Война Польши против Советской России. Воспоминания главнокомандующего польской армией, 1919–1921 - Владислав Сикорский

Наступившая ночь помогла расслабить нервы, долгое время бывшие в напряжении, так что в первые часы после взятия Насельска невозможно было привести этот приказ в действие. Это лишило нас плодов победы, в то время как большевики покидали Насельск в панике; это подвергало нас опасности энергичных контратак после того, как они оправятся от своего временного смятения.

Несмотря на это разочарование и тяжелые потери, понесенные в Насельске, известие о нашей победе вызвало всеобщую радость. Командующий Северным фронтом объявил, что «восхищен работой 5-й армии»; он ожидал от нас еще наступления на Пултуск и, чтобы облегчить его, передавал под мое командование 5-ю резервную бригаду[65].

Генерал Галлер точно оценил положение противника; он подчеркнул отсутствие плана и нервозность русских в их операциях[66]. Он призвал нас «продолжать побеждать» и констатировал, что «наступление большевиков рухнуло».

Но в Радзымине продолжались трудности. Бои, завязавшиеся утром 15 августа, продолжались с переменным успехом весь день 16 августа. Наконец генерал Желиговский победил по всей линии; однако он не смог передать 10-ю дивизию в распоряжение фронта, что вынудило генерала Галлера заменить ее 8-й резервной бригадой[67].

На участке Нижней Вислы советская 15-я кавалерийская дивизия 16 августа атаковала Влоцлавек и вынудила его слабый гарнизон отойти на левый берег Вислы и сжечь за собой мост.

Советская 10-я кавалерийская дивизия дошла до Нешавы и Бобровников, откуда выпустила первые снаряды по железной дороге Варшава — Гданьск — Гдыня.

В Плоцке появились разведывательные группы противника.

Решающие бои на Вкре и в Насельске отвлекли дивизии русской III армии, которые могли бы усилить наступление XVI армии. Этот факт и ввод в бой трех русских армий севернее Буга — Нарева истощили резервы Тухачевского; натиск на Варшаву и участок польской 1-й армии со стороны севера прекратился.

Контрнаступление на Вепше

В тот же день Варшава была избавлена от угрозы с юга контрнаступлением главнокомандующего, базой которого стал Вепш.

Командование войсками, сосредоточенными на Центральном фронте, осуществлял лично маршал Пилсудский, который 13 августа со своим небольшим оперативным штабом находился в Пулавах. Главнокомандующий посвятил три дня материальной организации контрнаступления и пополнению большинства дивизий Центрального фронта свежими силами. Утром 16 августа он выступил со своей базы Демблин — Любартув — Хелм, чтобы внезапно атаковать точно в северном направлении.

На его левом фланге атаковал генерал Скерский во главе 4-й армии (14, 16 и 21-я дивизии). От Демблин — Лысобоки — Коцк он наступал через Зелехув на Калушин и через Лукув на Седльце.

На правом фланге действовал генерал Рыдз — Смиглы во главе ударной группы 3-й армии (1-я и 3-я дивизии Легионов, 4-я кавалерийская бригада). Он атаковал с рубежа севернее Люблина и Хелма на Паршев и Влодаву.

Атаке этих войск способствовала внезапность, как тактическая, так и стратегическая. Она наткнулась на скопление больших сил неприятеля лишь на пути наступления 14-й дивизии.

Генерал Конаржевский, намного опережая другие соединения, шел через Мацейовице на Гарволин во главе своей прекрасной Великопольской дивизии, чьи боевые качества еще более усиливали полковника Паскевич и Андерс. В Цицуве он встретил советскую 57-ю дивизию и разбил ее.

Генерал Ладось (16-я дивизия) на Сточек, а генерал Галица (31-я горная дивизия) на Коцк наступали, не встречая крупных сил противника.

Генерал Демб-Бернацкий (1-я дивизия Легионов), атакуя в направлении Радзыня, отрезал смешанный отряд от советской Мозырской группы. Генерал Бербецкий (3-я дивизия Легионов), атакуя на Влодаву, разбил советскую 58-ю дивизию, которая отступила на север.

Опрокинув таким образом левый фланг советской XVI армии, главнокомандующий к вечеру 16 августа вышел на линию Гарволин — Желехув — Радзынь, а 3-я дивизия Легионов — к В л од аве.

Эти действия эффективно прикрывались с востока генералом Зигмунтом Зелинским во главе группы прикрытия 3-й армии, несмотря на потерю Хрубешува, взятого в тот день частями советской XII армии. Его задачу облегчал тот факт, что на Юго-Восточном фронте Буденный 16 августа произвел атаку по расходящимся направлениям, между Буском и Каменкой Струмиловой, с целью прорыва фронта и продолжения наступления его 1-й Конной армии на Львов.

Наступление главнокомандующего и его первые результаты были неверно оценены Тухачевским, который принципиально не изменил расположения войск на своем фронте. И напротив, они немедленно сказались на операциях под Варшавой. Действительно, Тухачевский решил предоставить советской XVI армии в одиночку улаживать этот инцидент, сочтенный второстепенным; он решил немедленно приостановить наступление XVI армии на Радзымин и варшавский передовой плацдарм и поставил перед этим оперативным объединением сугубо оборонительную задачу.

Продвижение польских дивизий на север параллельно русскому фронту подчеркнуло, начиная с 16 августа, бесполезность пассивного фронта нашей 2-й армии. Этот участок был упразднен; главнокомандующий передал 5-й армии сначала одну бригаду, затем другую бригаду 4-й пехотной дивизии, тогда как 2-ю дивизию Легионов сохранил в резерве Главной квартиры в Демблине.

Тем временем войска советской IV армии, продолжавшие наступать на запад, серьезно угрожали Поморью.

Действительно, советская 12-я стрелковая дивизия, разбив наш отряд Хабихта, 12 августа взяла Дзялдово; сломив сопротивление местного ополчения, спонтанно организованного Мацеем Мельжинским, она 14 августа была в Лидзбарке и 15 августа взяла Бродницу (Страсбург).

С другой стороны, конница Гая 15 августа взяла Журомин и Рыпин; она захватила между Нешавой и Бобровниками два наших судна, перевозивших в Модлин продовольствие и боеприпасы; затем она дерзко напала на город Торунь (Торн) в Поморье.

Поморье тогда не было в состоянии справиться с угрожавшей ему опасностью. Русская конница, продолжая энергично продвигаться, могла перерезать железнодорожное сообщение Польши с морем и затруднить нам пополнение наших боеприпасов, склады которых пустели.

Командование в Поморье было ослаблено созданием группы Рои; там в тот момент не было ни обученных солдат, ни снаряжения в достаточном количестве, чтобы формировать новые части.

Итак, положение для генерала Хаузера, коменданта крепости Торунь (Торн), было сложным, как и комплекса укрепленных лагерей вокруг Торуни (Торна) — Грудзёндз или Грауденц (полковник Габсбург), Хельмно, Свеце (генерал Бийяк) и Фордон (лейтенант Чарлинский). С опозданием информированные о грозящей опасности, лишенные регулярных частей, они вынуждены были импровизировать, собирая гарнизоны своих укреплений из новобранцев, недавно взятых из рекрутских депо, из крепостных батальонов и дезертиров, освобожденных из тюрем. Сколоченные подобным образом гарнизоны были не более чем фикцией, но они были лучше, чем отсутствие каких бы то ни было формирований