Дыхание ненависти - Мария Лован

— Ммм, — сладостно простонал Том, — Блондиночка красивая. Твоя, Крис? — мужчина вгляделся в лобовое стекло, которое прекрасно освещалось фарами джипа.

— Не трогай ее! — огрызнулся Питер.

— Значит, не твоя, а мальчика с седыми волосами, — Том словно вел игру, в которую играть желал только он. — А там, кажется еще малышка, — он нагнулся в поисках меня. — Вот она, красавица!

— Хочешь кого-то убить, убей меня, остальные тут ни при чем. Деньги брал я, значит, я и отвечаю! — Крис немного двинулся вправо и перегородил обзор на машину Аарона. — Я остаюсь, остальные уезжают!

— Ты очень смелый, этим ты мне нравишься, но ты глуп, эти ребята видели слишком много…

Стало понятно, что никто так просто нас не отпустит, поэтому придется действовать!

— Аарон, — шепотом произнесла я, — заводи машину!

— Ты с ума сошла, — практически не шевеля губами, ответил брюнетик, — они нас пристрелят, если мы хоть на дюйм сдвинемся.

— А так у нас хотя бы шанс появится!

Аарон кивнул, и мы резко сдвинулись с места, машина развернулась, и Крис с Питом запрыгнули в открытые двери. Раздалась пальба, я пригнулась, а потом вовсе упала на пол салона. Краем глаза заметила, как Мел скрючилась под бардачком. Питер на ходу перелез на водительское кресло и вцепился в руль, сместив Аарона на место Мелиссы, ноги моего друга оказались прямо перед лицом блондинки. Потом я почувствовала, как что-то тяжелое придавило меня, это был Крис. После того, как эта туша упала на меня, я лишь могла слышать, но не видеть происходящее. Мое лицо уперлось в резиновый коврик, на голову шло огромное давление и тут я почувствовала, что кислород в легкие больше не поступает, воздуха перестало хватать, и я попыталась немного подняться, но все оказывалось бесполезно! Я намертво была впечатана в пол. Но я еще пыталась бороться! Когда я уже была готова потерять сознание, Крис развернул меня и я увидела его лицо, он все еще был сверху и давил на мои внутренние органы. Черноволосый плотно прижался ко мне, его щека прилипла к моей. Раздался еще выстрел, а потом еще…

Я крепко ухватилась одной рукой за шею Криса и еще сильней прижала его к себе… У меня больше не было сил, и после очередного выстрела я закричала, слезы вырвались из-под контроля и начали литься.

Пусть это прекратится, пусть окажется сном, я хочу проснуться в комнате в окружении знакомых мне стен. Эти мысли дублировали те, которые кружились в моей голове после гибели родителей, словно весь кошмар моей жизни возвращается!

— Ребята, держитесь крепче! — послышался голос Питера.

После этих слов я еще крепче завизжала. Машину встряхнуло, мое тело немного подпрыгнуло, а потом ударилось об пол. Невыносимая боль, которую я уже не могла терпеть, ударила по спине.

Мотор заглох! Неужели это все? Сейчас меня вытащат из машины, подставят к виску пистолет и последнее, что я увижу — это угасающие глаза Аарона, наполненные сожалением. А потом меня закопают под елкой…

Крис приподнялся, но я резко ухватилась за ворот его футболки и притянула обратно к себе.

— Воу, воу, полегче, я, конечно, знаю, что я горяч, но сейчас не то время и место, — произнес голубоглаз, выбираясь из моих объятий.

Но я не могла понять, как он может в такой момент находить место для шуток? Ведь нас сейчас убьют!

— Ким, мы в безопасности, — Кристофер слез с меня и выполз из машины.

Кое-как я поднялась и вышла на улицу из салона автомобиля, вся помятая и грязная. Оглянулась по сторонам. Вокруг только непроходимый лес, трава, наполненная влагой, непонятно вообще как мы смогли сюда заехать. Ночь уже спустилась и теперь совсем ничего не видно, только тусклые фары машины немного давали света. Мелисса сидела под деревом, подогнув ноги, она выглядела как спятившая, пялясь в одну точку, не моргая. Питер пытался привести сестру в чувства.

— Аарон! Аарон, где ты? — мой хриплый голос еле пробивался сквозь поврежденное от криков горло.

Мой друг, ухватившись за дерево, появился передо мной, его тоненькие ручки и ножки тряслись, очки отсутствовали, а на лбу красовалась небольшая царапина. Я подбежала к нему и обняла.

— Я так рада, что с тобой все хорошо, — я приткнулась носом к нему в грудь.

— Меня тошнит! — произнес брюнетик и, оставив меня одну, скрылся за ближайшим деревом.

Мел, наконец, превратилась из молчаливой куклы в человека, но мы все еще оставались шокированы.

— Приходите в чувства, нам пора двигаться, — вздохнув, заявил Кристофер. — Где твой отсталый дружок, Ким?

— Вам может и пора двигаться, — Аарон выполз из-за веток, — а мы с Кимми возвращаемся и едем домой, а вы можете дальше продолжать притворяться гангстерами.

— Холл, ты, может, и отличник, но рассудительностью никогда не отличался, видимо, алгебра все твои мозги засушила, — огрызнулся Крис. — Том видел вас обоих и не оставит в покое, да он вас быстрее убьет, чем поймет, что вы со мной не связаны.

— Он прав, Аарон, пока мы не можем вернуться, нужно немного подождать, — уверяла я. — Меня будет искать полиция очень усиленно, надо мной же особый надзор, а когда найдет, мы безопасно вернемся.

— И что ты предлагаешь? Разъезжать с этими с этими людьми? — Аарон развел руками, слегка покачнувшись.

— Насчет разъезжать, — лицо Питера покосилось, как перед неловкой фразой, — Твоя машина остается здесь, мы идем пешком, она слишком приметная. К тому же по лесу передвигаться безопасней, автомобиль будет только мешаться.

— Значит, вы уже все за меня решили! — закричал Аарон в приступе истерики, как маленькая девчонка, — Отлично! Может, машину еще взорвем? Вдруг они подумают, что мы были внутри, погибли, и нас оставят в покое!

— Отличный план, недоросток! — черноволосый толкнул брюнетика в плечи и тот рухнул на пятую точку.

— Прекрати, Крис, мы все здесь из-за тебя! — вступилась я.

— А ты у нас святая, совсем не безмозглая? Это как надо жаждать любви, чтобы выдать все Блэку, наверное, у тебя там совсем все перевозбудилось, раз ты остатки своего разума потеряла! — Кристофер указал пальцем на низ моего живота.

— Не по мою душу гонятся бандиты!

— Слушай, — голубоглаз приблизился ко мне, — если бы ты не пришла…

— Крис, завязывайте, сейчас не до этого. Вы такими темпами, обвиняя друг друга, дойдете до «лучше бы никто не рождался»! — снова пытался успокоить нас