Год чудес (рецепты про любовь, печаль и взросление) - Элла Рисбриджер

Это превращение из незнакомца в нечто иное – самое незнакомое, что со мной было уже много лет. Это более незнакомо, чем смерть, чем вообще все. Я словно направляюсь куда-то без карты – или, может, словно составляю карту, как в старые времена, без спутников и сонаров. Тут Водятся Драконы. Тут живут призраки. Тут растяжки, отсутствующие ступеньки и дыры в полу. Я – одержимый призраками человек для того, кто в меня будет влюбляться, но, с другой стороны, наверное, так можно сказать про любого.

Например, этот человек – личность припоздняющаяся, и, когда мы добираемся туда, куда направлялись, никого наше опоздание не удивляет. Просто наливают еще шампанского, а сад полон цветов и котов и такого количества незнакомых людей, какого я уже много месяцев не видела. Тут пахнет углями и розами, кальсотом и радостью. Они все уже немного опьянели, эти его друзья, и кто-то из них берет меня за руку и дает мне в руку бокал с чем-то, а на колени кладет кошку. Она садится на раскладной стул и подбирает ноги под себя. «Рассказывай все», – говорит она, а потом я неожиданно обнаруживаю, что пьяна, и мы все танцуем, я и эти уже не совсем незнакомцы, и это оказывается совершенно новым ощущением. Я уже очень давно не встречалась вот так с незнакомыми людьми, давно не была чьей-то спутницей, давно не оказывалась новичком в компании.

– Знаю, что у тебя есть лучшие подруги, но, может, мы тоже будем лучшими подругами? – та девушка, которая попросила мне рассказать все, говорит это, когда на небо высыпают звезды, и я отвечаю:

– Да, конечно!

А потом нам приходится бежать на последний поезд, а потом мы дома, или у Тео – или чем стало для меня это место, но оно ощущается как дом, когда возвращаешься домой поздно, и я готовлю куриный рис.

Я протягиваю руку и достаю кунжутное масло и рыбный соус с первой попытки – именно там, где рассчитываю их найти. Слишком просто. Слишком хорошо.

– Рис, – отвечаю я ему и накрываю кастрюльку крышкой и сажусь рядом с ним. Я приваливаюсь к нему, а котенок забирается ему на колени, чтобы продемонстрировать мне, кто важнее. На кухне воцаряется глубокий мягкий аромат курицы, риса и терпкой глубины рыбного соуса.

Тео приносит пиалы. Я кладу рис в пиалу и вдавливаю скорлупу в вершину обеих горок, чтобы получилось углубление, а потом запускаю желток в оставленную скорлупой ямку. Все идеально, так идеально и так просто, что я не знаю, что мне делать с собой.

Я знаю, как бы я это еще улучшила: знаю, как приготовила бы, не будь сейчас три часа ночи. Правильный способ: мерцающая кастрюлька с рисом слабо кипит на конфорке, кунжутное и сливочное масло золотыми кольцами всплывают в море крепкого куриного бульона, дом благоухает имбирем и чесноком, и пучок сочной кинзы аккуратно нарезан и скоро будет добавлен в рис. Два коричневых яйца готовы стать яичницей, белая пиалушка для бульона и пухленький лайм, чтобы выжать из него сок, и шрирача стоит наготове.

И все-таки, знаете, все это не обязательно. Единственное правило: чуть обжарьте рис, добавив какой-нибудь жир с приятным вкусом и ароматом, бульона берите вдвое больше, чем риса, и плотно закрывайте. Вот и все на самом-то деле. Однако вот весь рецепт целиком, настоящий, правильный.

На 2 порции

30 г имбиря

2 зубчика чеснока

2 ч. л. сливочного масла

2 ч. л. кунжутного масла

2 филе куриной грудки

1 куриный бульонный кубик

2 звездочки бадьяна

400 мл воды

1 ч. л. соевого соуса

1 ч. л. рыбного соуса

Сок 1 лайма

Небольшой пучок кинзы

 1/2 длинного огурца из холодильника

1 ч. л. белого винного уксуса

Сычуаньский (или черный) перец

150 г риса

2 ч. л. семян кунжута

75 г спаржевой брокколи

2 яйца

Соус шрирача для подачи

Натрите имбирь и чеснок в кастрюльку, добавьте половину сливочного масла и половину кунжутного, куриные грудки, бульонный кубик и бадьян. Поставьте на средний огонь, помешайте, чтобы сливочное масло растопилось, после чего налейте воду: ее должно хватить, чтобы все было закрыто, но объемы кастрюль бывают разные, так что не бойтесь добавлять больше воды (ее просто в конце придется сильнее упаривать). Доведите до кипения, после чего добавьте соевый соус, рыбный соус и половину сока лайма. Уменьшите нагрев до слабого кипения и неплотно закройте кастрюлю крышкой – как-то ее уравновесьте, чтобы пар уходил. Варите 10 минут, а потом выключите огонь. Поставьте таймер на 15 минут.

Нарежьте кинзу, мелко нарубите огурец, смешайте в небольшой миске с остатками сока лайма и уксусом. Намелите сверху черного перца и отставьте.

Когда на таймере останется 5 минут, растопите оставшуюся чайную ложку сливочного масла на сковороде на слабом огне. Добавьте рис и чуть пожарьте, перемешивая так, чтобы масло покрыло каждое зернышко.

Теперь отмерьте 300 мл бульона из кастрюльки (это, наверное, будет почти весь бульон) и залейте им рис. Если пойдет сильный пар, можно плеснуть еще немного. Закройте крышкой как можно плотнее (почему-то моя большая крышка не подходит ни к моей большой кастрюле, ни к большой сковороде, но я ее как-то пристраиваю, и этого бывает достаточно). Варите 15 минут на очень слабом огне.

Когда таймер сработает, достаньте куриные грудки из бульона и положите на тарелку. Нарежьте курицу и смажьте остатком кунжутного масла, посыпьте семенами кунжута.

Положите брокколи поверх риса, закройте и держите на огне 5 минут.

Разлейте оставшийся бульон по маленьким пиалам, поджарьте яйца, выложите рис с брокколи из кастрюльки и накройте каждую порцию яйцом. Принесите миску с огурцом, достаньте бутылочку шрирачи.

Поставьте перед собой две пиалы (одну с рисом, увенчанным яйцом, и вторую с бульоном): выставьте на стол тарелку с курицей и миску с огурцом. Может, еще посудинку с соевым соусом, чтобы макать в него брокколи? Ложки.

Прорвите желтки: смотрите, как густое золото стекает на блестящие зерна риса. Чуть дымная суховатая курица, холодная, почти цветочная кислота огурца, чистый, прозрачный соленый бульон. Острая шрирача. Готово.

Цитрусово-меренговые солнечные полоски

(Ужин в парке)

Горе сравнивают с кораблекрушением. Существует масса аналогий, которые начинают называть, когда у вас случается несчастье. Горе подобно кораблекрушению. Горе подобно кругу. Горе подобно землетрясению. Горе подобно шару в ящике с кнопкой. Некоторые сравнения полезны, некоторые – идиотские, некоторые сегодня помогают, а назавтра оказываются бесполезными и банальными. Итак, давайте скажем, что горе подобно кораблекрушению.

Горе подобно кораблекрушению. На самом деле давайте скажем, что травма подобна кораблекрушению. Вы вцепляетесь в дверь, как Роза в фильме «Титаник».

(Картинка из памяти: мы с Нэнси свернулись на диване за несколько месяцев до конца. «Двоим места не хватит, – сказала я. На экране Джек Доусон умирает от переохлаждения. – Тут нельзя уравновесить. Если бы она позволила ему тоже держаться за дверь, погибли бы оба».

Нэнси посмотрела на меня. «Это метафора?» – уточнила она. Я покачала