Академия Драгон. Станешь моей истинной! (2) - Лана Воронецкая

Малори пинком распахнул дверь, протащил меня по коридору, вновь послышался грохот другой двери, отлетевшей с толчка. Тряска прекратилась, меня кинули …на кровать.

Магинечка Елена, милостивая!

Глава 25

Я мигом отползла задом подальше, облокотилась на спинку –дальше отползать было некуда, подтянула ноги к груди, обхватила руками, сжалась под пристальным мужским взглядом, пылающим желанием.

Не отводя горящих глаз, со зрачками, вытянувшимися в узкие полоски, Малори медленно поднял руку –расстегнул запонки на манжете одного рукава. Я сжалась сильнее. Дракон перешел к запонкам на второй руке. Я в страхе хлопнула глазами, икнула.

Он приподнял в ухмылке брови, принялся медленно расстегивать пуговицы на рубашке. Одну за другой. Очень медленно, но не останавливаясь. Сам при этом облизал губы и сглотнул. Рывком выдернул края шелковой сорочки из брюк, и устав расстегивать пуговицы, рванул полы рубашки в разные стороны так, что оставшиеся пуговицы посыпались с глухим стуком на пол, словно горох.

Дракон сдернул рубашку, отбросил в сторону. Стальные мышцы на груди перекатились, нагоняя страха.

Перина прогнулась под тяжелым весом, когда он опустился на нее коленями и в пару движений подполз ко мне, протянул руку и приподнял мое лицо за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза.

Я вся тряслась от ужаса.

Другой рукой он убрал мне волосы с лица.

— Не надо, пожалуйста, — я не узнала собственный голос –настолько жалко и слабо он прозвучал.

— Не бойся, — он провел пальцем по моим губам.

Надо поговорить. Надо попробовать достучаться до него.

Давясь словами от страха, я проблеяла еле слышно:

— Я –не ваша истинная. Вы ошибаетесь.

— Моя, — пророкотал Малори и принялся расстегивать пуговички на стойке-воротничке моего платья.

— Хочу добраться до плечика, — пророкотал над ухом, — и укусить… Тебе понравится.

Я попыталась отстраниться, но я и так упиралась в спинку кровати и дальше двигаться было некуда.

— Нет. Вы ошибаетесь. Аланья –ваша истинная.

Рука, расстегнувшая уже пару пуговичек, замерла. Малори задумался. Потом моргнул и принялся за третью.

— Умоляю вас, не надо. Я –не ваша истинная.

— Моя, – ему удалось расстегнуть третью малюсенькую пуговичку.

И как такие огромные пальцы могут справляться с такими крохотулечками?

Как же сильно Беляна на него воздействовала, что дракон совсем разум потерял?

— Я еще в детстве тебя унюхал.

Беляна еще восемнадцать лет назад промыла ему мозги? Зачем?

Малори на секунду остановился от занятия по расстегиванию следующей пуговички, которое его так увлекло.

— Я приходил к твоей матери, приносил ей кровь. Потом и сам поил тебя, пока тебе было необходимо. Затем оставил тебя спокойно расти, чтобы потом забрать себе, – он рыкнул. — Твой приемный отец решил поиграться, думал, что в академии мне тебя не достать. Ауру тебе поломал. Пришлось трахать и кусать других блондинок, проверять кто из них моя истинная.

Я судорожно пыталась сообразить, чем еще я могу его отвлечь. Странная мысль пришла мне в голову:

— Раз вы поили меня кровью, значит вы –мой отец? Значит, я точно не ваша истинная! Опомнитесь.

Малори даже оторвался от моих пуговичек. Он успел расстегнуть весь корсет до пояса. Тихонечко засмеялся.

— Нет, малышка. Твой отец –Накер. Он не хотел ничего о вас слышать. Я был с ним, когда муж твоей матери нашел его в одной из рестораций. Видел, как твой приемный отец валялся у Накера в ногах, умолял поделиться кровью. Только Накер всё отрицал, прогнал его взашей.

Малори снова потянулся к моей груди, раздвинул полы корсета и убрал лапы загребущие, любуясь на грудь в полупрозрачной сорочке.

Я прижала скрещенные руки к груди, прикрываясь.

— Мило, — мурлыкнул дракон, чуть отодвинулся, как бы любуясь со стороны на картину.

— Я вас пожалел. Всегда мечтал о своем ребенке, но Беляна ничего не хотела слышать, ей было достаточно одного Брайли.

— Брайли? — я приоткрыла рот в удивлении, а Малори запросто развел мои руки в стороны, без малейших усилий. А вот у меня сопротивляться не получилось.

Он снова уставился в расстегнутый ворот.

— Я сцеживал кровь у Накера, когда он напивался в стельку или обдалбливался рогом единорога, — Малори хмыкнул. — Иногда я ему помогал, подсыпал побольше.

Он оторвал взгляд от моей груди и посмотрел в глаза:

— Я вас спас. Твою мать и тебя, милое дитя. А потом я унюхал, что ты –моя истинная.

— Вы ошибаетесь, — я снова безуспешно дернулась, пытаясь вырвать разведенные в стороны руки из его жесткого захвата. — Пустите же. Зачем вам это?

— Хочу от тебя ребенка.

— У вас же, итак, уже будет четыре!

Малори умилился:

— Кто это у нас здесь ревнует? Моя истинная девочка.

Я? Я даже перестала дергать руками, которые он, разведя еще шире в стороны, прижал к мягкой спинке кровати.

— Ничего страшного, моя маленькая. Я в состоянии вырастить кучу драконят, не переживай. Одним больше, одним меньше. Ну, а, чтобы ты чуть меньше ревновала, признаюсь, что только двое студенток беременны от меня.

Малори потянулся головой ниже, к моей груди, принялся покрывать поцелуями через тонкую ткань сорочки. Я задергалась сильнее. В отчаянии попыталась достучаться до своей вредной драконицы. «Ну, где ты? Помоги же».

Вредная зверица зашипела: «Думала, уже не попросишь. Думала, променяла своего ректора на этого козлину…» Вредная, несносная зверюга.

«Будешь потом меня опять травить?»

Малори исхитрился и подцепил ткань зубами, дернул, с треском разрывая, приводя меня в полное отчаяние.

Я закричала в голос:

— Нет, я больше не буду. Прости меня! Я была дурой. Помоги же мне уже!

И драконица зарычала, пытаясь вырваться наружу. Я расслабилась, позволяя ей взять верх над моим телом. Пальцы удлинились, из них выскочили когти. Я чувствовала, что клыки тоже заострились, наружу вылез хвост.

Но Малори, как удерживал мои руки, разведенными в стороны, так и продолжил держать их, не прилагая особых усилий.

— Ууу, — протянул, — моя малышка показывает коготки и зубки, — зарычал в ответ. — Как же это заводит.

Во рту дракона тоже сверкнули клыки, а лицо покрылось серой чешуей. Он набросился на меня с грубым поцелуем, наши клыки стукнулись со звоном, я прокусила ему губу.

Дракон лишь взревел сильнее и шумно втянул носом воздух, чуть отстранился слизывая кровь на губах.

— Хочу интимный