Трое из Леса возвращаются. Меч Томаса - Марго Генер

него, как саранча, облепили, пытаясь достать мечами. Но ни один не достиг цели – Олег уворачивался, бился молча, сурово и резко. Под кулаками хрустело, ноги и колени с силой и точностью попадали в самые мягкие места нападавших. На открытом пространстве он бы их уже раскидал, но здесь тесно, а применить иную силу – значит задеть Люсиль.

– Умри, еретик! – вскричал кто-то позади.

Олег извернулся и резко сел, сделав быструю подсечку, над ухом просвистело лезвие, а послушник загремел на пол. Добил его волхв, даже не посмотрев, продолжая сражаться с во всю прибывающими фанатиками.

– Расступись, робяты! – прогудел зычный голос Савмака над комнатой.

На миг послушники замерли, этого хватило, чтобы массивный, как тур, ратник пронесся сквозь них по комнате, рассекая мечом направо и налево. Крики раненых наполнили помещение, а толпа фанатиков заметно поредела, зато пол заполнился неподвижными телами.

– Не посрамим! – взревел Савмак и пошел махать мечом, сокрушая могучими ударами противника.

Хозяин дома бился следом. Он молча ворвался в сражение и умело орудует двумя легкими мечами. Не такой массивный, как Савмак, он быстрее и разит исподволь, не позволяя послушникам опередить.

– Пастор! – снова закричала Люсиль.

Олег перелетел через головы двоих послушников, которых в тот же момент настиг Жан, и оказался возле стола с Люсиль. Фанатики даже не заметили его и продолжают распевать страшные песнопения, невидяще таращась на голое тело женщины.

Со служителями культа Олег расправился быстро, они, словно в трансе, позволили раскидать себя. Лишь послушник с факелом решился сопротивляться и плеснул на живот Люсиль масло из лампы. Но факел прислонить не успел – Олег вырубил его мощным апперкотом. Сорвав с фанатика под ногами балахон, он замотал в него Люсиль и забросил ее на плечо.

– Уходите! – крикнул Жан, яростно рубясь обоими мечами, на лице безудержный оскал радости, истосковался воин по сражениям.

– Нет! – отозвался Савмак и зарядил рукоятью меча в челюсть послушнику, там глухо хрустнуло. – Болотница! Ее надо найти!

Зеленоволосая дева в коротком полотенце вышла из ванной комнаты как раз под его выкрик. Распаренная, чистая, и сияющая, как облупленное яичко. Увидев, что творится, она замерла, зеленые глаза расширились, а рот в растерянности округлился.

Савмак ее заметил и позвал громко:

– Быстрее! Уходим!

Комната уже устлана телами, но послушники все прибывают, словно снаружи гигантская муравьиная царица, которая исторгает из нутра фанатиков, вбрасывает их в дом. К ногам болотницы рухнул один из них и остался неподвижно лежать на полу, раскинув руки. Болотная дева аккуратно переступила его босыми лапками и подняла взгляд на Олега.

– Уходите, – сказала она тихо, но волхв услышал. – Я задержу.

– Ты больше не в болоте, – напомнил Олег, держа одной рукой Люсиль на плече, а другой отбиваясь от послушников.

– Знаю, – ответила болотница. – Но кое-какая сила у меня все же осталась.

Савмак их не слушал, но словно понял все по лицам. Он ринулся сквозь фанатиков, рубя их наотмашь, с криком:

– Не оставлю!

На лице болотницы появилась теплая и мягкая улыбка, в комнате, наполненной битвой и запахом крови, на секунду будто появилось солнце. Она покачала головой и проговорила:

– Не надо, воин. Я с хозяином дома останусь. Любо мне тут.

– Да как же! – выкрикнул ратник и сиганул через комнату, раскинув руки, силясь поймать ее прямо в полете.

Но болотница мигом обратилась в пар, зеленый, густой и вязкий, как кисель. Он стал расширяться, расползаться по комнате, а в воздухе прозвучал ее охрипший голос, такой же, как на болоте:

– Уходите. Сейчас.

Савмак взревел, заметался в поисках исчезнувшей женщины, дымка тем временем коснулась одного из послушников, тот вдохнул, тут же закашлялся и схватился за горло. Глаза его страшно выпучились, он хрипло закричал и протянул руку с растопыренными пальцами к Олегу, в глазах блеснула безнадежная мольба, а в следующий момент его колени подкосились и послушник рухнул на дощатый пол.

Зеленая дымка поползла дальше, она стала заполнять комнату, на месте удушая фанатиков. Олег метнулся к Савмаку, который все еще в болезненной растерянности вертится на месте.

– Савмак! – окликнул он его и развернул за плечо, за что едва не лишился головы, но успел отпрыгнуть в тот самый момент, когда ратник в запале махнул мечом, на плече тихо пискнула Люсиль.

Олег прокричал ему:

– Скорее! Иначе все тут задохнемся!

Лицо ратника исказилось горечью, губы болезненно искривились, он проревел:

– А болотница?

– Она здесь остается! – крикнул Олег. – Здесь, понимаешь? Уходить надо! Сейчас!

Он ухватил ратника за локоть и насильно выволок из дома, кишащего фанатиками, те силятся последовать за ними, но зеленый туман накрывает с головой и они падают на пол, корчась и задыхаясь.

Жан выбежал следом, отбиваясь от тех, кто еще способен стоять на ногах.

– Бегите к воздушному кораблю! – крикнул он. – Кто знает, сколько их еще!

Олег с Люсиль на плече рванул через весь задний двор, там впереди мерно покачивается воздушный корабль. Савмак в отчаянии зарычал, но бросился за ним.

– А болотница? – в который раз хрипло спросил он на бегу.

– Сказала же – тут остаться хочет, – не оглядываясь, ответил волхв.

– Сманил, зараза, – прорычал ратник. – Тать заморский. Чем он ее взял?

Олег первым добежал до лестницы в люльку и схватился за перекладины.

– Здесь к ее болоту ближе, – отплевываясь от огненных волос, предположил он и полез вверх. – Да и человек он хороший.

Савмак полез следом.

– А я, что ли, плохой? – уязвленно выдохнул он.

– И ты хороший, – отозвался Олег и перекинул замотанную Люсиль через борт, та вскрикнула, волхв запрыгнул следом. – Но зачем тебе женщина с утиными лапами.

– А может, мне нравятся лапы, – буркнул Савмак чуть менее уверенно.

– Тогда обидно, – согласился Олег и размотал из балахона Люсиль. Та села на палубе растрепанная, перепуганная, и тут же стыдливо закуталась в него уже по-своему. – Но выбирает всегда женщина.

– Дикость какая, – с недоверием отозвался ратник.

– Дикость – не дикость, а природа, – сказал Олег, вытирая лицо от чужой крови. – Где Жан?

Савмак подскочил к борту и заглянул вниз.

– Вон он! К воздушному кораблю подбегает! – сообщил он и крикнул хозяину дома: – Лезь давай быстрее!

Олег тоже подбежал к краю. Дом уже полностью окутан зеленым туманом, но из леса продолжают подтягиваться послушники, бегут в него, как безумные мотыльки на огонь, и падают в траву, едва дымка касается их лиц. Фанатичная вера толкает людей на безумные поступки, лишает воли и разума. Олег нахмурил лоб, не должен человек быть куклой в руках культов и религиозных безумцев.

Жан начал отвязывать веревки, что удерживают воздушный корабль у земли.