Семь свитков из Рас Альхага, или Энциклопедия заговоров - Сергей Анатольевич Смирнов

Надо признать, что дух этого опасного богохульства зародился в землях неверных не менее пяти веков тому назад, однако тот, кто довел ересь до совершенства, жил и собирал свою паству незадолго до тех дней, когда в Европе впервые прозвучала страстная проповедь Креста и цвет благородного воинства стал собираться в долгий и полный неописуемых опасностей путь во Святую Землю.

Будто бы враг рода человеческого торопился огранить свой черный камень и вставить его в оправу из праха земного ко вполне определенному сроку.

Основателем и главой секты ассасинов, собравшей в своем котле самый убийственный яд ереси, стал некий Хасан асСабах, в молодости бывший товарищем многих визирей и поэтов и среди них - одного из самых славных и почитаемых стихослагателей Востока, Омара Хайяма. Собрав своих последователей в Египте, асСабах добрался до пределов Персии и там в горных окраинах страны овладел, благодаря своей хитрости и коварству, несколькими неприступными крепостями. Затем посредством всяких мудрых речей и угроз ему удалось склонить на свою сторону жителей окрестных селений, так что вскоре он стал повелителем целого государства, отколовшегося от власти падишахов. Правители Персии, а затем, когда часть ассасинов засела в ливанских горах, и султаны Египта, неоднократно выступали с войсками для покорения опасных мятежников, не походы всякий раз кончались неудачей. Тому было две причины: природная неприступность захваченных еретиками цитаделей и фанатичная преданность своим главарям их защитников.

Хитроумный Хасан асСабах измыслил против своих врагов еще одно орудие, куда более действенное и могучее, нежели любые стенобитные машины и котлы с кипящей смолой.

В стенах своих горных цитаделей асСабах, или, как он стал себя величать, Старец Горы, развел чудесные, не виданные со времен райской жизни Адама, сады. Какие диковинные плоды можно было найти в тех средоточиях земного блаженства! Какие диковинные птицы были собраны здесь со всех концов света, дабы услаждать взоры и слух очарованных гостей! Самых красивых девушек-рабынь приобретал асСабах на невольничьих рынках Басры, Дамаска и даже Флоренции, дабы они своими прелестями и ласками окончательно убеждали несчастных пленников чар, что волею всемогущего учителя те вознесены в теле прямо на седьмое небо, где обитают прекрасные гурии и где для новых гостей предназначены места и чины несуществующих ангелов!

Все в этих садах было предназначено для обмана, самого греховного со времен предательства Самсона Далилой. Старец Горы привлекал к себе крепких юношей из простонародья, в которых он замечал достаточное развитие ума и хитрости, потребной для намеченных целей. Коварными речами он убеждал их, что они стали на правильный путь в поисках истины, а затем отчасти с помощью магического внушения, а отчасти посредством курений гашиша погружал их в кратковременное беспамятство.

Тут я, конечно же, навострил уши, подобно зайцу, расслышавшему, что к нему тихо подкрадывается лисица.

Очнувшись, будущий ассасин обнаруживал, что уже вознесен в райские кущи, ибо ничего подобного на грешной земле он никогда не видал ни во сне, ни наяву. Надо к тому добавить, что асСабах особенно предпочитал улавливать в свои сети молодых людей, проживавших в местах пустынных и неприглядных.

Не успевал пленник злого волшебства перевести дух и утолить первый приступ голода, какой всегда охватывает после опиумного или некого иного дурмана, как его окружали гурии такой неописуемой красоты и такие чудесные вина подносили они ему в драгоценных сосудах, что несчастный навсегда запоминал, чем отличается настоящий рай от жалкого прозябания на земле. Под чарующее пение птиц и райских дев, под нежные звуки зурн и чангов юношу увлекали в водоворот таких наслаждений, какие не снились даже султанам и падишахам.

Признаться, я даже немного успокоился, заметив, что в моей памяти нет и следа подобных видений, способных удерживать душу в вечной ловушке.

И вот когда перед глазами прилежного ученика асСабаха появлялась самая прекрасная гурия и с улыбкой, которую можно сравнить только с лезвием самой дорогой индийской сабли, протягивала к своему избраннику нежные руки, именно в это самое мгновение тьма поглощала все чувства мнимого ангела и он падал с небес на землю, приходя в себя на безжизненных камнях и под палящим солнцем.

Разумеется, милосердная рука учителя была приложена к его темени и он слышал голос Старца Горы, возвещавшего, что вступивший на путь ученик был удостоен лицезрения конечной цели своего путешествия и он сможет легко достичь ее, если отдаст свою волю в руки мудрого водителя.

Не нужно долго гадать над ответами очарованных юношей. Теперь они были готовы на все.

Так асСабах добывал духовную руду и выковывал из нее самое устрашающее оружие против своих главных врагов - султанов, падишахов, эмиров, визирей, имамов, тех, которые хранили верность Единому Богу, хотя и представляемого мусульманами в еретическом виде.

Старец Горы учил беззаветно преданных ему юношей-фидаинов различным языкам и тому, как менять обличья, как, подобно камбале, становиться одной окраски с подводными камнями и песком, как среди христиан выглядеть праведным христианским монахом-странником, как среди парсов поклоняться огню, как в молитвах и духовном рвении превосходить самых ревностных шиитов и - многому другому, что могло пригодиться на пути не к раю, а к убийству, коварство которого должно потрясти весь мир и нагнать страху на всех, кто хотя бы в мыслях затевает распрю с таинственным и непобедимым Старцем.

"Ты без промедления вернешься в чертоги рая и встретишь прекрасную гурию, которая давно тоскует по тебе,- говорил асСабах юноше, которого предназначал на заклание вместе с одним из своих знатных врагов.- Ты заслужишь это воздание, не доступное никому из простых смертных, как только прервешь жизнь этого нечестивца, порочащую небо и землю".

С этими словами асСабах влагал в руки фидаина особый позолоченный кинжал, который можно было легко скрыть в поясе или где-нибудь на теле.

Невольно я задрал свой рукав и потрогал загадочную реликвию, однако рыцарь Эд де Морей покачал головой, давая понять, что она никак не может быть зловещим даром асСабаха, и продолжал свой рассказ.

Вскоре на дорогах некого царства появлялся или странствующий ученик дервиша, или монах, или же в службах какого-нибудь эмира начинал прилежно трудиться новый помощник конюха, и тот помощник своим завидным усердием добивался в конце концов более