хочу его не меньше, чем он меня.

Уже через несколько секунд, Макс перешел к решительным действиям. Сильнее вжимаясь в меня своим телом, сводя с ума до колких звездочек под кожей, нагло проникая языком в мой рот, пленяя, подчиняя, покоряя своим инстинктам и будто наказывая за то, что происходит сейчас между нами.

Он отпустил мои руки, чтобы притянуть меня к себе за попку, я же обхватила его шею. Мне не хватало воздуха, но отрываться от него не хотелось. Его губы переключились на мое ушко и шею, а рука слегка сжала грудь. Я вновь не сдержала стон. Макс хмыкнул и рванул платье с плеч вниз на талию. Не думала, что буду плавиться под взглядом полным желания.

Мгновение, и белье полетело на пол, а горячие губы обхватили мой сосок. Я застонала еще громче, и он закрыл мне рот ладонью. Я как будто обезумела, ничего подобного не чувствовала раньше, буквально таяла под его натиском.

Какое-то время он сладко пытал меня, лаская соски поочередно. Я тихо хныкала, млея от наслаждения. Но, когда Макс коленом раздвинул мне ноги и