Аргумент барона Бронина 2 - Олег Валентинович Ковальчук

Стоило полковнику Афанасьеву вмешаться и применить свою магию, как Максимус в теле демона тут же исчез, будто испарился.

Я обернулся по сторонам, посмотрел под ноги, прощупал ближайшие барханы и не обнаружил никого.

— Так, — возмутился я, — а где моя добыча?

— Твоя добыча? — посмотрел на меня Афанасьев с удивлением.

— Ну да, мой трофей. Я же архидемона победил, практически обезвредил. Чуть-чуть бы помучился и пленил бы его. Куда вы его дели? Он ведь мой теперь.

Афанасьев нахмурил брови:

— И зачем тебе целый демон? Что ты собрался с ним делать?

— Это моё дело, — отрезал я. — У меня к нему личная неприязнь. Хочу удовлетворить свою вендетту.

Афанасьев расхохотался:

— Ну ты даёшь, парень. Нет, демоны сейчас на вес золота. И любые пленники принадлежат академии. Нам ведь надо их изучать, узнавать информацию. А демон такого уровня явно может сказать что-то интересное.

— Так вы же даже демонский язык не понимаете, — возразил я.

— Ну да, будто ты понимаешь, — хохотнул Афанасьев. — Но наши лингвисты уже, кстати, разобрались и даже наладили контакт с некоторыми отродьями Инферно.

— Ну да, с теми, кто и так знает русский язык, — хохотнул я. — Уж мне-то не рассказывайте.

— Не забывайте о субординации, молодой человек, — посерьёзнел Афанасьев.

— Я настаиваю — демона мне верните, — не сдавался я. — Я же его больше часа пеленал.

— Не знаю, зачем тебе понадобился демон и вообще, что там у тебя в голове, но ничего обещать не могу. Максимум, предложу тебе поучаствовать на его вскрытии, ну или на допросах.

— Я сам буду вести эти допросы, — заявил я.

— Тебе сколько лет, курсант? Ты же только-только в нашу академию поступил, — расхохотался Афанасьев.

— И что? Главное не количество, главное — качество. Не смотрите, что я такой хиленький и выгляжу незрело. У меня опыта на десятерых хватит.

Афанасьев расплылся в улыбке:

— А ты забавный парень. Давно у нас таких учеников не было. Думаю, с тобой будет весело. Ты, главное, проблем не создавай. А в остальном, глядишь, что-нибудь придумаем. Постараюсь я тебе помочь.

— Не надо мне помогать. Просто демона верните.

— Ну, — развёл руками Афанасьев, — что в систему попало, то оттуда уже не выковырять. Думаю и сам всё понимаешь. Найдёшь себе другого архидемона, раз такой ретивый.

— Во-первых, я внимательно слежу за сводками. Это вообще первый архидемон, которого вы поймали. Это раз. И второе. Мне не нужны другие архидемоны. Мне нужен именно этот, — заявил я. — Возвращайте мне архидемона.

— Всё, хватит пререкаться, — взмахнул рукой Афанасьев. — Я своё слово уже сказал. Оно будет неизменно. Я и так пошёл тебе на уступки и сделал крюк.

— Ага, на уступки. Я уже двадцать раз пожалел о том, что сам сюда не пришёл.

— Ничего, успеется. В любом случае, ты поступил правильно. Иначе этот демон бы сбежал.

Мальбус, о котором казалось все позабыли, стоял в стороне и невозмутимо наблюдал за нашим диалогом, при этом совершенно не вмешиваясь.

Я уже и забыл, что он стоит рядом, а Афонасьев и вовсе в его сторону не глядел.

Я тем временем решил прервать диалог с полковником. Всё равно он ни к чему не ведёт. Зато мысли в голове завертелись.

Ведь Максимус, несмотря на то что обладал телом великого архидемона, сражался абсолютно бестолково. И речи не было о нападении или использовании каких-нибудь сил. А с архидемонами я в прошлом уже встречался в битве. И это были непростые столкновения. Мне всегда приходилось попотеть, прежде чем победить такого врага. И нередко ситуация обращалась таким образом, что я вполне мог потерпеть поражение.

Что-то с Максимусом было не так, даже грустно. Я думал, я одержу над ним разгромную победу, а выходит, его обманули и сделали неинтересным противником. Кстати, за это этот дьявол тоже ещё поплатится.

Как бы там ни было, Максимус всё ещё остаётся моим учеником. Пускай, до крайности подлым, гадким и с висящим над ним предрешённым вердиктом — ему ведь суждено умереть от моих рук, и это не изменить. Но главное, это я буду решать, когда он умрёт, и как. И всякие там дьяволы и демоны, вмешивающиеся в наши отношения, рискуют остаться без рогов, потому что я их им поотшибаю.

Что же касается Афанасьева, я пока что играю по правилам этого мира и по правилам Академии, куда поступил. Всё же ученье свет, и таинство любой науки для меня священно. Буду отыгрывать роль обычного курсанта военной Академии. Но это же тоже вечно не продлится. Качать права и требовать выдачи моего ученика сейчас точно не стоит. Ещё рано для того, чтобы раскрывать своё «Я». Да, я почувствовал себя увереннее после того, как вновь ощутил магию разума и разобрался в чём тут дело. Но ещё рановато. И всё же я планирую поучиться в этой академии. Что такое пять лет для меня? Тем более, что это точно пойдёт мне на пользу. Я не знаю, есть ли магия духа или магия стихий в моём мире. По крайней мере, раньше я этим не интересовался, потому что по очевидным причинам магия разума была в разы сильнее любых других шаманских техник, с которыми мы попросту не считались, и на которые смотрели свысока.

Здесь же, в этом мире, всё совсем иначе. И даже если в этом мире есть адепты магии разума, они явно не в чести и не популярны. По крайней мере, я сам не пойму, с чего бы им было насиловать себя точно так же, как и я в своё время, пытаясь раскачать хоть какие-то ментальные способности. Но что есть, то есть.

Тем временем Афанасьев с интересом смотрел на меня.

— Ну и что, ты так и будешь здесь стоять, или мы направимся на поле сражения? Ты ведь хотел продемонстрировать свои навыки.

Ишь, навыки мои хочет посмотреть… Сейчас я вам покажу навыки!

Я стиснул зубы.

От чего-то мне вспомнилось, как Мальбус восхищался водяным змеем.

Ну сейчас я всем покажу.

В следующий миг вся пустыня поднялась на дыбы. Взвился песок. Я вливал всё то, что мне было доступно. Вокруг началось настоящее безумие. Песчаные клинки со свистом рассекали воздух. Здоровенные кулаки, усиленные телекинезом, врезались в барханы, взбивая песок вверх, чтобы снова превратиться