Гимн шута 21 - Антон Сергеевич Федотов

Ее визави оказался медленнее.

Шесть-пять.

«Моя подача!» — оценила девушка, чувствуя, что ей не хватает дыхания. Длительный перерыв давал о себе знать.

«Сейчас или никогда!».

Мяч взлетел вверх, а еще через миг «свистнувшая» сеткой о воздух ракетка ударила по нему с громким хлопком. Волконская действительно выжала из этого удара все.

Словно в замедленной съемке она наблюдала, как мяч стремительно перелетел через сетку и…

— Эйс! — не сдержав радости, звонко воскликнула она.

И ей ничуть не было стыдно за выплеснувшиеся эмоции. Чувства слились в адский коктейль. И сейчас ей было совершенно все равно, как она выглядит со стороны.

— Хорошая игра!

Пока она радовалась победе, недавний противник обошел корт и протянул руку.

— Спасибо, Николай! — все-таки вспомнила имя Алена.

И даже выдала улыбку. Едва заметную, но все же явную.

Парень лет двадцати удивился, хоть и старался сдержать возникшее чувство. Отпрыски правящей Семьи так эмоций не демонстрировали.

Однако Волконской было все равно. Она с удовольствием смаковала давно забытый вкус победы, собирая вещи в сумку.

Пусть пока и только на корте.

Настроение скакнуло к отметке «превосходно». Так что в раздевалке, перед тем как направиться в душ, она даже задержалась у ростового зеркала, несколько секунд рассматривая подтянутое тело.

— А ты еще ничего! — вдруг озорно улыбнулась она сама себе и отправилась под контрастные струи.

Однако к моменту выхода в общий коридор на ее лице не осталось и следа недавнего триумфа. Она вновь вступала на территорию хищников. Подтянутая и строгая, в белой рубашке и обтягивающих темных брюках. Разве что чуть влажные волосы и небольшая сумка на плече напоминала о недавней партии.

Перехватили ее уже на семейном этаже. В одном из боковых коридоров.

В прямом смысле.

— Стой!

Вместе с едва слышным окриком на ее руке сжались сильные пальцы.

Иван явно ждал ее. И, возможно, довольно давно.

Алена подчинилась.

— И что если я закричу? — без всяких эмоций спросила она, даже не оборачиваясь к родичу.

Взгляд ее был устремлен только вперед.

— Кричи, — глумливо выдохнул тот.

Он даже не стал делать вид, что собирается следовать хоть одной букве кланового этикета. И это пугало. Раньше Иван себе такого не позволял. А это значит, что он сделал ставку на «все или ничего».

«Еще успею!» — решила Алена.

Охрана среагирует быстро. И камеры повсюду. Этот ублюдок просто не успеет ничего сделать. Так что имеет смысл «поиграть» с ним немного и попытаться понять, что именно он задумал на этот раз.

Девушка чувствовала себя вполне уверенно. Стоит ей действительно крикнуть, как оба они, скорее всего, лягут лицами в пол очень быстро. А уж затем комитет по этике примет решение кто прав, а кто виноват.

И да, «нарушителю» придется очень несладко. Вплоть до лишения всех постов и полного перекрытия жизненных перспектив. В особых случаях все могло закончиться изгнанием или даже лишением Фамилии.

— Смотри, — сунул девушке в руки пакет Иван, едва убедился, что прямо сейчас Алена звать на помощь никого не собирается.

Волконская ответила нечитаемым взглядом. И приняла довольно пухлый конверт, тут же его и вскрыв.

Внутри оказались распечатанные по старинке фотографии. На первой же из них девушка с удивлением обнаружила Ивана и… себя! Они шли рядом в районе двадцать восьмого «учебного» этажа, что-то оживленно обсуждая.

Фотограф оказался профессионалом. Он сумел подловить момент, когда молодые люди позабыли на миг о клановом этикете и улыбались чему-то своему.

Алена вскинула взгляд, словно собиралась бросить что-то резкое, и… вновь опустила его, продолжая изучать фото. Практически на каждом из них оказались они. Вместе.

— Это было три года назад, — без эмоций констатировала Волконская, рассматривая изображение из столовой.

Тогда они только сдали очередной экзамен по производственному менеджменту, отчего позволили себе чуть расслабиться. И смотрелись если не друзьями, то очень близкими товарищами.

— Смотри дальше.

Алена вернулась к стопке. Очень скоро их совместные фото закончились. Она осталась одна. Как правило, неизвестный шпион ловил ее у Архива. Были и несколько кадров в ее логове.

— С**а, — спокойно произнесла она. — Сколько ты за мной следишь?

Иван лишь улыбнулся. Едва заметно, но с ощутимой толикой безумия человека, готового на все.

— Давно, — спокойно произнес мужчина. — Несколько лет. Мы здорово смотримся вместе, разве нет?

Девушка подняла взгляд. И самый опытный физиономист не прочитал бы в нем ничего, кроме равнодушия.

— Много лет на этажах ходят слухи, что мы очень близки, — шепнул Иван, подвигаясь ближе.

Алена не уступила.

— И что с того?

— Сейчас поймешь, — уже совершенно дико оскалился нынешний руководитель Малого Света. — Три… Два… Один.

И башня Волконских содрогнулась от мощного взрыва.

Глава 20

Здание дрогнуло.

Пол ощутимо ударил по ногам.

Через секунду взвыла первая сирена.

— Ну как тебе?.. — выдохнул Иван, еще крепче вдавливая сестру в стену.

Алена скорее прочитала вопрос по губам, чем действительно расслышала слова.

С трудом девушка повернула голову к одному информационному стенду в коридоре.

Первым зажегся тревожно-желтый сигнал. Следом вспыхнул рядом зеленый огонек.

«Угрозы обрушения нет!» — мысленно выдохнула Волконская, почувствовав, как вновь «запустилось» остановившееся на миг сердце.

Эвакуация… теоретически была возможна. Примерно как с высотного глайдера, в котором каким-то чудом оказались три парашюта на сто пассажиров. Ну, есть они… А толку?

В высотке Волконских обычно находились не менее десяти тысяч человек, включая резидентов, офисных сотрудников и посетителей. Плотность населения становилась все выше к первому этажу. На пятьдесят верхних уровней приходилось всего сто человек клана без учета слуг и охраны. Из них двадцать, правда, занимали административные и научные площади. Еще десять — сопутствующая инфраструктура, в том числе и те самые теннисные корты.

— Псих, — едва слышно выдохнула она.

— Я? — тут же в удивлении вскинул брови Иван, довольно глянув в окно.

Девушка проследила за его взглядом. За толстым бронированным стеклом поднимались клубы дыма. Судя по тому, что на такой высоте ветер не успевал сносить их в сторону, взрыв произошел уровнем или двумя ниже.

— Мы, сестренка, — вдруг жестко отрезал мужчина, вновь вдавливая Алену в стену. — Мы!

Глаза девушки широко распахнулись. Теперь ей стало ясно, к чему родич несколько лет собирался «совместные фото».

— У тебя не выйдет, — выдохнула она пересохшим ртом. — Это…

Волконская покосилась на рассыпавшиеся по полу яркие фотографии.

— … Вообще ничего не доказывает!

— Конечно, нет! — продемонстрировал безумную ухмылку Иван, присев на корточки и взяв в руки одно из фото. — Даже то, что ты проводила столько времени в Архиве, ничего не доказывает?

Едва