Песталоцци. Воспитатель человечества - Андрей Маркович Максимов

Но поскольку сидеть без дела и просто мечтать Песталоцци не умел и к тому же им всегда двигала жизненная необходимость зарабатывать деньги, — он работал писателем и публицистом. Например, в 1782 году начал издавать газету «Швейцарский листок», в которой являлся не только владельцем, главным редактором и главным автором, но и исполнял практически все другие обязанности от корректора до конторщика.

О чем писал «Швейцарский листок»?

О справедливости, о свободе, о равенстве… Но в основном, конечно, о воспитании, потому что, по большому счету, это единственная тема, которая по-настоящему волновала Песталоцци.

Несмотря на популярность нашего героя, его абстрактные размышления по-прежнему не вызывали особого интереса, и через год Песталоцци свою газету закрыл.

Когда местное ученое общество объявило конкурс статей на удивительную тему «Законодательство и детоубийство», Песталоцци принял в нем участие, потому что использовал любую возможность, чтобы заработать деньги.

В сущности, в эти годы наш герой вел жизнь известного, популярного писателя. Например, написал повесть «Христоф и Эльза» и статью с интригующим названием «Наблюдения над ходом природы в развитии человечества».

Он имел возможность высказывать свои взгляды и пользовался ею, особенно за хороший гонорар.

В 1783 году он отправил тринадцатилетнего сына учиться в Кальмар. Последняя возможность заниматься практической педагогикой исчезла, и все свое время он посвящал писательскому труду.

Еще во времена «Учреждения для бедных», в 1776 году, Песталоцци вступил в только что основанное тайное общество (орден) иллюминатов.

Общество возглавлял известный в те годы писатель и философ Адам Вайсхаупт. Сам Вайсхаупт вступил чуть позже в масонскую ложу. С масонами история всегда сложная, однако нет никаких свидетельств того, что наш герой последовал его примеру.

Орден иллюминатов напоминал «Гельветическое общество», напоминал молодость, время надежды, время любви. Иллюминаты собирались, чтобы поговорить. О чем? О возможности преобразования окружающего мира, разумеется. О чем же еще?

На первое место ставили просвещение. Как и вся интеллигенция во все времена, швейцарские интеллигенты конца XVIII века были убеждены, что стоит дать народу просвещение, тут-то и грянет революция, которая всем принесет только хорошее.

Общение с иллюминатами немного разнообразило довольно однообразную жизнь нашего героя. Тем более говорить о переменах, о революции Песталоцци всегда очень любил.

Банально — а значит, справедливо говоря: революция витала в воздухе.

Песталоцци ее очень ждал. Наш герой был убежден, что революция не только принесет желанную справедливость в его родную страну, но и привнесет что-то очень хорошее в его собственную жизнь.

По поводу первой части вывода — все случилось вовсе не так, как мечталось. Оно и понятно: революция если помогает осуществлению чьих-то «мечт», то делает это настолько зло и жестоко, что очень быстро забывается: это вовсе не жестокость, а воплощение «мечт».

Но вот что касается второй части вывода — Песталоцци оказался совершенно прав. Революция резко изменила его жизнь, превратив в реальность то, о чем он мечтал столь сильно, что даже уже боялся признаваться самому себе.

Писатель Иоганн Генрих Песталоцци смог стать наконец тем, кем хотел стать всегда — педагогом.

Но не сразу. И не вдруг.

Отправимся за подробностями.

Часть восьмая. Станц{8}

Что такое революция, если вдуматься? Это когда некие люди — они называются «вожди» — раздают счастье всем желающим. Нежелающих расстреливают, дабы не путались под ногами и не мешали строительству счастливой жизни.

Революции проходят, в общем, очень похоже — хаос, жесткость, чудесное будущее и кровавое настоящее. А вот возникают они по-разному. В Швейцарии революционные преобразования случились после того, как страну заняли французские войска.

С чего вдруг Франция напала на тихую Швейцарию? Потому что в ту пору она была вовсе даже не тихой. Немецкоязычные кантоны попытались подавить французскую революцию, и французы, чтобы показать, кто в лесу медведь — вошли в Швейцарию.

Задачи завоевать страну не стояло. Как потом не раз бывало в разные исторические эпохи: более сильное государство хотело установить в другой стране порядки, которые ему, сильному государству, казались верными.

Так, 12 апреля 1798 года была провозглашена Гельветическая (Швейцарская) республика и принята первая Конституция, которая являлась точной копией Конституции Франции 1795 года и провозглашала все самое хорошее: равенство кантонов, свободу совести, печати, торговли и так далее…

Случилась швейцарская буржуазная революция.

Буря грянула, как и было обещано. Жизнь из нормальной превратилась в революционную, что, с одной стороны, вело к хаосу и неразберихе, а с другой — открывало массу самых неожиданных возможностей в разных областях жизни.

Песталоцци находился в совершенном восторге от происходящих перемен. Почетный гражданин Франции, он был убежден, что от французов его согражданам придет только хорошее, радостное и справедливое. Он, разумеется, знал лозунги Великой французской революции, верил в них абсолютно и мечтал, чтобы им поверил каждый швейцарец и начал — желательно немедленно — жить ради процветания свободы, равенства и братства.

«Отечество! — обращался Песталоцци, замечу, к Франции. — Пусть в течение многих веков ни внутренняя глупость, ни внешняя неправда не похитят права человечества Твоих сыновей, за которые Ты заплатило бесчисленными смертями. И пусть скоро придет тот час, когда сыны Гельвеции объединятся с Тобой, как объединился я с Тобой…»[86]

Понятно, что ни убеждения нашего героя, ни его характер не позволяли ему стоять в стороне от революционных дел. Песталоцци бросился в революцию сначала по привычной ему журналистской тропе. С сентября по декабрь 1798 года наш герой редактирует главную правительственную газету «Гельветический народный листок».

Революция — это всегда жестокость и жертвы, погибающие люди, оставшиеся сиротами дети. И тем не менее наш герой приветствует ее, ибо считает, что революция — единственный способ наставить человечество на путь истинный, встряхнуть его.

Прямо так об этом и писал: «Всю революцию с самых истоков я рассматривал как простое следствие запущенности человеческой природы (курсив мой. — А. М.) и считал эту порчу человеческой природы неизбежной необходимостью, чтобы одичавших людей вновь навести на мысль о существеннейших их делах»[87].

В те годы Песталоцци, вдохновленный полученным званием почетного гражданина, был убежден, что только рядом с Францией, вместе с Францией Швейцария сможет стать по-настоящему свободной европейской страной.

«Гельветический народный листок» — издание, во многом, информационное, которое доносило до народа все, что делало правительство. (А революционное правительство, как водится, много чего делало.) Также, разумеется, «Листок» печатал статьи Песталоцци, в которых тот объяснял, может быть, жестокую, но необходимую суть революции. Работа журналиста — это было, что называется, «повторением пройденного», делом для нашего героя не очень интересным. Поэтому газета и