Столетняя война. Том II. Испытание огнем - Джонатан Сампшен

было королевского гарнизона, в течение нескольких лет находился в состоянии почти постоянной осады, поскольку вооруженные банды англо-гасконских солдат занимали не только замки, но и мельницы, амбары, поместья и церкви на многие мили вокруг. Согласно петиции, которую консулы города направили королю, в непосредственной близости от города находилось четырнадцать вражеских гарнизонов. В результате горожане больше не могли завозить продукты, необходимые им для собственного стола, не говоря уже о том, чтобы снабжать ими свои магазины и рынки. Их пригородные сады, фермы и виноградники лежали заброшенными и невозделанными. Старые враги объединились с новыми и более отдаленными. Летом 1353 года граф Перигорский, который был главным союзником Иоанна II в провинции, увидел возможность возобновить давнюю вражду своей семьи с жителями Периге. Он разъезжал под стенами города, угрожая насилием и разрушениями, поддерживаемый отрядами солдат, набранными из партизан обеих сторон. Проблемы Периге отражались на численности его жителей. Город, в котором в 1330-х годах проживало около 2.500 семей, в середине 1350-х годов насчитывал всего 800 человек. Хотя чума внесла свой вклад в это падение численности населения, Черная смерть была относительно мягкой в Периге. Главной же причиной была война. Жители Ажена и Периге считали свою судьбу необычной катастрофой, но правда заключалась в том, что министры Иоанна II постоянно получали подобные известия о нищете и бедствиях[203].

* * *

По мере того, как французская провинциальная администрация распадалась, и даже большие города, обнесенные стенами, выглядели уязвимыми, совет Эдуарда III в Бордо начал проявлять больший интерес к этим регионам, которые до сих пор были оставлены вольным разбойникам, бродившим там, где им заблагорассудится. Комборн, хотя и был первоначально захвачен в ходе частного предприятия Баскона де Марей, в конце концов, был обеспечен гарнизоном, в который входили Эли де Помье, Арно Аманье д'Альбре и несколько отрядов из Борделе. Это были люди, тесно связанные с герцогским правительством, которые играли видную роль в обороне английских опорных пунктов в долине Дордони. Вскоре после сдачи замка Эли де Помье был назначен сенешалем Эдуарда III в трех провинциях Перигор, Лимузен и Керси, впервые за почти тридцать лет английское правительство сочло нужным иметь такого офицера[204].

* * *

Хотя перемирие, заключенное в Гине в марте 1353 года, с мая оставалось мертвой буквой, 26 июля английский и французский послы встретились в Париже, чтобы продлить его до ноября. Никто не мог позволить себе разоружиться, и осады Сюржера и Сент-Антонина продолжались как ни в чем не бывало. Боевые действия превратились в серию несвязанных между собой локальных войн, которые вели местные командиры и улаживались соглашениями о перемирии, заключаемыми на месте. В конце сентября 1353 года гарнизон Сент-Антонина окончательно сдался графу Арманьяку и ушел на условиях капитуляции. Сюржер пал перед французами в ноябре. Вскоре после этого Луи д'Аркур встретился с английским сенешалем в Либурне и договорился о местном перемирии в Сентонже, которое более или менее соблюдалось. По всей Гаскони города и замки, находящиеся в подчинении французов, заключали собственные соглашения с английскими командирами, платя деньги, которые они могли себе позволить, чтобы их оставили в покое на время осеннего сбора урожая. После того как наступившая зима завершила военные кампании, послы двух королевств вновь собрались в Гине. 3 декабря 1353 года они продлили перемирие до конца апреля 1354 года и договорились встретиться снова в марте. Это было все[205].

В Париже усилия министров Иоанна II по сдерживанию распространяющегося беспорядка были затруднены финансовым кризисом и параличом административной власти, а также растущими разногласиями между ними. Летом Карл Наваррский удалился в свои владения в Нормандии, чтобы завершить свои военные приготовления. К концу года в его замках в Эврё, Мелёне и Манте было собрано не менее 600 наваррских солдат. Он также набирал войска внутри Франции. К нему присоединилось несколько недовольных дворян, главарей банд и солдат удачи. Одним из них был не кто иной, как Баскон де Марей, захватчик Комборна и Лудена. Другим был Рабигот Дюри, который прославился в конце 1350-х годов как опустошитель Шампани и Иль-де-Франс, и, вероятно, был англичанином. Между Эврё и Наваррой курсировали посланники, занимавшиеся тем, что чиновники Карла лаконично называли "трудными и секретными делами". Насколько тайными были планы Карла на самом деле, сказать трудно. Он был очень откровенен со своими приближенными. "Мне нужна ваша помощь против человека, с которым я в ссоре", — сказал он французскому капитану из Кана, когда они охотились на зайцев в полях у реки Эвр. Слухи о деятельности Карла, очевидно, достигли Англии к осени. Герцог Ланкастер написал Карлу, предлагая ему поддержку, если она ему понадобится. Во Франции напряженность была высока. Все знали, что король Наварры планирует какой-то шаг против правительства Иоанна II. Предполагалось даже, что он собирается начать войну в Бургундии в союзе с королем Англии и мятежным дворянством графства Бургундия (Франш-Конте). Для борьбы с этой угрозой в декабре были усилены гарнизоны. В Париже появились признаки запоздалой попытки умиротворить вспыльчивого молодого зятя короля. Роберт Ле Кок вернулся в королевский Совет в конце года. Так же поступили и некоторые другие друзья Карла. Но король Наваррский уже определился со своим курсом[206].

Незадолго до Рождества 1353 года Карл и его младший брат Филипп отправились в Париж, где король должен был отмечать праздник со своими друзьями, включая Карла де ла Серда. Перед отъездом они сообщили своим единомышленникам, что намерены устроить с ним ссору. Когда братья прибыли ко двору, они обменялись грубыми оскорблениями с коннетаблем в присутствии короля. Филипп Наваррский был импульсивным и безрассудным молодым человеком, склонным к быстрому применению насилия, в отличие от своего более расчетливого старшего брата. Он набросился на коннетабля с кинжалом. Иоанн II схватил Филиппа за руку и разнял их. "Как же так, добрый кузен, — сказал Иоанн II, — вы достанете оружие в моей комнате?" Примерно через две недели, 7 января 1354 года, Карл де ла Серда путешествовал без сопровождения по южной Нормандии с Жаном де Мелёном, графом Танкарвилем. Они остановились на ночь на постоялом дворе в Л'Эгль, небольшом городке на реке Риль, недалеко от главной резиденции короля Наварры в Эврё. Вскоре после рассвета 8 января постоялый двор был окружен вооруженными людьми. Филипп Наваррский вошел туда вместе с Жаном, графом д'Аркуром, Басконом де Марей, Рабиготом Дюри и группой нормандских оруженосцев и наваррских солдат. Они ворвались в комнату коннетабля с зажженными факелами и нашли его голым в своей постели. "Карл Испанский, — сказал принц Наваррский, — я Филипп, сын короля, которого вы злостно оклеветали". Согласно одному из рассказов, Карл упал на колени и стал