Осенняя жара - Владимир Валериевич Стрельников

Глава 31

Глава тридцать первая

Мы зашли в контору сельсовета, а там нас ожидал некоторый нежданчик.

— Э… здрасьте, баб Акулина. — неожиданно тихо поздоровался Турутин со старой ведьмой, что спокойно сидела на стуле около секретарши, и пила крепчайший чай, хрустя сахаром-рафинадом вприкуску.

— Здравствуйте. — Поздоровался и я, чуть поклонившись. Вежливость наше всё, потому как настолько мощных ведьм я давненько не видал.

— Привет, орелики. — неожиданно ласково выдала старая карга, оставляя чашку с чаем. Оглядела нас, и улыбнулась. — Молодцы! Разворошили гнездышко, ой завтра пиздец будет.

— Я так думаю, что будет он уже сегодня. — возразил я, набирая номер Силантьева. — Вы извините, я начальнику позвоню.

— Проше то? А знаешь, дай-ка мне трубочку. — отобрала у оторопевшего меня телефон ведьма, и очень ласково поздоровалась с недовольным старым магом. — Привет, Прош. Узнаешь? О как, долго жить буду. Что значит мы уже долго живем? Подумаешь, два века, у меня тетка уже третий доживает, и не кашляет. В Ташкент? Знаешь, может и приеду, косточки погреть. Давненько я там не была, в Туркестане-то. Как после революции уехала, так и осела в Оренбуржье. Ладно, я чего у твоего ученика трубку отобрала. Тут ребятишки, Аким и Леша, гнездовье разворошили осиное, учти это. В Оренбурге старый Илья совсем салом заплыл, вокруг себя развел сволоту разную. Те совсем мышей ловить перестали, слетит из-за них Илья. Может, приедешь, поможешь корешу? Да-да, сейчас отдам Акимушке телефончик, сейчас. Пока, Проша, рада была услышаться. Что значит, давно не звонила? В семидесятом ведь созванивались? Ладно, ладно, позвоню пораньше, не через полвека. — и старая ведьма сунула мне мой же смартфон. — На, сынок. Поговори с начальством.

— Здравствуйте, Прохор Прохорович. — поздоровался с начальством уже я.

— Привет, привет. — устало ответили в трубке. — Что там у вас снова стряслось?

— Да тут даже не знаю… одиннадцать пропущенных при проверки одаренных в простой сельской школе на триста учеников.

Силантьев присвистнул, и выматерился. А такое я слушал от него нечасто.

— Что думаешь делать? — спросил начальник магов Туркестана.

— Ну, отсюда я пока не успокоится, не уеду. Потому как на Надю попытаются сто пудов наехать. Да и здешним ребятам надо помочь, хорошие люди. — Я пожал плечами, хоть этого Силантьев и не видит.

— Ты прав. Я сейчас звоню в Москву, в Высший Совет Магов. Такое или преступно пренебрежительно, или преступно сабатажно, третьего не дано. На вероятный силовой наезд разрешаю бить в полную силу, это под протокол. Оторвешь пару глупых головенок, остальные проникнутся. А то расслабились, Лаврентия Палыча на них нет! Короче, до особого распоряжения считай себя прикомандированным к Хабарскому участку, береги ученицу и одаренных, их могут попытаться вывезти. Это все пахнет слишком дерьмово, и тянет на расстрельную статью, парень. Оренбургского главного мага, Илью Захарова, опасайся. Хоть и обленился, и растолстел, но силен чудовищно, твоему Салавату не уступит. Потому будь осторожен. Хотя, я сам завтра прилечу. Через тебя это и моё дело. Понял?

— Да, Прохор Прохорович. — когда начальство говорит таким тоном, то можно только соглашаться.

— Ладно, отбой. Жди, сейчас дам распоряжение, пусть самолет готовят. — и положил трубку.

Турутин в это время разговаривал с областью, и тоже разговор шел нервный и тяжелый. Причем сейчас начался ор, с обоих сторон.

— Да похер мне, что вы там думаете! Тут одиннадцать одаренных детей ваши чиновники пропустили, и вы думаете, это вам с рук сойдет? Я сейчас звоню в прокуратуру, в КГБ, и в Москву, в администрацию Верховного Совета. Думаете, мы селяне, рыло в навозе? А не охуели вы там, сволота мажористая? — Оба на, вот это выражения пошли. Это что ему там наговорили, что обычный сельский председатель настолько выбесился?

Грохнув по столу кулаком, председатель вытащил пачку сигарет и закурил, на что секретарша недовольно покачала головой и открыла форточку.

— Такое у меня впервые. Веришь, нет, но никогда меня так унизить не пытались. Сельский недоумок, видишь ли. А я просто позвонил в областной МАК, и попросил прислать магов для повторной проверки, хотел спустить на тормозах. Так, ладно, драка так драка. Аким, ты чего будешь делать? — Турутин посмотрел на меня.

— Я по распоряжению Силантьева прикомандирован к вашему МАКу до тех пор, пока все не разрешится. — я развел в стороны три руки, четвертой показал телефон с уведомлением о командировке, и улыбнулся.

— И слава богам. Так, Надежда, бери своего учителя, и тащи его оформляться, немедленно. После чего отдыхайте, но будьте начеку. А я звоню, куда обещал. Только, будьте добры, покиньте кабинет. Такие вещи надо делать без свидетелей.

Ну, и мы пошли оформлять меня в качестве прикомандированного мага, что резко меняет мой статус. Потому как я сейчас здесь не пришей к пизде рукав, даже несмотря на мои корочки КПК. Маги могут залупнуться, мол, дела магов… да, после тут все просеют через мелкое сито, но это будет потом, возможность замести под ковер остается. А сейчас у меня появляются официальные права и обязанности сельского мага, а они в первую очередь обязаны защищать жителей подконтрольных территорий. Причем ото всех и ото всего, в том числе от магов, что хотят навредить поселянам. Такие вот вещи. Неприятно, но, в принципе, привычно. Дерьмо случается.

Глава 32

Глава тридцать вторая

— И что теперь будет? — Надежда посмотрела, как я убираю в свое удостоверение мага командировочный мандат.

— Скорей всего, ничего не будет. Процентов девяносто, а то и больше. Завтра приедет Силантьев, глава областного МАКа Захаров, наверное, председатели ОблСовета и Исполкома. Постараются договориться. Это, если честно, наиболее подходящий вариант. Да, опиздюливание произойдет, но особо чрезвычайным оно не будет. — я поглядел на темнеющее небо. Все-таки стремительно в октябре ночь приходит. — Но вероятен вариант, что на нас попытаются наехать, вплоть до того, чтобы забрать детишек и вывезти в спецшколы. Тоже возможно, это прикроет жопы тем, кто накосячил. Но это будет, так сказать, попытка силового наезда. В этом случае возможно все, даже прямая драка. — Поглядел в испуганные глаза девчонки, усмехнулся. — Но уже поздно, откровенно говоря. Сейчас только договариваться, тогда можно разрулить. Потому как дети знают, их родители знают, администрация села знает, церковь знает, милиция в курсе, партийные органы обоих партий в курсе, ваши