Спартак Мишулин. Правда под запретом - Карина Спартаковна Мишулина

И я специально ответила, что знаю! Я почувствовала, что Дмитриев растерялся от неожиданности. Но куда мне до их мастерства? Я-то ляпнула, а дальше получилась глупость.

– Откуда вы знаете?

– Мне говорила одна женщина-остеопат, – ничего умнее не пришло мне в голову в тот момент. – Она не экстрасенс, но видит некоторые вещи. Она сказала давно, что был сын, но он где-то в Сибири и скорее всего уже умер.

Ох, как потом я поплатилась за эти слова. Меня начали обвинять что я вру, что хожу к гадалкам, что все знаю, и так далее. Но слово не воробей, хотела как лучше, а получилось то, что получилось.

Дмитриев сказал, нет, он не в Сибире, он в Твери. И да он уже мертв, но жив его сын, якобы внук папы. И вышли Белобокины.

Про них подробнее я напишу позже, скажу лишь одно, что увидела их тогда я впервые в жизни и после эфира мой муж, подойдя к Белобокину, сказал:

– Ну что, давайте ДНК сдадим?

На что Белобокин ответил:

– Нет, мне это не нужно! Я просто приехал рассказать свою историю.

И мы поверили! Снова!

А на самом деле за моей спиной, втихаря, Хвостова и Тамир сами нашли Белобокина и привезли его делать ДНК, к тому же генетику Павлюхину! А ведь разрешение на использование биоматериала в костюме Карлсона я давала только Тамиру! И если у них все честно, то почему не позвонили мне и не рассказали про Белобокина, не попросили разрешения на проведение исследования ДНК? Почему сделали это втихаря и за моей спиной?? И почему, когда мы спросили его о ДНК, он сказал: мне это не нужно, а сам уже, оказывается, сдал кровь!!! Забегая вперед, скажу лишь, что со мной Белобокин так и не сделал ДНК! Видимо, тут они побоялись действовать за спиной у меня! Или знали, что родства нет и анализ будет отрицательный. А им такое нельзя было допустить!

Эфир закончился вскрытием конверта и результатом, что я дочь своего отца. Кто бы сомневался!

Надо сказать, что на эфире был еще один физиогномист, который говорил, что не видит сходства между Тамиром и папой, но ему особо не давали говорить, затыкали рот, перебивали и ставили под сомнение его профессионализм. После эфира он подошел ко мне и сказал такое, что не знал никто, даже адвокат:

– Карина, вы не переживайте, он не ваш брат! Не может им быть! У вашего папы, после восьмидесятого или восемьдесят первого года не могло больше быть детей. Он переболел заболеванием мужским и стал бесплодным.

Я стояла опешив, смотрела на него и не понимала, откуда он знает! Ведь это знали только мы с моей мамой!

– Вы экстрасенс? – спросила я.

– Нет, что вы! Я физиогномист. По лицу вижу все заболевания и последствия.

– Но год, вы так точно назвали год, после которого папа не мог иметь детей! Как? Почему вы не сказали это в студии?

– Ну это слишком интимно, не был уверен, что вам это будет приятно. И плюс, вы же понимаете, что им тут правда не нужна! Увы.

До сих пор не знаю, ясновидящий он или и правда по лицу можно увидеть такое, но то, что он назвал дату и болезнь точно, это факт! Но он прав, правда никому была не нужна! А кричать про папины заболевания ради доказательств я бы не стала! Я не смогла бы унижать папу публично, даже ради правды!

Также на этом же эфире очень грамотно сказал главный врач Сербского, но его вырезали и в эфир не дали!

– Вы совершаете преступление! Мало того, что вы умышленно играете чувствами этих двух женщин и доводите их до срыва, вы еще и постоянно, как двадцать пятый кадр, заставляете людей верить в сходство Тамира и Мишулина. Вы постоянно показываете фото, явно отфотошопленное, с грамотно подобранным ракурсом, и внушаете людям, что они похожи. Поверьте, психика так устроена, что любых людей, типажно схожих, если так выставлять и внушать, что есть схожесть, народ начнет в это верить. Это закон психики.

В общем, снова всю правду либо вырезали, либо не дали сказать, снова нас провоцировали, а его выбелили. Даже когда Тамир не узнал на видео дом, где работала два года его мама и жили мы, Дмитриев нашел способ оправдать Тамира, что, мол, он переволновался и не узнал.

Серьезно? Так переволновался, что не узнал дом, до которого, с его слов, он провожал папу вечерами? Не узнал дом, в котором жил его якобы отец, с которым он якобы часто встречался и общался??

А его рассказ о том, как якобы в какой-то дождливый день он стоял у театра, а его мама и мой папа махали ему рукой из гримерки? Конечно, хотелось бы узнать, что это за родители, которые радостно машут ребенку, мокнущему под дождем?! И даже не зовут к себе! Да и что его мама делала в гримерке, как ее пустили? Но это я уже повторяюсь. Просто отсутствие логики в рассказе этих людей не дает покоя и понимания, как же в эту белиберду могла поверить вся страна?

После того как в ДНК вмешался канал, начало происходить странное. Если раньше Павлюхин, общаясь с нами, был мил и приветлив, с удовольствием отвечал на вопросы, то тут резко изменился.

В ожидании результатов, естественно, так ничего и не зная про Белобокина, Павлюхин также нам ничего не сказал о нем, хотя, если все честно, почему скрыл, разве я не имею права знать, что кто-то еще претендует на родство, муж позвонил Павлюхину, узнать, когда будет готов анализ и как все проходит. Разговор был на громкой связи, поэтому я слышала все.

– Иван Леонидович, это муж Карины. Хотел узнать, как там дела?

И вдруг в трубке я услышала раздраженный и агрессивный голос Павлюхина:

– Послушайте, хватит мне звонить! Я и так меж двух огней! Когда будет готово, я сообщу!

– Что-то не так! – сказала я. – Почему вдруг такой тон? Мы же не звоним ему каждый день, ничего не просим и не требуем, что могло случиться?

– Сам не понимаю, – вымолвил муж. Он стоял, как незаслуженно оплеванный, и не понимал, что вдруг случилось.

Когда мы обговаривали детали анализа, Павлюхин сказал, что его не будет в Москве на момент проведения анализа, но, вернувшись, он все сто раз перепроверит сам, лично. И только после этого даст результат. Но это он говорил до того, как вмешался канал…

– Надо поехать к нему. Может, мы обидели