Милая моя - Юрий Иосифович Визбор

Создавали и шли в уже созданные клубы самодеятельной песни — совершенствовать владение гитарой, голосом, узнавать новые песни, имена их авторов. Сейчас в стране около ста городов имеют клубы самодеятельной песни. Сегодня попасть на концерт клуба самодеятельной песни — так же трудно, как на премьеру в столичный театр. Клубам часто не хватает залов для выступлений, помещений для библиотек и фонотек, комнат для занятий… И все же количество участников песенного движения из года в год растет. И уж совсем безграничными окажутся его горизонты, если представить поющими и находящими в этом особую радость общения семьи, дружеские компании. Дома ли, у костра, в лесу, закатным ли субботним вечером или на утренней заре веселого воскресного дня.

Корр. Песенному движению пошел четвертый десяток… Не все, наверное, шло гладко, были ведь и спады?

Ю. В. Спад был. Лет десять назад стали вдруг модными вокально-инструментальные ансамбли, молодежь потянулась к электрогитарам и ударникам. Не знаю, что сталось с этим букетом ансамблей. Кажется, большинство увяло, исчезло бесследно.

В последнее время интерес молодежи к самодеятельной песне, к песенному творчеству, а через это и к богатствам русского языка, истории народа возрос необыкновенно. Появилось много новых интересных молодых авторов… Авторской песне восьмидесятых годов свойствен более пристальный, чем прежде, интерес к музыке и исполнительству. Выше стал уровень музыкальной культуры, мастерство владения гитарой, вызрели таланты самодеятельных композиторов — Сергея Никитина, Евгения Клячкина, Александра Суханова.

Корр. Несколько лет подряд вы были председателем жюри конкурса самодеятельной песни в Куйбышеве. Расскажите об этом.

Ю. В. Конкурсы самодеятельной песни под Куйбышевом начинались очень локально, опять-таки «для своих». Первый состоялся в 1968 году. Студенты Куйбышевского авиационного института собрались за городом, чтобы почтить память своего товарища, гитариста и песенника Валерия Грушина. Валерий погиб на реке Уде в Саянах, спасая попавших в беду детей…

А потом… Здесь было то же, что с первыми песнями. Через несколько лет на Куйбышевский слет памяти В. Грушина съезжались авторы и исполнители, члены клубов самодеятельной песни Москвы, Смоленска, Тольятти, Свердловска, Новосибирска, Тынды. Конкурс 1979 года собрал около ста тысяч человек.

Я профессиональный актер, снимаюсь в кино, чувствую зал, реакцию зрителя. Но если бы сам не видел, как многотысячная аудитория любителей песни, расположившаяся прямо на лесных склонах холмов, аудитория с невообразимым диапазоном профессий, интересов, вкусов, в возрасте от 6 до 60 лет, может так едино реагировать на происходящее на сцене, так в один голос смеяться, плакать, думать, негодовать, — я не поверил бы, что такое возможно.

Куйбышевский слет прошлого года проходил в самом городе, в зале. Конечно, порядка на нем было больше (хотя чистота в лесу и культура поведения любителей песни на загородных слетах — традиция, поддерживаемая строго и тщательно), но присутствовали на нем немногие. Слет снова стал областным. А жаль. Загородные слеты привлекали огромное количество любителей песни, но ведь и польза от них была большая. Ведь настоящая песня влечет молодежь к национальной культуре, воспитывает патриотизм, любовь к родному языку, народным традициям, пробуждает в людях чувства добрые…

Беседу вел В. Цыбульский, 1982

Свой голос

Я никоим образом не теоретик. И никакими теоретическими изысканиями не занимался. Я считаю, что мысль хороша тогда, когда она является сама, и нет ничего печальнее навязывания чужих мыслей. И еще один момент — общий и банальный: нет таких мыслей и слов, которые сделали бы из непрофессионала — профессионала, из плохого поэта — хорошего или из хорошего — отличного. Это мое глубокое убеждение. И поэтому каких-то тайн или откровений не ждите от меня, потому что я просто хочу поделиться достаточно практическими, во многом дилетантскими мыслями относительно того, что мы называем нашей песней или самодеятельной песней и т. д.

Песня — очень маленький плацдарм. Чрезвычайно маленький. Даже длинная песня очень мала. Средняя песня звучит две с половиной минуты. Это крайне маленькая площадь — однокомнатная с совмещенным санузлом. Поэтому населять ее густо мы не можем. То есть мы можем о многом сказать. Но как жанр она диктует нам в эту квартиру поселить одного-двух человек, для того чтобы их рассмотреть, чтобы была возможность с ними познакомиться. Я говорю не о числе, а о моменте подробного рассмотрения души, рассмотрения ситуации. Ситуация должна быть в определенном понятии едина. Есть фильмы, которые проверяются очень нехитрым образом. В документальном кино есть самый простецкий тест — если можно рассказать, то это достаточно хорошая картина. Если можно рассказать, значит, у нее есть начало и конец, она конструктивно построена, значит, в ней что-то произошло, мы смогли рассмотреть либо человека, либо какое-то явление жизни. Отчасти это относится и к песне. Я говорю не о персонажах — в песне их может быть очень много, а об интонации, о состоянии души, о той внутренней нити, которая в песне находится, — она должна быть одна, а всего остального может быть много.

Во что я верю? Я верю в не очень сложное высказывание Тургенева о том, что талант — это подробность. Я сейчас работал над произведением Теофиля Готье «Капитан Фракасс». Он очень подробно описывает каждую пуговицу на камзоле, заплатку, локти. Имеется в виду не такая подробность, а та, что нечто решает или создает интонацию, состояние души поющего и пишущего. Подробность, на которую опирается вся песня.

Посмотрите, как развивается замечательная песня Александра Городницкого «Кожаные куртки». Она развивается очень гладко. В псевдоромантическом духе… Но «лысые романтики» — вот она, подробность. Она совершенно не вписывается в этот псевдогероический круг. Она еще и правдива, потому что люди, летающие на Севере, носят бесконечно шапки, и шапки эти — знаю, потому что носил их немало лет, — вытирают головы. И молодые люди — они лысые. Много лысых! Вы об этом знать не можете, но слова «лысые романтики, воздушные бродяги» дают вам некоторое новое качество, представление о правдивости происходящего. И поэтому слова «девочки-невесты», которые ходят еще школьницами, в нас рождают замечательное чувство, что жизнь еще не прошла… Вот она, подробность, как скрытое лицо песни.

…Мне кажется, когда мы сочиняем, занимаемся вообще творчеством, перед нами так или иначе, в той или иной степени всегда встает вопрос нашей позиции. Нашей позиции в самом широком смысле этого слова. Мы можем ставить вопрос о гражданской позиции, хотя я хочу отметить, что слова «гражданская позиция» очень часто носят, так сказать, смысл вульгарной социологии. Гражданская позиция — это понятие гораздо шире. Я лично придерживаюсь из двух позиций — адвоката и