Три женщины - Лиза Таддео

Он полез в ее сумку за сигаретами – Лина не курила, но сигареты у нее были. И тогда он нашел ее клоназепам.

– Что это? – спросил он, держа флакон, как человек, который пьет, но таблеток не принимает.

– Это мое успокоительное, – смущенно ответила она, не сказав, что таблетки понадобились ей из-за него.

Потом она скажет другим женщинам, что поняла, как удержать его.

– Я так скучаю по нему, – скажет она. – Но я всегда веду себя так, словно со мной все в порядке, словно мне все равно, увижусь я с ним или нет. На заправке той ночью он расспрашивал меня, чего я хочу, почему хочу быть с ним. А когда я открылась ему, он несколько раз повторил: «Я не хочу причинять тебе боль, поэтому нам нужно прекратить эти встречи». И тогда я поняла, как вести себя. Нужно притвориться, что мне все равно, расстанемся мы или нет, потому что так я могла удержать его и сохранить наши встречи. Нужно было показать, что мне они не нужны. Даже если он поймет, что я вру. А на самом деле я просто не вынесу, если больше не смогу его видеть. Если я встречаюсь с ним в воскресенье, то попадаю в рай и даже в понедельник чувствую себя хорошо. Но к среде возвращается боль. А к четвергу я начинаю умирать.

Той ночью в машине Лина яростно затрясла головой.

– Нет! – воскликнула она. – Ты вовсе не делаешь мне больно! – Она смело улыбнулась. – Как ты можешь причинить мне боль, дурачок?!

– Но…

– Шшш, – остановила она его, приложив палец к его губам (ей давно хотелось это сделать).

Однажды Эйден уехал в Сент-Луис на работу. Лина сидела в гостиной с Эдом. Она отлично провела день с Деллой, Дэнни и соседскими детьми, и теперь ей хотелось думать о сексе позитивно, как ее учили на семинаре «Католики любят секс» в местной церкви. Семинар проходил в цокольном этаже. Там пахло облатками и застоявшейся водой. В группе была одна молодежь – Лина оказалась единственной взрослой женщиной. Даже священник был моложе ее, а вела семинар совсем молоденькая женщина. Высокая девушка сказала, что дьявол искушает людей сексом каждый день.

– Как мы сегодня учимся сексу? – спросила женщина-модератор.

Лина подняла руку и ответила:

– В семье.

Студенты загудели и зашаркали ногами, словно она дала совершенно неправильный ответ.

– Хороший ответ, – похвалила ее модератор. – Кто-нибудь еще?

И почти все хором ответили:

– Медиа. Мы учимся сексу из медиа.

Лина разозлилась. Она почувствовала себя отставшей от жизни. Она думала о сильных руках Эйдена. Она поднялась и вышла, не дождавшись конца семинара. Лина вернулась домой, отлично понимая, что возвращается в тюрьму. В гостиной она включила компьютер и зашла в фейсбук. Эд сидел в двух футах от нее, смотрел телевизор и пил то же самое пиво, что и до ее ухода. Впрочем, кто знает. На экране открылся фейсбук, и у нее перехватило дыхание. Эйден в Сети!

– Привет, здоровяк, – написала она и повернулась так, чтобы закрыть собой экран. Она оглянулась посмотреть на Эда и тут же вернулась к экрану.

– Привет, малыш.

Они мгновенно оказались вместе и отправились в то место, которое она описывала ему в трех длинных чатах, рассказывая, как бы они занимались сексом, если бы она была рядом. Она писала, каким образом могла бы заставить его забыть обо всем.

«Я появляюсь, ты притягиваешь меня к себе, мы оба молчим, ты начинаешь целовать меня, твой язык проскальзывает в мой рот, и мы долго пробуем друг друга на вкус, ты стягиваешь с меня рубашку, медленно раздеваешь меня. Потом ты останавливаешься, ласкаешь мою грудь и начинаешь сосать ее, а я говорю, что ты можешь поднять меня и положить на кровать, ведь ты такой сильный. Ты смотришь мне прямо в глаза, медленно проводя кончиком пениса по моему телу. Я уже влажная. Ты смотришь мне в глаза и входишь в меня, и начинаешь двигаться в том замечательном ритме нашей первой ночи: три поверхностных толчка, потом глубокий, три поверхностных, глубокий. Каждый раз, когда ты входишь глубоко, я ахаю от восторга. Я шепчу, чтобы ты не останавливался, ты обхватываешь меня и притягиваешь ближе, и двигаешься все быстрее и быстрее. Я обхватываю тебя руками и ногами и переворачиваю, пока ты остаешься глубоко во мне. Теперь уже я сверху, а ты прижимаешь меня к себе и целуешь своими восхитительными губами.

Я сажусь и начинаю скользить по тебе, я такая влажная, и тебе безумно хорошо, ты садишься, а я остаюсь на твоих коленях, тянусь к твоим губам, а ты начинаешь снова сосать мою грудь. Я устаю, и ты перекатываешь меня на спину, оставаясь во мне, и твои движения так прекрасны, что я снова и снова выкрикиваю твое имя или пытаюсь сдерживать свои крики, если тебе этого хочется. Мне нравится, как ты шепчешь мое имя, нравятся твои глухие стоны, и мы кончаем одновременно, нас захватывает мощный, грубый оргазм. Ты остаешься во мне и заполняешь меня целиком и полностью, и тебе это нравится больше, чем все, что мы делали раньше. Мы расслабляемся, уставшие и счастливые, ты смотришь в мои глаза и страстно целуешь меня, как в ту первую ночь, когда мы были вместе».

Эйдену это понравилось. Он спросил, кончила ли она. Он просил прислать фотографии, но Эд сидел в двух футах от Лины, щелкая пультом от телевизора. Лина написала, что не может ничего прислать. Он настаивал. Она отказывалась.

Он отреагировал мгновенно и зло: «Это ты хотела, чтобы я кончил!!! Фотографии могли бы помочь».

Лина почувствовала, что он использует ее, только когда у него есть настроение. Она решила показать, что она не шлюха, и написала: «Эйден, я не могу просто трахать мужчину. Особенно тебя. Мне нужны эмоции. Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Мне кажется, что ты ко мне относишься не так».

«Мм».

Больше он ничего не написал, и сердце ее упало.

Лина расскажет женщинам в группе, как муж обидел ее еще до начала встреч с Эйденом.

– Можете представить? – спросит она, обводя подруг взглядом. – Можете представить, каково это, молить, чтобы к тебе прикоснулись? Молить мужчину, который клялся любить тебя вечно?

Она расскажет, как наступила очередная ночь. Эд не прикасался к ней уже три месяца. Они лежали в своей огромной кровати. За раздвижными дверьми спал их большой,