Главная героиня - Анастасия Владимировна Иванова

В военное время строительство кораблей было ускорено, и у многих имелся большой недостаток — из-за чрезмерной нагрузки они могли переломиться пополам. Именно это и случилось с одним судном, мимо которого проходил корабль Щетининой. Экипаж Анны помог пострадавшему кораблю, а чуть позже и сам попал в такую же ситуацию; разлом пришлось буквально «сшивать» тросами. «Сшитое» посередине судно Анна довела до ближайшего порта — 800 км по штормовому морю. А еще все это Анна с экипажем проделывала в условиях радиомолчания, без света, маяков, зная, что в любой момент их могут атаковать немецкие самолеты и подводные лодки.

Кроме того, Анна пережила арест мужа в 1937 году по статье об измене Родине, боролась за его освобождение и добилась своей цели. Супруги прошли всю войну, а после нее Анна начала преподавать в университете: стала сначала старшим преподавателем, а потом и деканом судоводительского факультета, при этом продолжая ходить в море и даже совершив кругосветное путешествие.

Можно ли сказать, что все мужчины готовы пройти такой путь? В какой-то момент излишняя женская эмоциональность помешала Анне Щетининой стать первой женщиной-капитаном в 27 лет, героически пройти всю войну, бороться за репрессированного мужа? Тогда при чем здесь пол?

При этом мне кажется важным не перекручивать этот регулятор эмоциональности в противоположную сторону: все, я кремень, не буду выражать эмоции, буду ходить в деловом костюме со строгим лицом и уж точно никогда не заплачу прилюдно. Ломать себя и свою личность, чтобы угодить общественным стереотипам, — так себе идея. И вообще, иногда вовремя заплакать может быть очень полезно. Как утверждает Тина Фей, продюсер, актриса, юмористка, сценарист, «некоторые люди говорят: “Никогда не позволяй им видеть, как ты плачешь”. Я говорю: если ты так зла, что можешь только плакать, тогда плачь. Это всех приводит в ужас»51.

Есть еще одна история про слезы на рабочем месте, и в ней, кроме самого факта слез топ-менеджера запрещенной в России социальной сети, есть и вторая часть: реакция мужчины, да еще и начальника. Эта история, несомненно, пример настоящего равенства, когда один человек выражает свои эмоции, а второй понимает их и искренне сочувствует, и неважно, кто из них какого пола.

Шерил Сэндберг проработала в Facebook♦52 около года и вдруг узнала, что кто-то из коллег говорит у нее за спиной очень неприятные вещи, к тому же неправду. Она пришла к своему руководителю Марку Цукербергу и, рассказывая о ситуации, не смогла сдержать слез. Марк убеждал Шерил, что в эти слухи никто не поверил в любом случае, а потом сказал: «Хочешь, я тебя обниму?» Шерил вспоминает:53

— Я хотела. Для нас это был момент прорыва. Я чувствовала себя ближе к нему, чем когда-либо прежде. Затем я рассказала эту историю публично, полагая, что это может облегчить жизнь другим людям, столкнувшимся с нежелательными слезами. Пресса сообщила об инциденте так: «Шерил Сэндберг плакала на плече Марка Цукерберга», но это не совсем то, что произошло. Произошло следующее: я выразила свои чувства, а Марк ответил состраданием.

В своей книге «Не бойся действовать», которую я обожаю так, что даже создала целый курс для изучения англий­ского по ней, Шерил размышляет о том, что обмен эмоциями помогает развивать более глубокие отношения на работе.

Мы хорошо трудимся, когда делаем что-то интересное с людьми, которые нам не безразличны. И чтобы понимать коллег и партнеров, необходимо делиться эмоциями и считывать эмоции других. Эмоции влияют на каждое решение, которое мы принимаем, и было бы странно отключать их, приходя на работу, как в сериале «Разделение» (Severance). Поэтому, по словам Шерил, работа с эмоциями и понимание их важности делает нас лучшими менеджерами, партнерами и коллегами.

Есть и совсем недавняя история про женские слезы из России — точнее прямо из Совета Федерации. В июле 2023 года Совфед принял поправки в законодательство о психиатрической помощи, которыми упраздняется необходимость создания независимых служб защиты пациентов психоневрологических интернатов (ПНИ)54.

Нюта Федермессер, руководитель Центра паллиативной помощи, выступала против принятия этих поправок, говоря о том, что они скорее ухудшают положение пациентов и их семей, чем помогают им. Она просила убрать часть поправок и доработать законопроект, чтобы он был действительно полезен людям. Нюта предлагала заняться созданием независимых органов для защиты прав пациентов ПНИ и дать полномочия людям, которые этим занимаются, принимать жалобы и подавать в суд.

Но законопроект был принят единогласно.

Нюта выходила из зала заседаний со слезами на глазах и такими словами:

— Я думаю, что я не буду больше заниматься федеральным законодательством, потому что мы с вами вашими же усилиями живем в стране, где законы пишутся и не соблюдаются. Где законы голосуются, совершенно безумные, потому что вы думаете, что вас и ваших семей они не коснутся. Очень стыдно за эту Думу, страшно стыдно.

Если вы еще не видели это видео, посмотрите. Это слезы человека, которому не все равно. А это всегда важно видеть. И чувствовать.

А вчера я смотрела какое-то шоу на YouTube с Екатериной Варнавой, и она рассказывала, как они снимали Comedy Woman до 4:30 и один из операторов просто не выдержал нагрузки, психанул и ушел с площадки прямо посреди съемоч­ного процесса. Пришлось доснимать без него, но вряд ли кто-то сказал ему: «Ох уж эта ваша мужская эмоциональность!»

Мне нравится думать, что мы все просто разные люди со своими эмоциями. Не «мужчины» и «женщины», а люди. Кто-то более эмоционален, кто-то более стабилен и рационален. А кто-то эмоционален в одной ситуации, при этом серьезен и даже жесток в другой. Не потому, что он или она мужчина или женщина, а потому, что так сложился жизненный путь. И многое на пути — в наших руках.

ВОПРОСЫ ДЛЯ САМОРЕФЛЕКСИИ

Что вы чувствовали, читая строчки о «женской эмоциональности»?

Когда вы в последний раз выражали эмоции на работе или в профессиональной ситуации? К чему это привело? Как вы себя чувствовали?

Какие эмоции вам хотелось бы выражать больше?

Как вы узнаёте об эмоциях других людей — на работе и дома? Как можно улучшить систему обмена эмоциями?

Как вы чувствовали себя, читая истории Анны Щетининой, Шерил Сэндберг и Нюты Федермессер? А слова Тины Фей и Кондолизы Райс?

Юмор

Когда я приезжала к бабушке в Санкт-Петербург, первой остановкой после обязательного совместного обеда и рассказов, как у кого дела, был книжный. Не то чтобы в Москве было как-то меньше книжных по сравнению с Питером, просто это всегда моя первая остановка в любом месте. В любой непонятной ситуации ищи книжный — там тебя ждут, там свои. И вот около бабушкиной питерской квартиры был такой странный магазинчик: вроде бы комиссионка, вроде бы книжный, тут же рядом лампочки продают. И я там находила всегда какие-то невероятные сокровища, чтобы потом зачитываться ими на берегу Невы. Например, Надежду Тэффи или Фаину Раневскую. Надо понимать, что, когда я этих женщин нашла в этом странном полупродуктовом-полукнижном, я не знала их имен, в школе мы таких женщин не проходили (а каких проходили? а вот давайте вместе и подумаем с вами — каких мы женщин проходили в школе, кроме Цветаевой и Ахматовой? Вот!), и я просто открывала книги, читала первые страницы и, если нравилось, забирала домой. Я и сейчас так делаю и не понимаю, почему так поступают не все: как можно выбрать книгу по аннотации или, не дай бог, по обложке?

И вот мы встретились — женский юмор и я. Афоризмы Раневской и тонкая