Эра магов - Анастасия Церковская

— Эйван, вот что за дела? Меня ты, значит, упрекаешь, что я жену навещаю, а сам-то тоже хорош.

— Эй, не сравнивай! — Я действовал из благородных побуждений!

— Так и я тоже.

— Катись к бесам, Алиас, — ругнулся Эйван.

— Адрес беса скажи мне, и покачусь.

Оборотни выжидающе уставились на перепуганную девушку. Она побледнела пуще прежнего. Но адрес назвала.

— Ага, понял, — Алиас завелся и выехал со двора. — Далековато, конечно. Но ничего.

Ночные улицы Рихты опустели, машины на дорогах появлялись нечасто, а светофоры в большинстве случаев мигали оранжевым. Алиас ехал быстро, а в салоне висела неловкая тишина.

Выехав на пустырь, Алиас начал уточнять дорогу. Требовалось проехать через частный сектор, а в этих узких путаных улочках бес ногу сломает, водителю требовался гид.

— Направо сейчас. Ага. Теперь налево. Не, не туда, другое лево. И вот к тому домику, пожалуйста.

Девушка выскочила из машины, едва та остановилась. Эйван глазами провожал черную фигурку с не самой изящной походкой. Но по-своему очаровательной.

Тока подошла к открытой настежь калитке, замерла. Поправила сумочку на плече и подняла голову на черные стекла дома. Ставни отворены, легкий ветерок размеренно качает незакрепленные дверцы.

Эйвана снова охватило дурное предчувствие.

— Алиас, гаси мотор.

Товарищ непонимающе повернул голову к напарнику.

— Жди.

Эйван вышел из машины и остановился рядом с Токой. Она по-прежнему стояла у калитки, но теперь оборотень видел ее перепуганное лицо. То, что к ней кто-то подошел, она даже не заметила, ее взгляд был абсолютно пуст.

— Мне побыть рядом? — уточнил Эйван. Но его словно не слышали. Восприняв молчание как согласие, он коснулся ее руки.

Дверь дома тоже была отворена, а внутри ничего не видно. Из темноты послышались шаги. Тока вздрогнула, как рыба на суше начала хватать воздух, вцепилась в руку Эйвана.

Шаги довольно тяжелые и неторопливые, по мере приближения к выходу начали обозначаться контуры силуэта в рваном гольфе и шортах.

Он шел босыми ногами, шлепая по мокрому полу.

Он вышел на снег, оставляя на нем красные следы. Жилистая рука сжимала волосы женской головы, кровь с которой все еще капала на белоснежный настил.

Он улыбнулся.

— Теперь нам никто не помешает! Иди же ко мне!

Тока спряталась за оборотня. Эйван спиной почувствовал ее дрожь.

— А кто это с тобой? — похожее на человеческое лицо оскалилось, обнажив частокол острых зубов. Из головы и плеч существа начали вытягиваться шипы, а на коже появились полоски — отметки.

Эйван не знал иерархии этих существ, понимал лишь то, что пятна на их шкурах что-то значат.

— Быстро в машину! — прорычал на девушку оборотень, и, наконец, позволил себе оскал во всю пасть.

— Ты вмешиваеш-шься не в с-свое дело, — шипел демон, в его лице начали проступать змеиные черты. — Это моя добыча, уходи.

Эйван отращивал когти, готовясь к бою. Вряд ли получится его избежать…

Демон отшвырнул оторванную голову, как какой-то мусор, и раздвоенным языком облизнул пальцы.

— На ваш-шу территорию мы не лезем, имей же с-совесть, страж. Не вмешивайся. Верни мою добычу.

— При всем уважении, я уже познакомился с ней, как кусок мяса воспринимать не могу. Я теперь не могу отдать ее тебе.

— Ты явно проблем ищеш-шь, незнакомец, — демонический полузмей облизнулся и сверкнул зелеными глазами с вертикальными значками. Они были ровно такими же, как Эйван видел в своем отражении. Тварь по природе своей мало чем отличалась от него самого.

— Я не намерен ее убивать, — протянул демон, или кто он там. Изгоняющие смогли бы точно сказать, к какому виду тварь принадлежит, а для Эйвана этот урод — демон. — Она моя истинная пара.

— Нормально так, — криво усмехнулся оборотень. — Да ты просто мечта, а не жених, да простят меня боги. Угораздило же несчастную на тебя наткнуться!

— Я понял тебя, — кивнул демон и все его напряженное тело спружинило к оборотню. Нечистые сцепились в поединке за добычу. Двуногая форма давала оборотню преимущества в ловкости, но в мощности человеческая оболочка проигрывала.

Они сцеплялись, рвали друг друга когтями и зубами, затем вновь ходили по кругу.

— У нас-с один создатель, зачем нам воевать?

— Создатель один, а интересы не совпадают, — прорычал оборотень, пытаясь найти слабые стороны твари. Гибкое прочное тело и шея, защищенная шипами голова и плечи. По суставам бить, стало быть.

Демон швырнул оборотня в забор. Спину пронзила боль, Эйван напоролся на что-то. Враг шел на него, хищно опустив шею, готовясь к броску. Эйван притворился, что не может встать и, воспользовавшись промедлением, ударил врага по ногам. Повалил на землю, уже хорошо.

Они снова сцепились и покатились по земле. Демон целился Эйвану по лицу, но тот продолжал защищать смазливую мордашку. Очки давно слетели и валялись где-то в сугробе, скорее всего, раздавленные. Жалко. Как и изодранную в клочья одежду.

Под тканью кровоточили раны, они больно жглись, когти существа явно были чем-то отравлены. Демон оказался сверху и лапой сжал горло оборотню. Он оказался быстрее и сильнее.

— Ты с-сам решил с-свою с-судьбу, я хотел лишш-шь получить с-свое. А теперь. Умри.

Лапа демона сжалась, и оборотень, задыхаясь, начал хватать воздух и вырываться. Но мир вокруг темнел и расплывался. А потом все прекратилось.

Мозолистый палец уткнулся Эйвану в щеку. Неужели Алиас решил вмешаться? Эйвана неконтролируемо трясло. Раны для него — дело привычное, но парализующий яд демона оказался весьма паскудным. Тело не подчинялось. Интересно только, сколько этот эффект будет длиться?

— Ты его… все, да? — уточнил Эйван.

— Все, все, — успокоил собрат и услужливо повернул голову парализованного товарища к груде мяса с размозженным кирпичом черепом. Алиас быстренько обложил тело дровами, сходил проверил дом и вынес оттуда тело убитой женщины. Положил ее в общую кучу, и зажег кострище.

— Где она?

Алиас повернул голову Эйвана в другую сторону, где стояла абсолютно ничего не понимающая Тока. Она будто бы не верила, что все это произошло с ней, что ночной кошмар случился так быстро и внезапно, что она сама была на волоске от смерти.

— Эй, Эйван, а ты можешь обратиться?

— Я ног не чувствую. Вообще ничего не чувствую, — еле прошептал оборотень. Даже говорил он едва-едва, яд стремительно распространялся по всему телу, язык будто заморозило, в глазах потемнело, картинка пропадала.

— Нужно бороться, приятель. Иначе откинешься.

Сквозь шум в ушах Эйван слышал знакомый голос. Нет, это был не Алиас, а кто-то более близкий и родной.

«У тебя много незаконченных дел, тебе пока рано сюда».

«А что там?» — заинтересовался Эйван, слыша сотни отголосков своих и чужих мысли. Они словно стали единым сгустком. Если он