Белые росы - Larik-lan

— И этого никто не заметил? Она же с людьми работала, к родителям маглорожденных волшебников ездила, общалась с ними.

— Милая Минни считала себя чем-то сродни миссионера, который забирает детей у язычников и наставляет их на путь истинный. А ради этой благой миссии можно было и потерпеть, в конце-концов, большую часть времени она проводила в Хогвартсе, в окружении, которое она считала правильным.

Катерина была поражена — да, Макгонагалл казалась строгой, но не выглядела фанатичкой. Насколько же обманчивой может быть внешность. Тем временем Снейп долил виски себе и Флитвику, отпил глоток и продолжил рассказывать:

— Дамблдор присосался к магическому источнику Школы, как пиявка, творил напоказ большие чудеса, громко сообщал о своих алхимических достижениях, стараясь соответствовать образу, который создал, но со временем тело выдерживало нагрузки все хуже, он продолжал истощать Хогвартс, но это не шло ему впрок, и однажды старик испугался. Он попытался прекратить это, и тут внезапно проявила себя Макгонагалл, да так, как директор не мог себе представить. Естественно, ментальное воздействие со стороны сумасшедшего не могло не сказаться пагубно на ее мозге, и попытка обожаемого Учителя “сдать назад” была воспринята как предательство. Как же — Альбус отказывается служить их светлой цели, вести к истине детей, поступает, как настоящий отступник. И тогда Минерва подлила ему психотропного зелья, сама начиная программировать его на нужные ей действия. Сообщники вступили в резонанс, который невозможно было разорвать — Альбус влиял на Минерву, а она сама — на Альбуса, при этом оба становились все безумнее.

— Звучит на редкость бредово, уж это точно должен был кто-то заметить!

— Мисс Кэтрин, мы все варились в одном и том же окружении годами, привыкая к необычному поведению коллег, вы же сами видели, какие неординарные люди здесь преподают, так что, по сравнению с некоторыми, и Макгонагалл казалась вполне вменяемой — во всяком случае, свои обязанности она выполняла, за факультетом следила, и в документах всегда был порядок. Мы не могли и представить, что творится в ее голове, — расстроенно пояснил Флитвик. — Кроме того, никто и не сомневался в Альбусе — он же борется за добро, гений и выдающийся маг, и этого для всех было достаточно.

— Вы слишком доверчивые, — недовольно проворчала Катерина, наливая себе на палец виски в чашку из-под чая. История была настолько ненормальной, что ей и самой захотелось выпить, чтобы привести мысли в порядок. — А я с вами так сопьюсь, — добавила она, одним глотком выпивая напиток и подливая себе еще.

— Годы шли, Темные искусства усилиями Дамблдора оказались практически под запретом, а студентам Гриффиндора регулярно напоминали, как важно быть волшебником и служить свету. Альбус забирал магию у замка, не давая ничего, и постепенно начали проявляться внешние признаки этой недостачи — трещины, разломы, плесень, грибок, хотя до этого никому дела не было — Хогвартс же стоял сотни лет, и еще столько же простоит. Это была аксиома, которая не требовала доказательства. Но однажды на пороге Школы появилась растрепанная неухоженная бродячая магла, которая оказалась привязана к школе и отделаться от нее так просто было невозможно. Возможно, сам директор не стал бы ничего делать, он был уже старым, уставшим и больным человеком, но для Минервы с ее горячей шотландской кровью это стало вызовом и она начала требовать, чтобы Дамблдор как-то убрал вас отсюда, не считаясь с методами.

— Но идти на убийство — не слишком ли круто?

— К тому моменту эти двое окончательно потеряли берега. Первая ловушка с канатом была делом рук самого Дамблдора, он все продумал, аккуратно подготовил и исполнил, но именно эта аккуратность заставила насторожиться профессора Флитвика — он понимал, что ловушку очевидно установил взрослый сильный волшебник, а таких в Школе не очень много. И здесь он, к счастью, согласился помочь мне, как человеку, в некоторой степени, постороннему, но обладающему определенными полномочиями, а не пошел к директору. За что я ему благодарен.

Флитвик кивнул, приветственным жестом приподнимая свой бокал, и коллеги чокнулись с мелодичным звоном.

— С самого вашего появления я заметил волнение директора и решил сделать вас наживкой, на которую надеялся его поймать.

— Так вот почему вы так настойчиво набивались мне в друзья.

— Конечно, таков был план. Вы же не сердитесь?

— А вам будет дело, если рассержусь? Я так и думала, что у вас за пазухой камень таится, так что не в обиде. Просто теперь держитесь от меня подальше со своей “дружбой”, я второго такого приключения не переживу.

— Не могу вам этого обещать, — бесстыдно пожал плечами профессор, а Катя вздохнула — если она хотела здесь остаться, придется терпеть и Снейпа с его планами. К его чести, вовлекая Катерину в неприятности, он после действительно её спасал, не оставляя без страховки, и она поняла, что положиться на зельевара можно, он обязательно вытащит из неприятности, даже если предварительно сам же в эту неприятность спихнет. Что поделать — натура такая гадская. И даже Флитвик промолчал, не зная, как усовестить своего чересчур продуманного коллегу.

— Вторая ловушка с рыцарем была делом рук Минервы, и, скорее всего, она действовала под влиянием импульса, воспользовавшись предоставленным шансом, но и этим подставила себя, так как рыцари — часть системы безопасности Хогвартса, и людей, которые имеют право управлять ими и давать приказы, можно пересчитать по пальцам, об этом все прекрасно знают. А вы после сами рассказали нам, что встречали Минни во дворе, здесь уж два и два сложить было совсем просто.

— Это было ужасно и жестоко, я думала, что погибну, у этой железяки не было никаких тормозов, только одно желание — убивать.

— Вам повезло, что подвернулся Магорио, хотя и нельзя похвалить его за уничтожение вещественных доказательств.

— А сам Магорио к этому никак не причастен?

— Нет, авроры совершенно точно говорят, что он не причастен к преступлениям.

— Жаль, а ведь был такой хороший повод от него