Артефактор. Книга 6. Роза ветров - Маркус Кас

Мне вот было жалко этого неизвестного сына. Белые тигры не просто были магическими животными, но и не поддавалсь химерологии, то есть воспитанию. Подобное воздействие на них влекло за собой большие риски. Справиться с ними мог лишь анималист, и то высокого ранга.

Либо тот, кому предназначен подарок, как раз из таких. Либо кто-то лишится наследника.

— Что-то ещё?

— Ну, алмазы доставили к вечеру. Ха, спрятали в мешках с удобрениями! Несет от них так, что никто и близко не подойдет. Но тоже мне, маскировка…

Я усмехнулся. Пойди Тимофей по другому пути, сейчас вполне мог тут сидеть с целью эти самые алмазы украсть. Парень же не проявлял никакого интереса к незаконному обогащению, только осуждал банальные способы сокрытия товара.

— Ах, да, — вспомнил я и передал рыжему пакет, который держал в руках. — Это тебе.

— Вот спасибо вам, вашество, — парень заглянул внутрь, вдохнул аромат и счастливо улыбнулся.

Рядом с нами материализовался дракон и любопытно вытянул шею.

— Всё ему интересно, что я делаю и тем более ем, — объяснил Тимофей. — Везде нос сует. Ну на, держи.

Парень кинул один из пряников в воздух и создание радостно раскрыло пасть, поглощая лакомство. Похоже, он выпечку попусту растворил в тенях, но сделал вид, что съел.

— Без толку, знаю. Но ведь пока не попробует, не отстанет, — хмыкнул рыжий.

— Ладно, развлекайтесь, — рассмеялся я. — Только не перекорми его, растолстеет и летать не сможет.

Я немного послушал через устройство разговоры Висельника. У него, похоже, был сеанс психотерапии. Бандит кому-то усиленно жаловался на нелегкую жизнь, конкурентов и капризных клиентов. Нервная работа, ничего не скажешь.

Что меня беспокоило, так это отсутствие ответа от графа Зотова.

Так как его особняк был недалеко, туда я и решил сходить перед тем, как отправиться спать. Разведать обстановку и, по возможности, выяснить причину недружелюбия графа.

Дом Зотова выходил фасадом на набережную. С одной стороны это прекрасный вид на реку и город. С другой же, этот район славился ветрами, от которых спасу не было. То есть либо ты поддерживаешь серьезную магическую защиту, тратя на это немало средств, либо постоянно мерзнешь и простываешь.

Так что кварталы эти были вроде и зажиточными, но всё же не роскошными.

В основном тут был новострой, старинных домов осталось немного. В их числе были и владения Зотова. Разузнать о судьбе рода мне удалось мало. Если аристократ не хотел упоминаний о себе, то их не будет. Светские скандалы и слухи не в счет.

Зотов же умудрился не попадать даже в светскую хронику. Ни единого происшествия, достойного пары строк в прессе. Жил затворником и в публичном пространстве не появлялся.

Исключением были лишь охотничьи владения, которыми пользовалась императорская семья. Но эти развлечения тоже не обсуждались, как и большинство увлечений императора. Не любил нынешний правитель выставлять личное напоказ.

В общем, с кем мне придется иметь дело, я не знал.

Поэтому был предельно осторожен и укрылся так, словно проникал в императорский дворец.

Памятуя о рассказаном Тимофеем насчет защиты особняка, я был готов. И хорошо, потому что охранная сеть встретила меня и в теневом мире. Не то чтобы это было сложным, но встречалось редко. Поддерживать подобное стоило очень дорого.

Пройти тут не смог бы и высокоранговый теневик. Но только не артефактор, который хорошо разбирается в плетениях и ловушках. Когда постоянно делаешь что-то подобное сам, распутать магическую сеть вопрос времени и желания.

У меня было и то, и другое.

А ещё интерес изучить чужую работу, понять как можно улучшить и применить у себя. Поэтому за взлом я взялся с удовольствием. Я хотел сделать лазейку, которую потом прикрою, а не разрушить или сломать. Всё же такое неправильно.

Чем дольше я разбирался, тем лучше понимал, что с Зотовом всё ой как непросто. Подобную защиту ставят специалисты высочайшего уровня. Слишком высокого для нелюдимого графа, живущего не в самом престижном районе.

Пожалуй, такое я видел раньше в двух местах. В штабе тайной канцелярии и в Трубецком бастионе, где содержали самых опасных магов.

Даже на миг подумал, что стоит отступить и не связываться с Зотовым.

Но раз след вел сюда, нужно было понять, что он значит. Не в моих правилах бросать дело на полпути. Кто бы ни придумывал для меня эти загадки, я его всё же найду и сам задам несколько вопросов.

Защита была хороша, но упрямство, храбрость и опыт победили.

Возможно, вздумай я сломать контур, ничего не получилось бы. Если обычно ловушки стояли в ключевых узлах, как самых уязвимых местах плетений, то тут вся система была сплошной ловушкой. Оборвал одну нить и сотня других оплетет тебя и сомнет, как травинку. Ещё и сиреной взвоет над всем островом.

Если бы не сила света и жизни, не справился бы. Не рассчитывал создатель на участие носителей светлых аспектов, и зря.

Причину, почему я до сих пор не дождался ответа, я понял сразу же, как попал в дом.

Кипа газет и конвертов лежала на тумбе возле входа. Хозяина давно не было в городе. В доме стоял едва уловимый запах запустения. Так пахнет нежилое пространство, за которым пусть и ухаживают, но не живут.

Меня встречали лишь пустые темные коридоры и распахнутые для циркуляции воздуха двери. Пол под ногами чуть поскрипывал и это был единственный звук. Снаружи здание защищала звуконепроницаемая магическая стена.

Не самое уютное место.

Я неторопливо шел по дому, заглядывая в комнаты. Темная массивная мебель, темные стены и ковры. И гробовая тишина. Атмосфера в особняке Зотова была мрачной.

Сам не знал, зачем я брожу по пустому дому. Зотов просто пока не видел моё письмо. Стоило уйти и дождаться возвращения графа.

Но меня непреодолимо тянуло вглубь здания. Пока я не остановился перед запертыми дверями. Единственными закрытыми, что были в доме. Потянул за витые холодные ручки и оказался в большой гостиной.

Та же угрюмая обстановка, пусть и антикварная. Тяжелые портьеры были раздвинуты и не закрывали от света уличных фонарей. Часть стены была выделена под трофеи и на меня уставились десятки навечно застывших глаз животных.

Нет уж, если мы договоримся о встрече, то она будет проходить у нас. Гнетущее место какое-то.

С дальней стены на меня смотрел портрет мужчины, очень подходящий особняку. Такой же угрюмый и мрачный. Худощавое лицо со впалыми щеками