Магджи. Toм 2 - Вьюн

дашь мне клятву, которой будешь придерживаться. Причем я сразу тебе говорю, что клятву придется исполнять, иначе ты лишишься божественных сил. При этом ты сможешь остаться последователем ЭТОГО существа. Но, если ты умрешь и обратишься в дьявола, ты больше не сможешь использовать эту силу. Только оставаясь человеком, и следуя своему слову, ты сможешь оставаться паладином. Временами будет трудно балансировать, но я в тебя верю Максим.

— Как такое вообще возможно? — в сердцах произношу. — По сути паладины принимают в свои ряды колдунов!

— А как светлый бог способен дать поручение ангелу, которое заставит его пасть? — с грустью спросил меня Папария. — Боги порой совершают ошибки. В мире полно неправильного, к примеру, повелитель преисподней раньше был ангелом. Не бывает Света без Тени. Но МЫ с тобой можем сделать так, что света станет все же чуть больше, хотя бы вокруг нас.

— Хорошо, какую клятву я должен принести? — все же решаюсь спросить.

Обсудив детали, я понял, что мне нужно придумать клятву, которой я буду придерживаться. Причем клятва должна нести в себе определенный посыл, стержень, от которого будет отталкиваться любое мое решение. Звучит не так сложно, но нужно хорошенько все обдумать.

Мне потребовалось время, чтобы придумать подходящую клятву:

— Клянусь все знания и силы посвятить охране и улучшению жизни людей. Добросовестно трудиться, быть всегда готовым оказать помощь, если это потребуется. Постоянно совершенствовать свои познания и мастерство, способствовать своим трудом развитию человечества. Верность этой присяге клянусь пронести через всю свою жизнь.

В этот момент я ощутил, как в груди загорается небольшой огонек. Он был совсем крошечным на фоне силы исчадия и черного сердца, источника силы моего покровителя. Но он все же загорелся, мою клятву приняли, хотя я до последнего не верил, что это действительно сработает.

— Мне жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах Максим, — напоследок грустно мне улыбнулся ангел. — Найди Единый тебя первым, ты бы стал легендарным паладином, даже сейчас я вижу в тебе этот свет…

Что самое удивительное, Чужак похоже не был против моего выбора.

* * *

Еуби вздрогнула, когда из леса появился Магджи. Колдун подлетел к лисе, передав ей серебряное распятие. Он посмотрел ей в глаза, после чего перевел взгляд на Артура, который дурачился в этот момент у реки вместе с Татьяной.

— Когда будешь уходить, не забудь попрощаться, — сухо произнес он. — И напоследок, как ты обошла Империо? — колко посмотрев на дух лисицы.

Та вздрогнула, но все же призналась:

— На Кицуне не работает магия очарования, — тоскливо посмотрев на серебряный крестик у себя в руке.

— Буду знать, — сухо пробормотал колдун, исчезая.

Столетняя лисица ощутила ком в груди. Ее беззаботная жизнь снова закончилась. Она не сможет нарушить клятву и не принести этот крест, куда ей приказали.

— Еуби! — раздался веселый крик Артура от реки. — Пойдем купаться!

— Я сейчас! — закричала она, пряча крестик в одежде.

Про себя же подумав, что вскоре ей придется покинуть это место, которое она успела полюбить.

* * *

Наложением рук я исцелил порез на руке. У меня получилось два раза использовать заклинание первого уровня, как я ощутил, как мой источник божественной силы иссяк. Причем сам я не испытывал никакой усталости, просто света во мне оказалось не так много. В этот момент я ощутил себя немного обманутым. Я действительно теперь могу использовать магию паладинов, но только первого уровня и всего два раза.

Наложенный на меня доспех мага не исчез, стоило мне его перестать поддерживать. Вот только заклинание первого круга «лопнуло» от сильного удара. И пускай я сам не пострадал, но и толку от подобной магии на моем уровне немного. Мне легче использовать контрспелл или портануться, чем полагаться на столь хлипкую защиту.

— Если я буду следовать своей клятве, то со временем моя белая магия станет сильней, — задумчиво произношу.

Пока же я рад хотя бы тому, что могу накладывать на себя хоть какую-то защитную магию. Правда, толку от этого на данном этапе не так много. Дар Чужака и сила Исчадия куда сподручней в драке с сильным врагом. Впрочем, были все же и плюсы подобного решения. Я стал куда выносливее и сильней в человеческой форме. Тяжелый дубовый столик, который раньше я с трудом бы приподнял в одиночку, сейчас же я могу с ним даже ходить.

— Кушать подано господин Магджи! — от моих экспериментов меня отвлекло появление дьявола.

Двухметровый мужик с лысой головой, на которой виднелись шрамы, одетый в кожаную броню, он нес с осторожностью поднос, который в его руке казался не таким уж большим. Я уже успел про него даже забыть, настолько тихо он готовил на кухне.

Посмотрев за окно буханки, я увидел, что уже потемнело. Нужно будет вернуться в пирамиду, Фея уже скоро вернется из Академии. Но прежде, отведаю блюдо, которое мне приготовил Белофор.

На удивление блины со сгущенкой, борщ и хлеб, получились у дьявола не только вкусными, но он даже в еду не плюнул и не отравил! Должно быть, дьявол сделает это завтра…

* * *

Оставив Белофора сторожить свой фургон, выделив одну из комнат, посоветовав ему на всякий случай выкинуть все вещи Свидетелей, мало ли как они их использовали, если учесть, их привычку устраивать оргии, я сам вернулся в пирамиду.

И вот, вновь развалившись на диване, я размышлял, правильно ли поступил. Этот крест напоминал мне портключ, только вот заклинание было другим. У меня есть догадка, для чего зачарованное распятие могло понадобиться последователям мертвого бога. Если Падший создал рунный ключ от сокровищницы Единого, то его адептам еще нужно как-то туда добраться.

Изначально я хотел отказать, но потом я подумал. Если я поставлю отслеживающую метку на сам крест во время его создания, то эту магию невозможно будет развеять, не убрав и нужное Единому зачарование.

— Они сами меня приведут к сокровищу, — с усмешкой произношу. — После чего я использую на них Империо и сотру память за прошедший год, а затем убью их бога…

Мои слова прозвучали довольно зловеще, но меня это более чем устроило. Эта пиявка приказала ангелу запечатать тысячу человеческих душ в один камень с дьяволом. Не знаю, на что надеялся ангел, но жалости к Единому у меня нет от слова совсем. У убью его даже не нарушив свою клятву. Для человечества будет благом, если я очищу наш мир от богов и их прихлебателей.

Я поклялся служить на благо людей, а не кого-то еще. И свою клятву я исполню…

И