Жених моей сестры - Анастасия Градцева

– Тогда поехали со мной, – шепчу я. – Откажись от свадьбы и бери билет в Лондон.

– Нюта, – Яр горько смеется. – Ты серьезно не понимаешь?

– Чего?

– У меня нет денег, чтобы обеспечить тебя и себя в Лондоне, – с обезоруживающей прямотой говорит он. – Я всю свою сознательную жизнь работаю на отца, но при этом я все еще никто. Наемный персонал. У меня нет доли в компании, хотя я сын ее владельца и хотя я вкалываю наравне с ним. Это свадьба нужна, чтобы отец подписал договор о передаче мне пакета акций и о введении меня в совет директоров. А потом мы с тобой сможем через какое-то время…

– Нет, Яр. Прости, но… Нет.

– Так, – яростно выдыхает он. – Хорошо. Тогда собирайся.

– Зачем?

– Поехали к твоим родителям и сами им во всем признаемся.

– И что будет?

– Я женюсь на тебе. С моим отцом могут возникнуть проблемы, но я попробую его убедить. В крайнем случае останусь в компании на положении наемного сотрудника. Но в любом случае тебе придется немного изменить свою жизнь.

– Не понимаю.

– Тебе придется вести себя соответственно статусу моей жены. Посещать корпоративные и общественные мероприятия, светиться в прессе, заниматься благотворительностью и… конечно, никуда не уезжать. Ты готова к этому?

Яр твердо встречает мой взгляд.

При мысли о том, как будут смотреть на меня после этого признания родители и что они на все это скажут, у меня к горлу подступает тошнота. А когда я представляю себе такую жизнь, как у моей мамы – сплошные приемы и вечно занятый бизнесом муж, становится тоскливо.

Об этом я не думала.

Я думала, что будет так, как у нас было: я просто рисую, а в свободное время мы с Яром гуляем и любим друг друга…

Но, кажется, я слишком по-детски на все это смотрела.

– Тебе нужна статусная жена, – сдавленно озвучиваю я тот очевидный факт, который раньше до меня почему-то не доходил.

– К сожалению.

– Но я так не могу, – растерянно шепчу я. – Мне надо рисовать, а все эти выходы в свет… Я вообще не очень люблю людей. Кроме тебя.

– Я тоже тебя люблю, Анюта, – Яр обнимает меня, касаясь губами виска. – И я понимаю, что это не твое. Тогда пусть будет эта чертова свадьба. Дай мне два года, чтобы у меня были деньги. И я увезу тебя куда скажешь. Только сейчас останься со мной.

– Но я не могу остаться! – в отчаянии вскрикиваю я, не понимая, как до Яра не доходят очевидные вещи. – Это же шанс! Редкий шанс!

– Лондон важнее меня? – глухо спрашивает Яр. – Важнее того, что ты меня любишь? Важнее того, что я тебя люблю?

– А кто сказал, что это любовь? Может, просто желание. А оно проходит, – я пытаюсь улыбнуться. – Быстро проходит.

– Ты мне нужна.

– Но не настолько, чтобы все бросить и уехать со мной, правда?

– Я тебе сто раз уже объяснил, почему нет! – взрывается Яр. – Мне в сто первый раз повторить тебе? Снова рассказать, что мне нужно остаться здесь, что я не люблю твою сестру, что ты всегда будешь…

– Я всегда буду любовницей, – заканчиваю я за него и грустно усмехаюсь. – Где два года, там и пять. А потом твоему отцу понадобится наследник или еще что-нибудь… Прости, Яр, но я не верю в счастливый финал этой истории. Знаешь, говорят, что настоящий художник должен страдать, только так и получаются талантливые работы. Кажется, мне надо сказать тебе спасибо: мои картины за последние недели и правда стали намного лучше. Вот только я так больше не могу.

– Анют, мы придумаем что-то! Только не уезжай. Я люблю тебя.

Я высвобождаюсь из его рук и качаю головой.

– Нет, Яр, не любишь. Ты любишь деньги и власть. Ради них ты готов на все что угодно, а ради меня нет. Женись на Леле. Ты удивишься, но у вас с моей сестрой много общего. Я пришлю вам на свадьбу красивую открытку и подарок.

– Ты сейчас серьезно? – еле слышно выдыхает он. Я вижу, что ему больно. Очень больно.

– Да.

– Отлично, – отрывисто говорит Яр. – Тогда удачи тебе в Лондоне.

Он слишком гордый, чтобы упрашивать меня после таких слов. И поэтому просто встает и уходит, а я сворачиваюсь клубочком и отчаянно хочу расплакаться. Но слез нет. Глаза болезненные и сухие. Весь мир бесцветный.

Я правда не уверена, что Яр меня любит. Жаль, что я его – да.

И поэтому лучший выход – уехать мне в Лондон как можно скорее. Как бы я ни относилась к Леле, но иногда у нее бывают удивительно здравые идеи.

***

Я приезжаю домой на такси и, к несчастью, сразу же натыкаюсь на маму, которая сидит в саду на качелях и с умиротворенным видом попивает кофе из маленькой чашечки.

– Нюта! – возмущенно хмурится она. – Это что такое вообще?! Мы тебе водителя нанимали, чтобы ты с таксистами разъезжала? Хочешь, чтобы тебя похитили? Изнасиловали или ограбили?

– Нет, мам, не хочу, – отвечаю я рассеянно, даже не пытаясь делать виноватый вид. – Прости, так вышло. Слушай, можно с тобой поговорить.

– Ну говори, – мама все еще недовольна.

– Сегодня выяснилось, что мне нужно уехать в Лондон раньше.

– Насколько раньше?

– Завтра.

– Ни в коем случае, – сухо говорит мама. – И думать забудь. У твоей сестры свадьба, ты не имеешь права ее пропустить!

«Имею, мам, и еще какое, – с горьким смешком думаю я. – Потому что спала с ее женихом».

– Там будет важный курс подготовки к учебе, – вру я. – И нельзя приехать позже.

– Ничего не знаю. Леля замуж выйдет, а потом поедешь. И никаких других вариантов быть не может. Так своему колледжу и скажи.

– Это университет.

– Тем более, – отрезает мама, резко встает с качелей и направляется к дому. И даже ее спина передает крайнюю степень возмущения.

Прекрасно…

Но мне надо завтра улететь,